Я прислонилась к шкафу Брэндона, глядя в сторону двери.
— Этому научил её отец, поскольку он происходил из очень бедной семьи. Сколько у неё чистое состояние?
— Около трёх миллионов долларов.
Я поперхнулся. Ей было всего двадцать четыре года, и у неё уже были такие деньги.
— Господи Иисусе. Три миллиона. Хорошо.
— Не волнуйтесь, босс. Крупных взносов в последнее время не было, если не считать, десять с лишним тысяч за её выступления в качестве модели.
— Итак, она умная девушка, разбирающаяся в бизнесе. Что ещё?
— Хочешь верь, хочешь нет, но она водит старый «Шевроле Круз», живёт в скромной квартире. У неё хорошая репутация, и она не тусовщица. Насколько я могу судить, она популярна и трудолюбива. Однако её агент, Куинс, — что-то с чем-то. Этот человек привлекался к ответственности за сексуальные домогательства не один раз, а дважды, и ни одна из жалоб не была доведена до конца.
— Тогда какого хрена такая, казалось бы, умная женщина, как Делани, ведёт с ним дела?
— Может быть, потому, что он лучший в своём деле, и у его семьи есть влиятельные друзья в Голливуде.
— Так вот как этот ублюдок отделался от своих преступлений, — прорычал я.
— Скорее всего.
— Что я упускаю про Делани? У каждого есть тёмная сторона. Она оказалась в Кинк-клубе для извращенцев, возможно, впервые. А может, и нет. У неё есть парень, доминант?
Рокко усмехнулся.
— Не могу точно сказать, и в крупных таблоидах тоже ничего такого нет. Мой приятель из индустрии сказал мне, что в её контрактах с некоторыми дизайнерами, вроде как, есть пункт о моральных принципах, учитывая всё то дерьмо, которое у них происходило с другими моделями.
— Интересно. — Это была ещё одна причина, по которой мне было важно вздохнуть свободно.
— Её редко фотографируют, кроме как на шоу, поэтому не могу быть уверен, но разговоры на улицах Лос-Анджелеса говорят о том, что она замкнута в себе.
Я глубоко вздохнул и закрыл глаза.
— Каждому есть что скрывать. Продолжай копать. Используй все наши контакты в Лос-Анджелесе, чтобы нарыть на неё компромат. Проверь также её мать. И её соседку по комнате, Джинни Медоуз. Если то, что сказала мне Делани, правда, и эта девушка предложила ей приглашение, то кто-то, возможно, заплатил немалые деньги, чтобы заманить Делани именно в этот клуб.
Рокко фыркнул.
— Хорошая мысль. Я узнал, что мать Делани вышла замуж и уехала куда-то на тропический остров. Муж номер три тоже богат, причём очень богат.
Смех готов был вырваться наружу. По какой-то причине у меня внезапно разболелась голова. Я провёл прохладным стаканом по лбу.
— Ее мать — настоящая мастерица, на мой взгляд жадная до денег сучка. Интересно, потрудилась ли она рассказать Брэндону о своей очередной свадьбе, хотя его это уже не должно волновать. Я так рад, что он наконец-то с ней расстался. Просто продолжай копать. Я не верю, что моя прекрасная кукла — непорочная девочка.
— О, окей, — ответил Рокко, и по его тону было ясно, что он шокирован тем, что я думаю о ней как о ком угодно, только не о молодой, сногсшибательной женщине, у которой вся жизнь впереди. Я должен был быть практичным. Я должен был думать, как вице-президент крупной корпорации и как Капо. Меньшее было неприемлемо.
— И напиши мне номер Куинса. Из того, что сказал мне Брэндон, этот человек уговаривает её вернуться, что может подтолкнуть её к этому. К тому же, если у него есть альтернативные мотивы, ему было бы полезно вернуть её туда где она без защиты. Этого не произойдёт. Она сделает всё в точности так, как я скажу.
— Уже сделано, босс. Утром я сменю человека Дэниела. К тому времени у меня должно быть больше информации.
— Отлично. — Я закончил разговор, прижимая трубку к голове.
— Как. Блядь. Ты. Осмелился.
Я открыл глаза, вглядываясь в Делани. Она стояла, уперев руки в бока, и смотрела на меня с ещё большей ненавистью и ядом, чем утром. Я покрутил напиток в бокале, давая ей возможность разозлиться. Чем больше у неё будет причин ненавидеть меня, тем лучше для нас обоих.
По крайней мере, на данный момент.
— Я делаю то, что необходимо в моей работе, — ответил я ей, бросив на неё такой же суровый взгляд, как и она на меня.
Она подошла на шаг ближе, её грудь вздымалась и опускалась, что, к сожалению, снова привлекло моё внимание к её упругим соскам. У меня потекли слюнки при мысли о том, чтобы пососать сначала один, потом другой сосок.
— Ты не имеешь права копаться в моей личной жизни. Никто не имеет. Франсуа, за кого ты меня принимаешь, чёрт возьми, за какую-то тёлку, которой плохой парень заплатил, чтобы она причинила тебе боль, или что-то в этом роде? О, дай угадаю. Ты думаешь, я была соучастницей убийства моей соседки и одной из моих лучших подруг. Это всё? Или, может быть, всё наоборот, и это она убедилась, что за мной проследят, прежде чем принести себя в жертву чудовищу. Позволь мне открыть тебе великую тайну. Я заработала эти деньги, потея и отмораживая задницу. И да, дорогой старый папочка с детства учил меня инвестированию, чему я смогла научиться в отличие от своей матери-золотоискательницы. Верно?