— Угу. — Он снова ухмыльнулся, и я чуть не стёр улыбку с его лица.
— Просто убедись, что в доме Брэндона в течение часа всё будет обследовано. Что-либо меньшее совершенно неприемлемо.
— Не волнуйся, босс.
Что обычно означало, что я буду продолжать в том же духе.
— И последнее. — Если Делани каким-то образом была идентифицирована как человек, который мне небезразличен, и я связал её жизнь со своей, мне нужно было знать все подробности о вовлечённых сторонах. — Проверь биографию Делани Бакстер. Я хочу знать, на чём она ездит, её адрес в Лос-Анджелесе, сколько долларов на её банковских счетах и какие у неё могут быть инвестиции. Я хочу знать всё, что ты можешь о ней узнать.
— Ты же не думаешь, что она на самом деле инсценировала случившееся и работает на одного из наших врагов. Так ведь?
Эта мысль приходила мне в голову. Если бы это было не так, я проявил бы небрежность в своём положении главы семьи.
— Лучше быть в курсе всего.
— Да, сэр. Я понимаю, о чём ты говоришь. Я придам этому первостепенное значение.
— Позвони мне после того, как составишь подробный план её жизни. Это включает в себя и всю информацию, которую ты сможешь собрать об её агенте.
— Я понял. Перестань беспокоиться.
Это именно то, чего я не привык делать. Беспокоиться. Я был из тех людей, которые всегда держали себя в руках, что позволяло мне большую часть времени наслаждаться свободой от беспокойства. Однако это также можно было расценить как беспечность. Люди и империи рушились и из-за меньшего.
Некоторые из самых влиятельных мужчин были поставлены на колени женщиной. Я не позволю этому случиться.
Снова.
Не важно, как сильно я хотел Делани.
— Давай, Сэйди, девочка моя. Пойдём, навестим дядю Армана. — У моей невестки определенно было чувство юмора. Почему в тот день, услышав эту фразу, я съёжился?
Я вышел из своего кабинета и направился к входной двери. Затем задержался, чтобы разыскать женщину, работавшую у меня уже много лет. Сесили была доброй пожилой женщиной, которая смотрела сквозь пальцы на то, кем я был, настаивая на том, что во мне есть добро.
— Сесили. Ты не окажешь мне услугу на следующий день или около того? — спросил я, когда застал её за уборкой на кухне.
— Конечно, сэр. Что вам нужно?
— Проследи, чтобы в комнате для гостей в задней части дома были свежие простыни.
Она сразу нахмурилась. Она была для меня такой же заботливой матерью, как и моя собственная мать. Это было одной из причин, по которой, на мой взгляд, женщин нужно было оберегать, защищать в любое время. Даже тех, кто бросал мне вызов на каждом шагу. Я должен был заставить Делани занять нужное место в моём сознании. Сесили не одобряла тех немногих женщин, которых я приводил в дом, и ни одна из них не оставалась на ночь за все эти годы. Я мог бы сказать, что она была обеспокоена тем, что я выбрал «вкус месяца», как любил называть это мой брат.
— У вас особая гостья, сэр?
Мне пришлось улыбнуться, учитывая её продолжающееся недовольство.
— Ничего подобного, Сесили. Я защищаю молодую женщину, которая находится в крайней опасности. Возможно, возникнет необходимость привести её сюда.
— Ах, — ответила она. — Как я и сказала вашему отцу во время нашего последнего разговора. Вы рыцарь в нашей семье.
— Ты просто прелесть, Сесили, но, к сожалению, я не рыцарь в сияющих доспехах.
— Может быть, они немного запятнаны, сэр, но вы хороший человек.
— И ещё одно одолжение.
— Всё, что угодно.
— Не могла бы ты собрать для меня несколько игрушек Сэйди, пакет с её едой, поилку и две её лежанки? Можешь просто поставить всё в прихожей.
— Собираетесь в небольшой отпуск, сэр?
Я рассмеялся, увидев блеск в её глазах.
— Погостим пару дней у друга.
— Буду скучать по пушистой девочке, но я рада, что вы чаще бываете дома. Вам нужно остепениться. Уже бы пора. — С этими словами Сесили ушла, а я смог только улыбнуться.
Пора.
Пришло время собирать вещи, прежде чем отправляться в путь. Нет, оседлость не была у меня в крови.
Впрочем, как сказала бы мне моя мама: «Никогда не говори «никогда»».
Как только экономка Армана впустила меня, Сэйди влетела в дверь так, словно это её собственный дом. Я был потрясён тем, что, куда бы ни пошла моя собака, везде появлялись улыбки, даже в самые худшие времена.
— Добрый день, Джинджер. Надеюсь, вы только что не натирали мраморные полы.
— Нет, сэр, мистер Тибодо, но это не имело бы значения, даже если бы я уже сделала. Сэйди. Почему бы тебе не пойти со мной? У меня есть особые угощения. — Она прижала руку ко рту, как будто совершила что-то ужасное. — Ну если твой папа не против.