Аркул улетел в город, чтобы прошерстить снова место, откуда забрали Кару. Большинство дарлов работают над системой слежения, безопасности - чтобы понять, когда был прорыв в ней и когда она дала сбой. Ведь на Лакрас попасть вообще - это очень сложно и едва ли невозможно.
- Ваше величество, - за спиной слышу голос дарла. Повернулся, принял планшет из смуглых рук и равнодушно прошёлся по диагонали. Клан Тонес запросил разрешение участвовать в розыске, другие кланы выражают сочувствие и просят сообщить меня о результатах. Бесит!
Смахиваю, разрешаю Тонес подключиться к поискам. Я знаю, чего ждут другие кланы. Даже самые преданные.
Но на это я не пойду.
Кара жива и мы с Аркулом это чувствуем.
Позволь я на секунду усомниться в этом, да ещё и перед кем-то, и абсолютно все кланы тут же предложат нам в жёны своих дочерей почти все имеющиеся семьи Империи. Едва поползут слухи о том, что мы не можем её найти и всё, у нас потребуют официальных заявлений и после - посыпятся предложения невест. Пиан даже на обычном состязании роботов всунула мне под нос Рианель и настояла, чтобы я с ней пообщался. И знать не хочу, насколько в этот момент стало неприятно Каре. В те времена она не была Императрицей, конечно, но я уже тогда знал, что моей женой не станет Высокородная дочь. Ни за что.
Внезапно всё тело прошивает электрический импульс, подобный удару молнии. Болезненный, странный, жуткий - он пронизывает меня насквозь, заставляя содрогнуться. Краснеют татуировки, полученные на церемонии соединения, и я выхожу из гардеробной, чувствуя, как всё тело дрожит, как темнеет перед глазами и чёрный дым обволакивает, тянет куда-то наружу, словно невидимая сила пытается вырвать меня из этого мира.
Но нет. Снова не получится.
Я едва стою на ногах, не позволяя своей силе тянуть меня неизвестно куда. Сжимаю ладони в кулаки, отчего тату на руке пульсирует, словно живая лава, и резко я слышу голос брата, разрывающий тишину:
- Итен, выдохни! - нахожу его взглядом, и вижу, что ему тоже плохо, тоже что-то тянет. Сила словно повинуется какому-то незримому ветру, тонким шлейфом тянется к окнам, к террасе и куда-то ввысь, вверх, в бесконечность неба и космоса.
Я прищуриваюсь, пытаясь понять, что происходит, и быстро выпрямляю спину, дёргаю плечами, чтобы согнать непрошенные ощущения. Аркул касается моего плеча, его прикосновение успокаивает меня, и он говорит:
- Мне кажется, что это то, что нам нужно.
Его голос полон уверенности. Этот странный импульс, и правда, может быть ключом к нашей малышке
- Кара? - тихо отвечаю. Качаю головой. В мыслях сразу рождается много новых страхов. Она может быть нам не рада, если знает всё, что мы от неё скрывали. Если наши догадки и подозрения правдивы.
- Да.
- Господин! - слышу тонкий знакомый голосок. Шуршат лёгкие ткани, слышатся быстрые шаги. Тоненькая ладонь обвивает плечо Аркула, а невинный взгляд бесстрашно смотрит в мои глаза, всё ещё замутнённые силой и тьмой.
- Вы так быстро пропали, ваше величество, - тонко тянет Рианель, поднимая взгляд на Аркула, её глаза блестят с тревогой, а голос дрожит от волнения. - Я испугалась, что что-то случилось… Её слова висят в воздухе, но я не верю, что она действительно заботится о Аркуле.
Брат нервно сбрасывает её ладошку и смотрит на меня, его глаза просят о помощи. Я понимаю, что он не хочет иметь дело с Рианель и её лишними, наигранными эмоциями.
- Мама с самого детства учила не приносить всяких бродяжек в дом, - я, превозмогая странную связь с чем-то, чего не ощущаю пока, усмехаюсь, моя улыбка холодна и отстранённа. - Но ты ничему не научился, да? - я нарочно обижаю Рианель, мои слова режут по живому её чувства. Если они, конечно, есть. Пусть знает своё место.
Рианель бледнеет, её лицо становится белым, как снег, и она делает шаг назад, как будто я её ударил.
- Оставь нас, - я продолжаю, мои слова становятся всё более холодными и отстранёнными. - Не то я заставлю дарла запретить тебе вход во дворец, Рианель.
- Но, господин… Вы не можете так со мной поступить! - девушка набралась смелости, и её голос становится более твёрдым, более решительным. Ого! Я отчётливо вижу, как в её наивных глазках полыхает едва сдерживаемая ярость, как будто она готова взорваться в любой момент. - Я не обычная землянка, которая ничего не стоит…
Зря. Это зря. Я неконтролируемо впиваюсь в её шею и я кривлюсь, моё лицо искажается от злости.
- Повтори, - моё слово становится угрозой, и Рианель моментально понимает, что зашла слишком далеко. Это так сладко читается в её испуганных глазах…