Мужчина был застрелен.
— Что за хуйня? — крикнул Брэндон с того места, где он всё ещё стоял.
— Ложись. Все. Отойдите в безопасное место, — прошипев, я посмотрел на трибуны, успев заметить, как потенциальный убийца выпрямился во весь рост, вероятно, осознав, что его попытка убить меня провалилась.
Я оттащил Марти за машину, защищая его от возможных дополнительных травм, и пощупал пульс у него на шее. Он был ранен в плечо, и злость этого счастливого сукина сына была причиной того, что он всё ещё был жив.
— С тобой всё будет в порядке, Марти.
Я, чёрт возьми, убежусь в этом.
Пока пит-команда, как и требовалось, бросилась в укрытие, Брэндон стоял, уперев руки в бока и прикрыв глаза рукой, смотрел на трибуны. Что, блядь, с ним не так? Я бросился к своему другу, с такой силой, что повалил его на тротуар.
— Что, ёбаный в рот, с тобой не так? — мой рык был полон ярости. Я повернулся, пытаясь снова найти наёмника.
Этот выблядок не уйдёт от меня.
— Что происходит? — Брэндон попытался выбраться из-под меня.
Я оттащил нас за бетонный барьер на боковой линии, воспользовавшись моментом, чтобы заглянуть на трибуны и осмотреть места. Именно тогда я заметил, что этот гондон уже направился к выходу с тёмным чемоданчиком в руке. Намёк был очевиден. Он был лишь стрелком, нанятым для этой работы. Мне следовало это знать, так как я проходил такую же подготовку несколько лет назад.
— Послушай меня. Отвези Марти в больницу.
— Я позвоню 9-1-1, — настаивал он.
— Не делай этого. Он будет жить, но ему нужна медицинская помощь. Я должен быть уверен, что ты справишься с этим.
— Куда, чёрт возьми, ты собрался? — он с трудом поднялся на ноги, продолжая сидеть на корточках рядом со мной, глядя на трибуны в том же направлении. — Кто, сука, теперь в твоём черном списке?
— На этот раз — не знаю. Но я пойду за ним.
— Что, ебать, с тобой не так?
— Просто делай, что я приказал. Последнее, что нам нужно — это чтобы копы рыскали вокруг.
Я не дал ему времени возразить, перепрыгнув через барьер и направившись к выходу, где была припаркована моя личная машина. Наёмник промахнулся и понял, что лучше не задерживаться.
У него был всего один шанс завершить начатое. Он потерпел неудачу. Слава богу, Марти был в ярости и бросился на меня, иначе я был бы мёртв. Через несколько секунд я добрался до своего «Корветта», запрыгнул внутрь и сразу же схватил оружие из бардачка. Здесь был один вход и один выход. Чего не знал ублюдок, посмевший покуситься на мою жизнь, так это того, что мой любимый спортивный автомобиль был оснащён не только пуленепробиваемой сталью, но и усиленным двигателем.
Я с лёгкостью поймаю этого сукина сына.
Когда вырулил с парковки, мне не потребовалось много времени, чтобы обнаружить тёмную машину, мчавшуюся на большой скорости. Хотя и было очевидно, что преступник — опытный водитель, он понятия не имел, на что способен я. Я тихо рассмеялся, крепче сжимая руль.
Тот, кто был за рулём, внезапно понял, что я у него на хвосте, нажал на газ и помчался прочь от этого места, подлетев в воздух, прежде чем выехать на улицу. Если он выедет на шоссе, то догнать его станет трудно, а продолжать движение — опасно. Я не допущу, чтобы это произошло. Сделав пару поворотов, я схватил своё оружие и нажал кнопку на окне.
Я был охуенно хорошим стрелком. Слава богу, я умел стрелять левой рукой. Продолжая улыбаться, я тщательно прицелился, сохраняя концентрацию и добиваясь своей цели — пробить шину. Затем нажал на газ, ожидая, когда убийца потеряет контроль над машиной. Когда массивный кусок стали врезался в бордюр, его развернуло на триста шестьдесят градусов, шины взвизгнули, прежде чем она резко остановилась.
Я выскочил из машины в считанные секунды, не обращая внимания на то, кто мог видеть, что я делаю. Ярость переполняла меня, я держал оружие опущенным, обхватив его обеими руками, и широкими шагами направился к водительской двери, легко распахнув её за считанные секунды. Затем вытащил этого мудака на улицу.
— Кто, ебаный в рот, тебя послал? — потребовал я ответа.
Убийца попытался сделать вид, что понятия не имеет, о чём, черт возьми, я говорю.
— Ты кто?
Я прижал дуло к его виску и глубоко вздохнул.
— Не морочь мне голову. Я сейчас не в настроении. У тебя есть пять секунд, чтобы сказать мне, кто тебя нанял.
Я быстро осмотрел салон внедорожника, но не нашёл ничего полезного. Если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что этого человека наняли с единственной целью — покончить со мной, и, скорее всего, у него не было ничего, что позволило бы установить, на кого он работает. Не то чтобы его это волновало. Это была хорошо оплачиваемая работа и ничего больше. Отец научил меня различным приёмам, когда мне едва исполнилось восемнадцать.