- Мне начинает нравиться твоя мама, — подначиваю, рывком вбирая в кулак её волосы. Стягиваю, забирая полную власть. Не позволяю отдалиться. Целую. Глубже и жарче. Выжигаю дыханием лёгкие. И насаживаю на себя. На одной руке приподнимая её бедра мгновенно. Быстро двигаюсь в узком влагалище, едва не кончая от одной мысли "насколько же тесным окажется её зад"?
- Карина, — протягиваю на выдохе. Приотпускаю волосы. Она со стоном погибает спину.
- Мм? - удовлетворенное и расслабленное.
- Забей. Ничего, — вывожу запоздало.
- Тебе со мной хорошо? - глаза полуприкрыты. Блаженная улыбка на губах.
- Мне в тебе хорошо, — цежу, смазывая её анус. И массируя. Вопреки резким движениям члена. Тихо и плавно.
- Это разные вещи? - уточняет игриво, сквозь стон.
- Очень, — отмахиваюсь недовольно. Гормональный передоз. Так и тянет на обнимашки и поговорить. - Обычно для секса одна; духовная близость должна быть с другой.
- Должна? - цепляется острыми коготками за неугодное слово. - Кому кто, что должен? Очисти голову от этого дерьма! Тебе нравится быть во мне? Будь. Везде. Долго. Неспешно.
- Ох*ительное вино. Надо прикупить парочку бутылок про запас, — заключаю звучным смешком, а палец уже так и скользит внутрь. Наравне с членом. И это не доставляет ей дискомфорта.
- Да, — соглашается, кусая губы в улыбке.
- А теперь можно я тебя нежно?
- И ласково, — продолжает кивая. Подмахивая бедрами. Насаживаясь одновременно дважды. - Трахнешь.
Киваю. Сплетаюсь ещё и языком, ощущая необходимость быть в ней повсюду. Полностью. Забрать всю себе. Ментально. Физически. По-всякому. Как получится. Тем временем, её анус свободно принимает второй палец. И мышцы в моём теле, включая сердечную, что давно отбивает галоп, удовлетворительно напрягаются.
Неспешно завершаю поцелуй. Выхожу отовсюду под неугомонное "уу". Разворачиваю спиной к себе. Стоит на коленях. Улыбается. Тихо. Доверчиво. Прикусываю шею. Плечи. Прогибаю позвоночник. Медленно поглаживая мокрые складочки, анус, развожу ноги в стороны. Приспускаю спину ещё, укладывая в постель, а сам оказываюсь между её бедер. Опусти член вниз, надави головкой и ты уже внутри. Входи. Двигайся. Накачивай плотный зад своей спермой.
А я не хочу торопиться. Опять. Не хочу. Торопиться. С ней. Ложусь сверху. Придавливаю тяжестью тела и начинаю целовать. Долго. Нежно. Каждый позвонок. Каждое ответвление. Шепча то, что рвётся наружу. Насколько она красива и ох*тельна. И ей не идёт быть мягкой и милой. Когда-нибудь. Не сейчас. Её- это цитадель порока, разврата. Безудержное желание. Запах секса, поглощающий охрененно дорогие духи. Пошлость. Соблазн. На грани.
- Ты прелесть, — шепчу тихо, пройдя влажными поцелуями всю женскую спину. - И с другой бы я не захотел. Так. Такого.
Усаживаюсь в исходную. Она расслаблена настолько, что даже улыбается лениво. Через силу.
Запускаю пальцы в сладкую смазку. Параллельно начинаю массировать клитор. Подаётся вперёд. Плавно раскачивается. Улыбается. Веки практически сомкнуты.
- Не бойся. Страх-потеря времени, — цитирую ухмылкой, пусть и не очень дословно.
Расширяю анус головкой. Аккуратно. Потихоньку. Рефлексивно открывает рот. Стонет тихо. Дышит глубже. Чаще. Успокаиваю лаская. Пальцами клитор и стенки влагалища. Членом, глубже и тихо. Лёгкими. Поступательными. Сдвигая брови от напряжения. Настолько. Бл*дь. Нереально. Туго.
Вздрагивает. Как перед клиторальным. Увеличивает амплитуду. Уже реще. Глубже. Насаживается сама. И, буквально за минуту, загоняет член в зад по яйца.
Замирает. С открытым ртом. Дышит. Будто не в силах сомкнуть губы. Неоднозначно улыбается.
- На первый хватит? - тушу желание продолжить и кончить. Голос звучит спокойно. И не дрожит. Как член в ней. От перенапряжения.
- Погоди. Дай осмыслить, — облизывает пересохшие губы. И повторно. Приводит в натуральное бешенство.
- Если двинусь ещё раз, то не остановлюсь, пока вместе не кончим.
- Да, — бездумно и чисто. - Да, Кир.
- Бл*, - единственное, что получается произнести, перед тем, как крышу рвет напрочь и единственное, что способен контролировать, так это резкость и силу проникновения.
Она стонет. Пальцы скользят по клитору. Упираются внутрь. Головка члена внутри уже настолько чувствительна. Она изгибается. Резко. Всем телом. Помогает своими пальцами. Стонет. Ярче. Громче. Оглушающе. И заходится дрожью, завывая протяжно и сладко. Кончаю, под вибрацию, сотрясаемую всё тело. Ту, что пропускаю сквозь кончики пальцев и через каждую клеточку своего. Падаю на неё. Продолжая двигаться. Медленно. По наитию. Выдыхая в ушную раковину, что украшена крупным бриллиантом: