- Хорошо, — кивает, не собираясь опротестовывать. - Маленькую можешь называть без лишних приписок.
- Исключительно по имени отчеству, как и отца, — подмигиваю её широкой улыбке.
- Боитесь? Время пролетело быстро.
- Для меня слишком, — парирует, слегка напрягаясь. Чувствую по захвату пальцев. - Мой муж уверяет, что дети появляются легко и без проблемно. Он до пяти лет даже не подозревал о наличии сына. Его бывшая жена тоже. И только Мэйер отдувался за всех по полной. К сожалению, Кирочка, у меня нет на примете подобного старика. Поэтому придётся справляться самой. Я вижу мужа в роли отца меньше двух лет, а Марку почти восемнадцать.
- В этот раз у него всё получится, — усмехаюсь по-доброму, в очередной раз завидуя лаврам Бажена. Смутно представляя его в новой роли, но отчётливо понимая, что он возьмёт её с блеском. Заслужил. Возможно. Или дорос?
- Я опять нагружаю тебя своими заботами, а ты хотел спросить что-то другое.
Вздыхает и, очевидно, переживает по этому поводу. В то время как я опять растягиваю убытку от уха до уха. Рядом с той, от кого веет спокойствием и теплотой.
- Мисс Хелен, — вывожу мягко, — За что вы его любите?
Поджимает губы задумчиво. Поднимает на меня глаза.
- Кирюш, это самый сложный вопрос, который я когда-нибудь слышала или задавала себе в жизни. На него нельзя просто взять и ответить. Скорее я пойду от обратного и скажу тебе, что не могу найти причины, чтобы его не любить. Он подарил мне новую жизнь.
- На развалинах прежней? - гримасничаю, понимая, что сказал это вслух. Вырвалось. А должно было остаться лишь мыслью.
Останавливается. Подбородок опущен вниз. Кусаю губы, пытаясь, подобрать слова, чтобы вернуть разговору былой тон. Настроить на лёгкость. Оправдаться, что не хотел её обидеть. Задеть. Ни коим образом.
Берет в захват пальцев мою ладонь. Визуально в два раза шире. Её хрупкая поверх, со сверкающем кольцом. Направляет в сторону. К своему животу, что вечно опережает нас на прогулке, не меньше чем в половину метра. Тяжело выдыхаю ощущая сквозь ткань тепло. И резкий толчок. Прямо в руку. Дважды. Дыхание перехватывает. Горло иссушает разом. Ни проглотить. Ни вдохнуть нормально. Стопорит в непонятке.
- Эту жизнь, Кирочка, — поясняет хозяйка. - Она стоит десятка прежних. Если бы Всеволод не уничтожил мое прошлое, у нас не было бы настоящего.
Ослабляет свою руку. Плавно убираю свою. Откашливаюсь, произнося хрипло:
- Мы с Таей с этим согласны.
- Расскажешь мне о ней? - мечтательно смотрит на меня, вновь обняв под локоть. Улыбка молит начать говорить, а взгляд и вовсе не оставляет шанса отвертеться.
- Она... , - усмехаюсь, не понимая как описать. Ни один эпитет не способен описать кратко, живо и чётко. Кроме мата. А с матом к Хелен нельзя. Необходимо беречь её внутреннюю гармонию и нежные чувства. - Очень горячая, — выпаливаю первое пришедшее в голову.
- Так ты не из тех, кто боится обжечься.
- У неё властный, богатый папа... , - точно оправдываюсь, перебирая детали. - В общем у нас всё равно ничего не получится.
- Кир, — тянет проникновенно. - Ты хороший человек. Мне ли этого не знать?
- В современных реалиях, — усмехаюсь болезненно, — С моим прошлым и настоящим, такая мелочь не очень котируется.
- Сколько ей?
- Двадцать пять.
- Так причём тут папа? - недоуменно хлопает ресницами, пытаясь уловить неведомый смысл фразы. - Всеволод вступится. А ты позволь ей самой решать, что и как надо.
- Он не станет так подставляться, — выдыхаю, не питая лишних иллюзий на свой счёт. - Да и мне нечего ей предложить. У неё вообще свадьба через месяц.
- Хороший мой, — вновь останавливается, обязуя свести на прямой глаза. - Хорошие девочки не ходят на свидания с такими как ты, когда готовятся к свадьбе.
- Не припомню момента, когда говорил, что она хорошая, — захожусь звонким смехом, наблюдая изменившееся выражение её лица. - А, кстати, к таким как я, это к каким? - подначиваю успокаиваясь.
- Собственникам, — произносит резонно. Хмурюсь, пытаясь оспорить. Как минимум взглядом.
- Я прежде не видела тебя таким, — поясняет пространственно. - Ты... - улыбается, как и я подбирая слова. Только я про себя всё же матом, а она на своём интеллигентном. - Разберись в себе, Кирочка. Отбросив в сторону лишнее. А предложить тебе всегда есть что, — плавно постукивает указательным по моей грудной клетке. Заявляя уверенно: - Несмотря на твой грозный вид и мальчишеское бахвальство, у тебя огромное, чистое сердце. Ты, как и Сева, не впускаешь туда никого лишнего. Но оно есть, как бы тщательно вход в него ты не прятал.