* * *
В бане было жарко и влажно. Меня обстановка раздражала — скрываться от преследователей я бы предпочел где-нибудь на морозе, к которому привык с детства, а не в теплой сырой комнате, где и вздохнуть трудно. Но Алиса и Фил, похоже, чувствовали себя прекрасно.
Они весело переговаривались, подшучивали друг над другом.
— Никогда не могла понять солипсистов, таких, как ты, — призналась Алиса. — Верить в то, что мир крутится вокруг них, и панически его бояться…
— Кто же боится? Особенно панически? — Фил отхлебнул из бокала с кислым и пенным турецким энергетиком. — Я точно ничего не боюсь. Гораздо забавнее наблюдать за стараниями материалистов. Они признают, что мир одновременно огромен и конечен, причем как в пространстве, так и во времени, что у людей практически нет шансов его изменить — и все же они тщатся чего-то достигнуть. Зачем?
— Проще, конечно, верить в счастливое перерождение, — фыркнула девушка. — И сидеть сложив лапки.
— По-моему, я своими действиями опровергаю твое утверждение. А?
— Ты просто ищешь приключений. Не так ли? Потому что тебе так хочется.
— И что в этом плохого? А ты зачем-то хочешь изменить мир — но все время боишься, как бы чего не вышло, — Фил поднялся с лежанки и пошлепал к душу. — Даже халат опасаешься стянуть. А он нам так нужен!
Сначала я не понял, о каком халате говорит хакер. Алиса как была, так и оставалась в одном купальнике. Но потом сообразил, что Фил поддержал мое довольно-таки абсурдное предложение позаимствовать халаты на складе турецкой бани. На пересадочной станции Комариная Плешь, особенно в развлекательном центре, люди одевались по-разному. Однако разгуливать в купальниках не было принято и здесь, так что я предлагал сделать вид, что мы ортодоксальные мусульмане и ходим в халатах повсюду. Алиса мое предложение отвергла.
— Нам другое нужно, — заявила девушка. — Хорошо верить в себя, Фил. Но можно и преодолевать себя. Отключи видеонаблюдение в раздевалке — мы возьмем чужую одежду.