- А ты разве домой не придешь? - мальчик вопросительно посмотрел на Журавея.
- Гадать не буду, потому боевая обстановка, а ты наказ выполни.
Через час спутники заметили группу вооруженных всадников.
- Кто-то едет, - Журавей сгорбился и, продолжая опираться на плечи Кирика, направился навстречу конникам. - Что буду говорить - не вмешивайся, - прошептал он мальчику и, став на обочину дороги, оперся на клюшку.
Разъезд приближался. Поравнявшись с Журавеем и Кириком, ехавший впереди всадник, с нашивками урядника, круто остановил коня.
- Дед, партизан здесь нет близко?
Журавей прикинулся глухим:
- Ась?
- Партизан, говорю, нет близко?
- Не чую, - старик приложил руку к уху.
- Глухая тетеря! - выругался колчаковец. - Я тебя спрашиваю, где партизаны? - рявкнул он.
- Ну, теперь понял, - закивал головой Журавей. - Партизаны - они везде. Может, тут… может, там… - он показал на горы. - А видать не видал.
- А ты кто? - Урядник пытливо смотрел на старика.
- Ась?
- Спрашиваю, кто такой? - крикнул каратель.
- Я человек божий, покрыт кожей, родом из Нерчинска Пензенской губернии.
- Да ведь Нерчинск-то за Иркутском, а Пенза-то около Москвы, бродяга!
- Никак нет, вашбродь! - ответил по-солдатски Журавей. - Имею от зеленого прокурора документ, где прописано жить мне летом по дорогам, а зимой - на усмотрение.
- А алтайца где взял? - Белогвардеец показал на молчавшего Кирика.
- Мальчонка - сирота, ну и пристал ко мне. Я ношу боковик, а он - горбовик. - Старик слегка похлопал рукой по кошелю. - Двоим-то сподручнее.
- Так, так… - Урядник что-то обдумывал. - А не сможешь ли окольными путями нас к Тюдрале провести?
- Ась?
- В Тюдралу, кроме этой дороги, как можно пройти?
- Мы не здешние, таежных троп не знаем, - уклонился Журавей от ответа и, приподняв рваную шапчонку над лысой головой, проговорил с чуть заметной усмешкой: - До свидания!
Урядник покосился на бродягу, но, махнув рукой, поехал дальше. Разъезд последовал за ним. Журавей продолжал поучать Кирика.
- Разведка - дело сложное: нужны смелость, находчивость и хитрость, а лезть напролом - кроме беды, ничего не наживешь.
Кирик смутился: он вспомнил свой разговор с Янькой о том, как он хотел вести себя в разведке, и с уважением посмотрел на старого солдата.
Вечером, заметив расположенную у талицких ворот заставу, они обошли ее стороной и, пробравшись огородами, оказались в центре села.
Там было людно.
Кроме кавалерийских частей, на площади расположился отряд пехотинцев и артиллерия. Возле церковной ограды, подняв длинные стволы к безоблачному небу, выстроились в ряд английские пулеметы. Здесь же виднелись горные пушки. Чуть подальше стояла виселица с почерневшими трупами.
В коротких расстегнутых френчах и широчайших галифе сновали солдаты.
- Заграничное все, - определил Журавей, - английское.
Пройдя площадь, путники остановились недалеко от поповского дома, из открытых окон которого слышались пьяные голоса, смех и музыка.
- Господа офицеры гуляют! - усмехнулся зло Журавей, нащупывая рукой гранату.
- Эй, дед, - услышал он голос подходившего к нему часового, - стоять здесь нельзя.
- Ась?
- Уходи, говорю, чертова перечница!
Глаза Журавея вспыхнули и тотчас погасли. Бросив беглый взгляд на поповские постройки и небольшой садик, разведчики отошли.
- Штаб Ершова в поповском доме, - сказал Журавей. - Надо дождаться ночи, а там видно будет. Сейчас пойдем к пехоте. Пока я с солдатами буду лясы точить, ты пересчитай зарядные ящики и пушки.
Кирик кивнул головой:
- Ладно!
На площади Журавей начал рассказывать окружившим его колчаковским солдатам разные небылицы.
- Что за собрание? - раздался окрик офицера.
- Да вот старик анекдоты чудно рассказывает, - поднимаясь с земли, козырнул старший и показал на Журавея.
Офицер был навеселе.
- Отлично! Господин полковник - большой любитель веселых рассказов. Поднимайся, старик!
Поддерживая кошель, Журавей поднялся на ноги.
- Сейчас пойдем в дом. - Офицер кивнул головой на штабную квартиру.
Вынув из кошеля корку хлеба, старик поднес ее ко рту. Это был условный знак.
Кирик неохотно отошел от Журавея и исчез в толпе.
Спускалась ночь. Яркий свет из окон поповского дома ложился на деревья, на широкий мощеный двор, где возле крыльца прохаживался часовой. Завидев офицера, он вытянулся в струнку.
Поднявшись по крутым ступенькам, Журавей перешагнул порог комнаты и закрыл глаза от ослепительного света.
- Господин полковник! - услышал он голос офицера. - Вы большой любитель веселых анекдотов…