— Тогда пусть готовятся. Мы больше не те, кого можно забрать без боя.
И где-то далеко, за пределами миров, чья-то воля отметила их имена.
Глава 22. То, что болит сильнее
Они шли молча уже долго.
Слишком долго, чтобы молчание было случайным. Кара чувствовала, как внутри неё копится что-то тяжёлое, горячее, не дающее дышать. Образ всадника, его слова, мысль об отце — всё это рвалось наружу.
— Он сказал «забрать», — наконец произнесла Кара, не глядя на Кору. — Не убить. Забрать.
— Значит, мы для них не люди. Мы — вещи.
Кора остановилась.
— Мы — носители стихий. Это всегда было ясно.
Кара резко развернулась.
— Тебе легко говорить! Ты всегда знала правду!
— А я жила в неведении. Без матери. Без понимания, почему со мной происходят странные вещи!
Её голос дрогнул.
— Ты хотя бы знала, кто ты. А я — нет!
Кора побледнела, но в глазах вспыхнуло что-то острое.
— Думаешь, мне было легче? — её голос стал холодным, как вода перед штормом.
— Думаешь, легко было расти, зная, что половины тебя нет рядом?
Кара нахмурилась.
— О чём ты?
— О тебе, — резко сказала Кора. — О том, как все смотрели на меня как на неполную.
— «Где вторая?»
— «Почему ты одна?»
— «Почему равновесие нарушено?»
Она шагнула ближе.
— А ты… ты жила спокойной жизнью. Ходила в школу. Возвращалась домой. У тебя был отец. У тебя было детство.
Кара замерла.
— Ты не знаешь, какой была моя жизнь…
— Знаю! — перебила Кора. — Она была нормальной.
— А моя — нет.
Её голос задрожал, но она не остановилась:
— На меня смотрели как на ту, кто должна удерживать баланс.
— На меня легла ответственность с детства.
— Я не могла быть просто ребёнком, Кара. Никогда.
Тишина стала тяжёлой.
— Пока ты жила, не думая о мире, — продолжила Кора глухо, — я знала, что если ошибусь — пострадают все.
Кара сжала кулаки.
— Значит, я виновата, что хотела просто жить?
— Нет, — резко сказала Кора. — Но ты виновата в том, что сейчас думаешь только о себе.
— Я думаю о своём отце! — выкрикнула Кара. — Он в опасности!
— А если мир рухнет, — тихо ответила Кора, — его всё равно не станет.
— Как и миллионов других.
Эти слова ударили сильнее любой магии.
— Значит, мои чувства — ничто? — прошептала Кара.
Кора отвернулась.
— Они важны.
— Но не важнее равновесия.
Огонь вокруг Кары вспыхнул неконтролируемо. Земля под ногами почернела.
— Тогда спасай мир без меня, — сказала она хрипло. — Раз тебе так легко жертвовать всем.
— Кара… — шагнул вперёд Амир.
— Не сейчас, — она подняла руку.
Они смотрели друг на друга долго.
Две сестры.
Две правды.
Ни одна из них не была ложью.
Кора наконец сказала тихо:
— Я никогда не ненавидела тебя.
— Я ненавидела то, что не могла быть просто девочкой… пока ты ею была.
Кара отвернулась, не в силах ответить.
Трещина между ними осталась.
Не разрушив связь — но сделав её болезненной.
Глава 23. Те, кто остаются
Ночь была холодной и тихой.
Кара сидела у почти погасшего костра. Огонь едва тлел, словно не решаясь разгореться. Она смотрела на языки пламени и чувствовала, как внутри всё ещё пульсирует злость — на Кору, на мир, на саму себя.
Шаги она услышала поздно.
— Я так и думал, что ты здесь, — раздался голос Амира.
Она не обернулась.
— Если пришёл уговаривать меня мир спасать — зря.
Он усмехнулся и сел рядом, на расстоянии, оставляя ей выбор.
— Нет. Я пришёл убедиться, что великие близняшки из пророчества не поубивали друг друга раньше времени.
Кара фыркнула.
— Очень смешно.
— Я стараюсь, — спокойно ответил он. — Иначе сойду с ума.
Несколько мгновений они молчали. Потом Кара тихо сказала:
— Кора считает, что мои чувства — слабость.
Амир задумался.
— Она считает, что любые чувства — слабость. Особенно свои.
Кара посмотрела на него.
— Ты на её стороне?
— Я на стороне тех, кто ещё жив, — ответил он честно. — И тех, кого ещё можно спасти.