Хотя зачем они нужны, когда от взгляда почти белых с серебряным отливом глаз с вертикальным зрачком плавились все мысли, сметая здоровое сопротивление и глуша инстинкт самосохранения.
– Зачем я тебе? – Спросила девушка, едва молодой человек сел за руль.
– Я же не вегетарианец, – он улыбнулся. Никак в отместку за побег ответил: – Съем.
– Это не смешно.
– Ты так трепещешь, что невольно тянет поддразнить. Лучше ты расскажи откуда знаешь все, что сообщила на камеру в театре. – Он показал кольцо. То самое, которое экстрасенсов попросили описать на задании. Изящное плетение, скорее женское, держало незнакомый девушке фиолетовый камень, плотно облегая тонкий указательный палец.
– Я ведьма.
– Мне это ни о чем не говорит.
– Я видела!
– Остальное тоже "видели", но твои "видения" были слишком четкими, чтобы в это верить.
– Я сильнее их!
– Потому что потомственная?
– Ну а почему одни люди талантливее других? Просто я сильнее…
– Принимается. Ты встречала таких как я?
– Нет.
– Однако от меня побежала.
– От тебя несёт кровью.
– Неужели? – Он вновь улыбнулся. – Как ты это делаешь? Люди этого не могут.
– Я же говорю, что ведьма…
– А я – Фея Крестная.
– Скорее что-то более кровожадное.
– Даже не «кто-то»?
– Нечисть она и есть нечисть. Упыря вряд ли можно назвать живым, – хотелось его обидеть его так, чтобы клыками себе губы разодрал, или ее на худой конец прибил, но кровопийца лишь весело рассмеялся.
– Упырь? Так меня еще не называли.
– И как же называли?
– Великим называли, светлейшим… Любимым, единственным…
– ЧСВ зашкаливает? – Света посмотрела скептически, изогнув одну бровь.
– По статусу положено, – усмехнулся вампир. – Потом сама убедишься.
– Как тебя зовут? – Стоило узнать о парне побольше, пусть он и похитил ее.
– Венандин.
– Вениамин?
– В вашей стране – да.
– Куда ты меня везёшь, Веник?
– А вот так не надо, малышка. Обидеться могу. Сильно.
– Какие обидчивые упыри нынче пошли…– фыркнула дева, вновь насмешив вампира. – А куда ты меня везешь, Веник? – Дразнилась ведьма.
– Свет. Зови Нандином, или Веном. У меня дома найдется веник на упрямство, – вампир улыбнулся, но выражение глаз заставило внутренне содрогнуться.
– Хуже ты уже не сделаешь, – с вызовом заявила дева, подавшись насколько возможно к нему. Но казалось впечатлен он не был – протянув руку, погладил указательным пальцем ее по нижней губе.
– Я придумаю, Свет. Но давай мы это проверять не будем? Больно будет только тебе.
И в его почти прозрачных глазах она видела – будет.
– Куда ты меня везешь?
– За границу.
– Куда?
– Узнаешь на месте. Лучше поспи, приедем мы не раньше утра.
– А что там со мной будет?
– Ничего страшного, маленькая ведьма. Об этом мечтают многие девушки.
– Но я не хочу!
– Свет, радость моя, – парень не удержался и погладил девушку по нежной шейке там, где нервно билась артерия. Она дернулась, пытаясь отстраниться, и прижалась к двери. Вампирское обаяние на нее совсем не действует. – Я не могу тебя отпустить, никак.
Бросив ещё один испепеляющий взгляд, дева отвернулась к окну, а вскоре вовсе уснула.
Венандин включил наконец бортовой компьютер и передал домой требование низшим приготовить комнату для своей гостьи. Не селить же ее в кладовке с рабами.
А потом нашел в интернете информацию о ведьмах и почти полностью погрузился в чтение – умная машинка могла вполне ехать сама.
– Вен?
Обращение застало врасплох. Он даже не понял, что дева проснулась.
– Что?
– Я пить хочу. И в туалет.
6
Венандин остановился и вышел. Открыв дверь с ее стороны, освободил Светлану, оставив связанной лишь одну руку и держа конец шарфа.
– Давай.
– В смысле?! – Кажется, этим предложением он шокировал ее сильнее, чем своим появлением на «Битве экстрасенсов».
– Делай свои дела, нам надо ехать дальше.
– Здесь даже кустов нет!
– Ты за машиной, а мне мало интересны твои действия. Я жду.
– Я не могу!
– Поверь, я видел и не такое. Хуже будет, если ты обмочишься в моей машине на моих глазах, нежели сделаешь это сейчас.
– Вен...
– Живей. Я могу отвернуться, если тебя это так смущает. Хотя от стыдливости лучше избавляться.
Он действительно отвернулся, крепко сжимая в руке поводок и терпеливо ждал. Торопить не стал, хотя девушка пыталась справиться как можно тише. Когда же унизительный из-за присутствия постороннего процесс был закончен, он вновь ее связал точно так же, как раньше.