Максим понятия не имел, общался ли в последнее время отец с Дорониным. Но он не мог не узнать старинного приятеля, даже если они все это время не пересекались. Максим же его узнал, хоть и видел последний раз в десятилетнем возрасте.
Таких совпадений в жизни не бывает!
- Ты показывала эту книгу отцу? – взволнованно спросил Максим.
- Какому? – удивилась Полина. – Петру Ивановичу?
- Да, ему.
- Нет, - она не могла понять, что вдруг произошло. – В чем дело?
- Ты знаешь, кто это такой?
Максим потряс книжкой у нее перед лицом. Полина отшатнулась, чтоб он не задел ее по носу, подняла стул и села.
- Я же сказала – это французский поэт…
- Нет, ты не понимаешь, - перебил Максим и заметался по кабинету.
- Да что я не понимаю? – воскликнула она и тоже встала. – Максим, ты меня пугаешь.
От того, что она назвала его по имени и сказала ему «ты», он вдруг остановился, стремительно приблизился к ней. Она не отступила, просто смотрела на него во все глаза. Он поднял руку и провел по ее волосам: они были мягкими, шелковистыми, как говорят в рекламах шампуня. Она проследила взглядом за его рукой и порывисто вздохнула.
Как же она ему нравилась! Как же ему хотелось ее поцеловать!
В кабинет легонько поскреблись, и тут же зашла Матильда Карловна. Сообразив, что стала свидетельницей чего-то интимного, она деликатно кашлянула и отвернулась в сторону. Полину как ударной волной отбросило от мужчины; она зашла за стол, как будто за стеной спряталась, и сделала вид, что очень сильно занята бумагами.
Максим усмехнулся, еще раз посмотрел с сожалением на ее губы и отвернулся, чтоб не искушаться и далее. Матильда Карловна сверлила его глазами, и если бы взглядом можно было убивать, то в нем сейчас точно было бы несколько дырочек. Кивнув ей в знак приветствия, он обошел ее и вышел в коридор.
- Полиночка, я сейчас вернусь, - сказала женщина и проворно выскочила вслед за мужчиной.
Полина рассеянно кивнула и, приложив ладошки к пылающим щекам, подумала – кто это был?
Матильда Карловна торопливо выбежала в коридор и окликнула Максима:
- Молодой человек!
Максим резко затормозил и удивленно обернулся. Это была та самая женщина, которая только что расстреляла его глазами.
- Вы ко мне? – глупо спросил он.
- А Вы здесь видите еще кого-то?
Походкой императрицы она приблизилась к нему и критически осмотрела с ног до головы. Так вот он какой – новый начальник, сын Петра Ивановича. Он был несколько выше ее, поэтому чтоб смотреть ему в глаза, ей приходилось немного запрокидывать голову.
Максим подождал, пока она придирчиво осматривала его как холодильник, который собиралась купить, а потом спросил:
- Чем обязан? Вы что-то хотели?
- Я бы хотела, чтоб Вы не обижали Полину.
Под бесформенным балахоном угадывалась монументальная грудь, и женщина тут же скрестила руки и положила их на эту самую грудь, как будто он собирался ее разглядывать. Он неожиданно развеселился от этого ее жеста.
- Я вроде не обижал ее…
- На будущее, - перебила Матильда Карловна. – Я Вам этого не позволю!
- Понятно, - он улыбнулся. – Будете ее спасать от меня?
- Если это понадобится.
Он начинал ей нравиться, этот мальчишка! Было непохоже, что он действительно задумал что-то плохое. Может Полина ему понравилась. А там кто их знает, мужиков этих, что у них на уме?! Сегодня добренький и хороший, а завтра – прости, прощай.
- Надеюсь, отец ее не встретит меня у порога с этими же словами.
- Нет у нее отца, - вздохнула женщина. – И не было никогда.
- То есть?
Матильда Карловна еще раз взглянула на него, можно ли с ним разговаривать по душам и рассказывать что-то о Полине. В принципе это не такая большая тайна, чтоб скрывать ее; сама Полина давно знала всю эту историю.
- Мать ее тогда работала в музее экскурсоводом, - сказала женщина. – Ну в нее и влюбился вроде иностранец, то ли хорват, то ли серб. По-русски лопотал лучше меня! Ухаживал красиво, цветы дарил, конфеты, в кино и кафе водил. А потом раз и уехал, ни слова не сказав. А мы потом узнали, что Анна беременна. Об аборте мы даже и не думали. Родили без проблем, и, слава богу, что все так получилось.