— Всё ещё хуже, чем я думал. Мы совершенно не доверяем друг другу. Мы не сможем быть счастливы, мы должны…
— Молчи, молчи! — она подскочила ко мне и зажала рот ладошкой, — ничего не говори. Я всё поняла. Я уйду сама.
Она всхлипнула, стремительно развернувшись, отскочила в другой конец спальни и взмахнула рукой, открывая портал.
— Куда, Кара? — я ринулся к ней, но не успел.
Мой вопрос она уже не услышала, портал унёс её к родителям. Не демоница, а метеор какой-то: сама придумала, сама обиделась, сама за всех всё решила! Ну хорошо, что хоть к ним, а не на Элиорон, а то такими темпами светлые эльфы скоро закатят нам политический скандал.
Нет, ну что за кара эта Кара! Схватился за рога! Не дала договорить, а я ведь только и хотел сказать, что мы не сможем быть счастливы, пока не раскроем друг другу души и не перестанем соперничать.
Когда же это наказание закончится, и мы заживём с ней спокойной, тихой жизнью? Так и подозреваю, что ответ — никогда. Ухмыльнулся: такова судьба, ничего не поделать. Пойду забирать от родителей своё сумасшедшее сокровище. А завтра разнесу к чертям эту эльфийскую киностудию.
Глава 23 Так вон оно что, оказывается!
Карашерриса.
Из портала вывалилась в гостиную родительского дома, уже не сдерживая рыданий.
— Мама! Мамочка-а-а-а! — сейчас мне поможет только она и её любящие объятья.
Почему я чувствую себя так, как будто сама всё разрушила? Как он узнал, где я? Зачем я решила опять его обмануть? Что теперь будет? Вопросы, ответы на которые вызывали новые потоки слёз, роились в моей голове. Надо всё рассказать маме. Она точно знает, что делать, и найдет для меня слова утешения.
— Господи, Кара, что случилось?
Мама прибежала на мой крик откуда-то сверху, следом прибежал папа. Он, оказывается, был дома, а ещё прибежал Ульх.
Что ж. Хорошо. Каяться, так сразу перед всеми.
— Дорогие мои! — вытерла слёзы и подавила рыдания, — все эти пять лет я вас обманывала. Я не училась на лекаря, а снималась в эльфийских мелодрамах. Перед вами великая Улиэль. Простите меня.
— Детка, ты шутишь? — спросил папа.
Он пока был абсолютно спокоен.
— Нет, Рас, она не шутит. Я об этом давно догадывалась.
Я бы очень удивилась этому заявлению, если бы не была так расстроена. Сил хватало только на то, чтоб не рыдать.
— Но, почему ты мне не сказала, Василина? — кажется, до отца начало доходить и в гостиной потеплело, как всегда случалось, если Огненный Рас злился. Но даже это меня не пугало в данный момент.
— Сейчас это не важно, — отмахнулась мама, — сейчас важно узнать, почему наша дочь решила, наконец, открыться и из-за чего так горько рыдает?
Все трое уставились на меня в ожидании. Я собралась с духом и выложила всё до конца.
— Мир меня не любит. Он сказал, что я предательница, обманщица, и мы не можем быть вместе.
И так мне стало горько и больно, что в глазах потемнело. Я покачнулась и схватилась за стену, начиная оседать на пол. Почему-то ноги совсем перестали держать.
— Кара, тебе плохо? — мама подлетела ко мне и обняла, не дав упасть.
— Голова закружилась. Слабость какая-то в последние дни, — созналась я.
— Так. Всё ясно. Ульх, найди Улину, Рас, вызови Паррацельса, Кара, идём тихонько в спальню.
Мама, как обычно, в стрессовых ситуациях не терялась, а быстро и четко раздавала всем указания.
Уложив меня в постель, она подоткнула одеяло и принялась гладить по голове, утешая.
— Девочка моя, всё будет у вас хорошо. Я просто уверена, что ты преувеличиваешь размеры драмы.
— Нет, мам. Я столько раз уже его обманывала, он меня больше не простит. Да Мир уже даже замену мне присмотрел. Мать Шасса.
— Ты бредишь! Сейчас придет лекарь и тебе станет лучше, — не на шутку взволновалась мама.
— Это правда! Я сама слышала их разговор, и Лаки слышал, как Мир рассказывал об этом папе.
— Ох, беда! Если б не запрет Праотца! — непонятно чему сокрушалась мама, — успокойся. Просто поверь мне, все будет хорошо.
И верить ей так сильно хотелось, что я начала понемногу успокаиваться, наслаждаясь теплом маминых рук.
Когда в спальню влетела Уля, я уже даже не всхлипывала.
— Госпожа моя! Что случилось? Повелитель узнал про пробы? Я говорила, не надо слушать кота, говорила! Что теперь будет? — затараторила моя бесовка. Ну да, она меня всё утро отговаривала от путешествия на студию.
— Уля, хватит причитать, не видишь, ей и так плохо, — вступилась мама.
— Уля, отправляйся на Элиорон. Побудь там с Лаки, лучше ему пока не показываться на глаза Повелителю, — за кота я действительно очень волновалась. Кто знает, как Мир его накажет?