Дрожащими руками стягиваю бретельки с плечей и заглядываю в его вновь потемневшие глаза. Смущаюсь, но… знаю, что в моём взгляде тоже желание. Пробовать с ним. Абсолютно всё, что вызывает столько мурашек на моём теле…
Сарафан падает к моим ногам, и я остаюсь лишь в белых кружевных стрингах. Майк сглатывает.
– Джее-есс, – стонет моё имя, боясь даже моргнуть.
Я застенчиво улыбаюсь, а он резко снимает футболку. Она тоже летит на пол и я зависаю на рельефности его тела. Майк большой, мышцы на его теле ярко выражены, но не слишком… Лишь в сравнении со мной и моими ближайшими друзьями его облик, кажется, более устрашающим. На самом же деле, у него всё в достатке. Идеальный просто. Сердце по привычке замирает в попытке выйти в окно… и я уже выходила, а он ловил. И будет делать это снова и снова… Я знаю, что Майкл Кано уже никогда не подарит покой моему сердцу.
Он разворачивает меня спиной к себе и обнимает за талию. Ах… Сжимает и трётся колючей щекой об мою шею. Заигрывает с моими мурашками, провоцирует мои стоны. Пальцы ползут к груди и так остро проходятся по соскам, еле касаясь. Бо-оже…
– Рисуй, Джессика… – сорвано приказывает наследник мафии.
Это кажется слегка невозможным, но я как под гипнозом, слушаюсь. Пальцы опускаются в краску, когда он сжимает мою грудь мягкими волнообразными движениями. Я добавляю кровавому океану на картине объёмности. Шершавость слоёв встречает мои пальцы искорками, а раскрывшиеся лепестки между ног увлажняются, потому что… Майк поглаживает мою попку. И рычит оглушая.
Парень убирает мои волосы вперёд и проходится пальцами по спине. Так трепетно, что кажется его руки тоже дрожат. Я прикрываю глаза, ощущая, что в таком состоянии могу рисовать даже в полной темноте. Но стоит ему отодвинуть мои трусики и коснуться лепестков, как я вздрагиваю. Приятная и тёплая волна накрывает низ живота сразу же. Мои ладони упираются в мольберт, не в силах больше рисовать. Майк размазывает тягучую влагу, слегка углубляя пальцы. Я стону тихо и жалобно. Боюсь закричать от удовольствия на весь дом.
– Пиздец, детка, ёбаный пиздец опять… – хрипит. – Зачем же ты так со мной?
– Про-ости… – стону и это звучит как издевательство.
– Не прощаю, – рычит и кусает нежно плечо.
Я улыбаюсь блаженно и вновь вздрагиваю, потому что Майк закручивает мой клитор в танце из самых острых ощущений. Ещё чуть-чуть и придётся закрыть себе рот рукой. Мои глаза открываются, а зрачки расширяются. Слишком даа-аааа… Земля уходит из-под ног, сознание отключается… И лишь одно заставляет меня отвлечься от подступающего оргазма – наследник мафии отрывает влажные пальцы от моей киски и не менее чувственно прикасается ими к картине. О боже мой. Он размазывает прозрачную влагу по силуэтам, а я с восхищением тону в этом интимном жесте. Как же это…
– Это и вправду… – хочется тоже сказать «пиздец», но я никогда так не выражаюсь.
– Мы в заднице, да, Ди Белл? – уточняет будущий капо ди капи, возвращая руки на мою талию. – Мы сойдём с ума…
Моё сердце стучит как бешеное.
– Я уже… – шепчу в ответ.
И он целует с рыком мою щеку, мягко окутывает ладонью шею, вновь проходится по груди и… больше не может сдерживаться.
Майк так резко усаживается на корточки и стягивает мои трусики, что я даже вдох сделать не успеваю. Делаю, когда язык жадно слизывает влагу с лепестков. О-ооо боо-оже ж мо-оой. Он сжимает мою попку и продолжает ласкать. Настойчиво, с характером и беспощадно. Я глушу крик в ладонях. Тело выгибается, ощущая как близок оргазм. Кано бесстыдно углубляется языком в меня и это сносит крышу. Я теку буквально на лицо наследнику мафии и от этого ужасно краснею, но не хочу, чтобы он останавливался. Ни за что. Мне это нравится… быть такой с ним. Для него единственного.
Будущий капо ди капи материться, потому что моя киска неконтролированно моими рамками приличия сама ёрзает на его языке. За несколько секунд до взрыва я довожу себя сама. На его языке. Кусаю зубами мольберт и стону в нашу с ним картину. Волны удовольствия не прекращаются даже когда он резко встаёт и расстёгивает ширинку. Прижимает моё ослабленное тело к себе, упирается стояком…
Так обескураживает мысль о том, что голый член Майка прижимается ко мне. Но теплые волны удовольствия устраняют неловкость. Парень продолжает их, вновь прикасаясь пальцами к лепесткам. И я чувствую, что он делает это…
– Как же, блять, охуенно дрочить на тебя, малышка, – срывается, почти теряет голос. – До хуя необходимо, Джесс…