— Тогда вам придется упасть вниз, — заметил ей Жук с сожалением в голосе, — и мы уже не сможем поболтать с Вами, как раньше. Может быть вы подумаете и не будете больше зреть?
— Нет, так не пойдет, — покачала головой Груша, — если я должна упасть вниз, значит я непременно упаду.
— А что случится, если вы не упадете?
— Что-то да случится, — неопределенно отвечала Груша, загадочно улыбаясь. — Пока не упаду, мы не узнаем.
Вежливый Жук попрощался с ней и пошел дальше. Он шел, шел, и снова шел, пока не встретил Синюю Бабочку. Красивая Бабочка мирно сидела на дереве и совершенно не спешила улетать.
— Здравствуйте, Бабочка!
Бабочка не пошевелилась, и совершенно не спешила отвечать на приветствие Вежливого Жука.
«Ну и хорошо,» — подумал Вежливый Жук и пошел дальше. Он по прежнему здоровался с каждой Грушей на своем пути, которую встречал, и никак не мог забыть невоспитанную Бабочку.
Шли дни. Воспитанный Жук по прежнему гулял и здоровался со своими знакомыми грушами, пока в один жаркий день понял, что его краснобокой соседки больше с ним нет. Этот факт невероятно расстроил Жука и уже грустный, он пошел по старому маршруту. В этот раз дорога Жуку показалась невероятно длинной — солнышко нещадно жгло, опаляя бесполезные крылья. Воспитанный Жук, устав от жары полз, пока вновь не наткнулся на свою знакомую невоспитанную Синюю Бабочку.
Он уже почти поравнялся с ней, как вдруг Бабочка первая поздоровалась с ним:
— Здравствуйте, Жук.
Вежливый Жук удивился:
— Здравствуйте, Бабочка. Почему вы не заговорили со мной в прошлый раз?
Бабочка посмотрела на него своими большими черными глазами и улыбнулась:
— Потому что красная Груша тогда еще не упала. А теперь она внизу и я могу совершенно спокойно с вами говорить.
— Простите, а как это связано? — удивился Жук.
— Очень просто, — Бабочка расправила свои красивые большие синие крылья, и укрыла Вежливого Жука от палящего солнца, — когда падают груши, значит они созрели. Когда груши едят червяки — они роют землю. Когда червяки роют землю — люди внизу выращивают большие сочные плоды. Когда вырастают большие сочные плоды, наши гусеницы их едят и окукливаются.
— Я все равно ничего не понимаю, — ответил Жук.
— Все очень просто, — терпеливо отвечала Бабочка. — Когда гусеницы окукливаются, мы — Бабочки, радуемся, что у нас получилось уронить правильную грушу и можем говорить.
— Так это вы ее уронили! — возмутился Жук, совершенно забыв, что он Вежливый. — Вы просто ужасная!
— Это с какой стороны посмотреть на наши поступки, — Бабочка затрепыхала крылышками, остужая Жука, — если бы я не уронила ту Грушу, мы бы с вами и не заговорили вовсе, и вы бы продолжили гулять под палящим солнцем, и вероятно, сгорели. Вы хотели бы сгореть?
— Совершенно нет!
— Вот видите, получается, вы укрылись в тени моих крыльев, потому, что упала Груша. Не судите по делам, только если по намерениям. Но тут уже вы сам себе судья.
— Удивительно, я думал вы невоспитанная, а вы мудрая!
— Я — Синяя Бабочка, которая роняет красные Груши, остальное — ваш выбор.
Бабочка свернула свои крылья, и посмотрела на уже садящееся солнце:
— Думаю, вам пора идти, чтобы Груши продолжили зреть дальше.
Попрощавшись с Синей Бабочкой, Жук продолжил путешествие думая о своем месте в мире. И решил, что ему обязательно нужно начать летать на своих бесполезных крыльях.
А вдруг где-то, благодаря его полету, что-то в мире изменится в лучшую сторону? Или нет. Но это смотря с какой стороны посмотреть.»
Пока мужчина раздумывал над странной сказкой, в прозрачные двери слабо постучали. Том поднял глаза. За стеклом стояла знакомая блондинка, и радостно махала ему. Пока он колебался, как поступить и избавиться от нее, Ивис отодвинула дверь и без приглашения скользнула в дом:
— Здравствуй, Том, — она просияла и была искренне рада его видеть.