***
В канун праздника рабочий процесс после обеда плавно перетёк в посиделки по случаю Международного женского дня. Немногочисленные сотрудники фирмы собрались в конференц-зале на втором этаже. Таня ощущала себя лишней на этом празднике жизни, однако под пламенные речи мужской части коллектива всё же пригубила шампанское. В разгар скромного застолья захмелевшая Татьяна неожиданно вспомнила об одном важном деле. Как правило, текущие документы забирал Белкин Владимир Петрович, начальник отдела сборки мебели. Под предлогом отнести "бумаги" в столярку, Татьяна слиняла с вечеринки.
За громким хлопком тяжёлой двери обнаружилась непривычная для мебельного цеха тишина: ни тебе визга циркулярной пилы, ни матерной перебранки сборщиков мебели. Бесцеремонно громко икнув, Каплина извилистой шампанской походкой прошла в кабинет заведующего. Лишь на обратном пути заметила, что не одна в столярной мастерской. В замусоленном потёртом кресле мирно спал сборщик мебели по имени Лёша. Она не интересовалась ни его фамилией, ни кто он и откуда. Просто Лёша. Судя по бутылке водки на донышке под рукой, перевёрнутой консервной банке и блаженной улыбке на багровом юном лице, он уже достиг нирваны местного уровня. Таня тихонько ускорила неровный шаг. Внезапно её осенило. Девушка приблизилась и прислушалась – парень безмятежно сопел. Изгибаясь, как карельская берёза, Таня поцеловала Алексея и тут же бесшумно сбежала в поисках зеркала. Над грязной мойкой блеснул огрызок зеркальной поверхности. Разочарованная результатом, девушка вернулась к парню и, преодолевая тошнотворный запах перегара, несколько раз решительно повторила процедуру прикосновения губ. Когда Лёша, не открывая глаз, начал брезгливо ворочаться, Таня пулей выскочила из мастерской.
С того случая Татьяна окончательно потеряла веру в исцеление поцелуем и задумалась о пластической хирургии. Бабушка, узнав о намерениях внучки, завелась не на шутку. Уговаривала не делать глупостей и не терять надежду. "Тот поцелуй не настоящий! В моё время целовались только по любви!" – стояла на своём Лариса Гавриловна. Таня для виду соглашалась, а на деле с того дня втайне копила решимость и деньги.
Однако произошло как в поговорке: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Волна пандемии докатилась и до среды обитания Татьяны Каплиной.
***
– Девочки! – Владимир Петрович дождался всеобщего внимания. – Новость слыхали? Пандемия буквально на пороге. С завтрашнего дня все в масках! Понятно? Возможно, в ближайшее время будем работать за закрытыми дверями, а то и вообще в отпуск за свой счёт отправят.
"А как? А что дальше? Что значит за свой счёт?" – кабинет наполнился одновременным разноголосым кудахтаньем.
– Завтра, всё завтра, – разом на все вопросы ответил Белкин и посмотрел в добросовестные глаза анемичной Каплиной. – Танюш, срочный заказ нужно просчитать. Сама понимаешь, в такие времена каждый клиент на вес золота.
Татьяна обречённо посмотрела на часы и выдохнула согласие.
Дверь закрылась, суета началась. Женщины бодро, кроме Каплиной, засобирались домой. Никому нет дела до сверхурочных Татьяны. А кто останется? Всем некогда. У Леры дети, у Вики ревнивый муж. Надежде Ивановне вообще перетруждаться категорически запрещено. Крайняя по умолчанию – Татьяна. Куда ей спешить? В обитель одиночества, к телевизору?
На рабочем столе Татьяны под экраном монитора приютилась игрушка-сувенир. В маленьком прозрачном кубе игрушечная рыбка-клоун, вопреки логике, плавала над голубой жидкостью – неверно подобраны компоненты.
Закончив расчёты, Татьяна устало посмотрела на милую, но бракованную безделушку: "Не повезло нам с тобой, да?".
***
Татьяна, если позволяла погода, на работу ходила пешком: полчаса резвым шагом. Апрельским утром барабанящие по подоконнику тяжёлые капли разбудили её раньше будильника. Татьяна выглянула в окно и, не успев как следует проснуться, уже расстроилась. Она не любила дождь. В непогоду даже тротуары на окраине города превращались в глиняное месиво, и добираться до базы приходилось на маршрутке. Едва ли не каждая поездка проходила под девизом: "Десять минут позора и на работе".