Мои пальцы внутри неё. Её стоны, долбящие вибрацией в головку члена. Тихая музыка из динамиков.
И это уже не прилюдный секс. Это, бл*дь, йога. Медитация, на грани перехода в Нирвану.
Стук в окно. Ни с первого раза, слышу призывный удар о стекло костяшками пальцев. Девчонка на мне полностью взмокшая, усталая. Понимая происходящее, впечатывается в голую грудь своими сосками. Прячет голову в моём плече. Касается влажной шеи горячими губами.
Излишки одежды отброшены на заднее сидении. Мои брюки с трусами спущены на колени. Член ещё вздрагивает внутри неё, а наружный стук повторяется, призывая к вниманию.
- Не дергайся, — хриплю пересохшим горлом, собирая влагу на её спине лёгким поглаживанием пальцев.
- Угу, — выдыхает в шею глухо и рвано.
Опускаю вниз козырек над водительским. Захватываю в кулак пару купюр. Стекло вниз. По свои глаза. До средней отметки.
- Добрый ночи, — чеканит с ухмылкой сотрудник, представляясь по званию и фамилии. Подсвечивает в проём салон автомобиля фонариком. - Нарушаем?
Выставляю руку вперёд, сопровождая жест безэмоциональным:
- Оказываю действия первой медицинской помощи. Купирую паническую атаку.
- Пострадавшей уже есть восемнадцать? - ловко перехватывая купюры, поднимает ставки, уточняя с ухмылкой. - Документы могу попросить, чтобы удостовериться?
- Поверь на слово, лейтенант, — прошу скупо, повторяя манёвр с козырьком над собой.
Забирает купюры, ехидно салютуя в ответ. А тяжёлый взгляд так и ложиться на женскую спину под моей пятерней.
- Десять минут, — заключает надменно. - Постарайтесь привести её в чувства и как можно быстрее убраться отсюда. Следующий патруль будет не столь лоялен, как мы.
Поднимаю стекло, не уподобляясь ответу. Опускаю напряжённую грудную клетку, уточняя нейтрально:
- Ты как?
- За десять минут возможно успею, — парирует наигранно весело, а тело в моих руках так и исходит ощутимой нервной дрожью. Судорогой. Адреналин отпускает. Обоих. Только, в отличие от неё, меня наполняет нестерпимым желанием прижать её ближе. Накрыть непробиваемым куполом и спрятать за своей спиной от всего мира. Не отпускать от себя ни на шаг.
- Останешься у меня до утра? - предлагаю бездумно.- Квартира рядом. Бываю там. Не живу.
- Водишь шлюх, — заключает устало, но настолько спокойно, словно это её совсем не волнует. Не двигается. Не устраивает истерик в плане "сама сказала, сама додумала" и даже не слезает с меня. Не разрывает этого хрупкого момента единства.
- Никого не вожу, — пропускаю мышечный спазм, не желая, а всё же оправдываясь. - Вложение средств. Стоит за ненадобностью.
- Кир, — протягивает тихо и ласково. Точно гладит "по шерсти" своей мягкой ладошкой. Открывает для поцелуев шею, к которой нестерпимо прикасаюсь губами. Обжигаю ледяную кожу, покрытую слоем испарины. Втягиваю в себя, вызывая одобряющий стон. Массирую губами, купируя возникновение синяков и вновь начинаю неспешно двигаться в ней. Плавно. Будто и не мешая грозящему серьезному разговору, настроение под который уже нависает над нами, в плотном, душном воздухе. Или же стараюсь, отложить его хотя бы на какое-то время?
- Считаешь, мои проблемы надуманы и не стоят внимания? - напрягает спину, отстраняясь от моей груди на локтях. Дышит часто. И тяжело. Смотрит в глаза. Из под опушки отяжелевших ресниц. Прячущих взгляд. Серьезный. И одновременно, невидящий, словно пьяный. Двигается на мне. Медленно. Чувственно. Не смыкает губы. Выпуская из них клубы горячего пара. Ждёт ответа. Явно не забывая о чём идёт речь.
- Я не из тех, кто станет размусоливать важность, — кривлюсь, фиксируя ладони на её бедрах. - У тебя есть проблемы. Я их решу.
- Не хочу за него замуж, — настаивает упрямо. Наклоняется ближе. Ловит мои губы. Кусает. Жадно. Посасывает. Стонет мне в рот. В такт движениям ниже. Сжимает мышцы вокруг члена. Проговаривает на выдохе: - За такого как ты хочу.
- Заговариваешься, Кара, — рычу, вжимаясь в её бедра сильнее.- Это гормоны, — настаиваю, вдалбливаясь в податливую плоть ещё жеще и резче. Пытаясь растереть в прах остатки подобных мыслей в её светлой головке. Уничтожить за ненадобностью. Оставить лишь ощущения и оголённые инстинкты.- Такие, как ты не идут за таких, как я, — добиваю, захватывая губами её приоткрытый рот. Сцепляюсь языком не на равных. Выигрываю, подавляя собой. Не позволяю ответить. Додумать. Да. Но не сказать, что-то против. Подобную формулировку не перебить расхожими аргументами. И суть даже не в том, что папа будет против... А он будет. Без сомнения. Такому зятю как я, вообще, навряд ли кто-то обрадуется.