— Поэтому, и ещё я смог связаться с Делани. Она рассказала мне, что произошло. Я вскочил в самолёт, как только услышал обо всём.
— Нам нужно добраться до неё сейчас же. Если с ней что-нибудь случится, я сам убью тебя, брат. Кровь или не кровь. Ты не имел на это права.
Я направился к «Мерседесу» Санте, взбешенный тем, что сделал Арман. Как он мог сделать что-то такое… Это было именно то, что бы я сделал. Боже. Это такой гребаный бардак.
— Я поеду с тобой до квартиры. Мы придумаем план, — крикнул Арман мне вслед.
— Как скажешь.
— Подожди. Есть ещё одна вещь, которую тебе нужно знать, — сказал Рокко, прежде чем я забралась на пассажирское сиденье.
— Что ещё?
— Я знаю, где Брэндон. И это не то, что ты думал. — Он протянул мне свой телефон, позволяя самому посмотреть, что он нашёл.
Прочитав дважды, я почувствовал, как тяжесть вины, гнева и печали легла на мои плечи.
— Уверен?
— Да, уверен. Выглядит не очень хорошо.
Я закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. В течение нескольких дней я потерял свой дом, подверг серьёзной опасности женщину, которая была мне дорога. А теперь я осознал, на что способен мой брат, и последствия этого. И я собирался потерять своего лучшего друга. Черт, нет. Ничего из этого не должно было случиться. Я навлеку весь гнев Божий на Альтуро.
Я услышал писк смс и зашипел. Когда я взял его в руки, время остановилось, и от одной-единственной фразы у меня похолодело в жилах.
«Теперь в моей коллекции есть то, что для тебя важнее всего…»
Яростные намерения.
Было множество причин, по которым эта фраза так часто приходила мне на ум. Я оставался кровожадным и в течение двух часов, с тех пор как вернулся в свою пустую квартиру, обнаружил, что Сэйди хромает, а её поводок всё ещё на месте. Я нашёл ветеринара экстренной помощи, который за бешеные деньги приехал и проверил, что эти ублюдки с ней сделали.
Слава Богу, с моей пушистой малышкой всё в порядке, только внутренние ушибы. Чего нельзя было сказать о любви всей моей жизни, о женщине, которая перевернула мой мир с ног на голову. Она пропала. Я стоял, уставившись на стену, где засохшими струйками, похожими на кровь, осталось красное вино. Собрал осколки, но все ещё не мог смириться с тем фактом, что её похитили у меня из-под носа.
В то время как Санте планировал выяснить, причастна ли к этому каким-либо образом местная полиция, мои мысли были заняты гораздо большим… яростным. Я выслежу виновных, и убью их. Их бы не только убили, но и я бы с удовольствием отрывал им один палец за другим, переходя к их рукам и ногам, пока, наконец, не выпотрошил бы их. Я был в ярости, и ничто и никто не мог меня остановить, включая моего гребаного брата.
— Выпей, — сказал Арман, протягивая мне стакан с янтарной жидкостью.
— Зачем? Ты серьёзно думаешь, что это успокоит мои нервы или поможет мне найти женщину, которую я бросил, ту, которую предала вся… Моя. Семья? — я повысил голос настолько, что все в комнате замолчали, ожидая, что я буду делать дальше. У меня в голове проносились мерзкие, разъярённые мысли. Я хотел выместить свой гнев на брате, даже если Рокко помог мне понять мотивы поступка Армана.
Я всё ещё не мог понять, почему мне не сказали об этой связи или почему он не позволил мне разобраться с ситуацией.
— Послушай, — проговорил он, затем обогнал меня, повернувшись так, чтобы я был вынужден смотреть ему в глаза. — Я знаю, ты злишься, но ты умный человек, иногда мне кажется, что ты гораздо умнее своего старшего брата. Даже если бы я рассказал тебе о том, что узнал, из какой семьи была Маргарет, ты правда думаешь, что смог бы сам лишить её жизни?
— Это блядь имеет какое-то значение? — я поднял голову и посмотрел ему в глаза. Он не был виноват. Где-то в глубине души я знал это, но в тот момент, когда было упомянуто имя Альтуро, он должен был признаться во всём. В тот ебаный момент. Вот из-за чего я разозлился.
— Да, должно иметь. Ты никогда в жизни не причинял боли женщине.
— И ты тоже, брат. Ты послал Мэддокса и его веселых людей уничтожить её. Верно?
Он стиснул зубы, прежде чем опрокинуть то, что приготовил для себя.
— Отлично. Ты прав, но этот заказ был необходим, и ты это знаешь. Всё дело было в бизнесе, который она пыталась разрушить.
— Бизнес. Это всё, о чем ты когда-либо думал.
— Чушь собачья, и ты это знаешь. Рэйвен значит для меня все, и, если бы ситуация была обратной, я бы тоже разозлился. Ты любишь Делани. Я знаю это. Чёрт возьми, я сомневаюсь, что в Ки-Уэсте есть хоть кто-то, кто этого не понял, включая грёбаных репортеров.