— Скворец не только не замерз, но и помог заклевать коршуна, — сказал многозначительно Темир.
— О! — произнес одобрительно Прокопий. — Ну, докладывай: где Яжнай?
— Бандит убит.
Коротко рассказав, как он вместе с Кириком обнаружил Яжная, Темир вынул из кожаной сумки гранату и подал ее Прокопию.
— Да ведь это японская граната! Где ты ее взял?
— В пещере Чулмуса, там их целая груда. Оружие привез из Монголии Яжнай.
— Подожди, подожди! — Брови Кобякова сдвинулись. — Теперь я кое-что начинаю понимать. — Прокопий подошел к столу и вынул из ящика какую-то бумажку. — Не связано ли то, что вы нашли в пещере, вот с этим документом? — Он положил смятую записку на стол. — Сегодня партизаны пристрелили вражеского лазутчика.
В его потайном кармане обнаружили зашифрованное письмо.
Кобяков начал читать записку по-алтайски и, для того чтобы лучше запомнить слова, повторял их по-русски.
— В большой горе Чулмуса, с северной стороны, японское оружие… Теперь мне понятно, — сказал Прокопий. — Бандиты намеревались вывезти японское оружие. Но это им не удалось. Нужно немедленно рассказать обо всем Печерскому. Можешь, Темир, сегодня же поехать со мной к нему?
Охотник кивнул головой:
— Готов хоть сейчас.
— Надо будет взять несколько человек и попутно доставить оружие, которое спрятано в пещере Чулмуса.
— Хорошо.
— А ты, скворец, отдыхай и жди Яньку. Он скоро должен приехать.
Через час Кобяков вместе с Темиром выехали в расположение отрядов Печерского, а Кирик, вымытый и накормленный Степанидой, рассказывал ей, как он помогает гнать с Алтая баев.
Утром его разбудил Янька.
— Кирик, вставай, хватит спать! — затормошил он друга и, заметив, что тот приоткрыл глаза, скомандовал: — Становись во фронт перед связным командующего партизанскими отрядами! — Видя, что Кирик все еще борется со сном, Янька крикнул еще громче: — Смирно! Руки по швам! — и расплылся в улыбке.
Кирик быстро вскочил с постели и вытянулся по-военному.
— Доложите, чем занимались эти дни? — наступал на него Янька.
— Охранял маралов, искал Яжная! — четко рапортовал Кирик.
Оба, не выдержав, расхохотались и бросились друг к другу. Через минуту в тесной избе поднялся такой шум, что Степанида вынуждена была прикрикнуть на расшалившихся ребят.
Через несколько минут они выскочили из избы и помчались к реке. Сбросив с себя одежду, кинулись в Чарыш и, рассекая волны, поплыли против течения.
Глава десятая
Возвращаясь с реки, Янька и Кирик неожиданно наткнулись на Кичинея. Он бежал им навстречу:
— Беда, большая беда!
По встревоженному лицу старика ребята поняли, что на маральнике случилось несчастье: Кичиней без причины не оставил бы его.
— В чем дело, дедушка? — спросили они одновременно.
— Сегодня ночью кто-то взломал изгородь, и олени убежали в тайгу. Как быть? Нет Темира, нет Кобякова! — Старик застонал от горя.
Кирик и Янька переглянулись. Положение было действительно сложное. Потерять маралов — большой урон. Но как помочь? Прокопий и Темир вернутся только к вечеру, да если и вернутся, кто поедет на розыски? Мужчины — в партизанских отрядах.
Ребята стали утешать старика, и их бодрый, уверенный тон заставил его приободриться.
Вечером приехал Прокопий с Темиром. Весть о бегстве маралов взволновала Прокопия. Шагая по комнате, он говорил осунувшемуся за эти часы Темиру:
— Это дело рук бандита Зотникова. Наши люди с ног сбились, разыскивая его по тайге.
— Я думаю, — сказал Темир, — направиться на Бешпельтир. Кичиней с отцом поедут в противоположную сторону.
— Ты считаешь, что олени ушли в Бешпельтир?
— Да.
— Почему?
— Олень — очень чуткое животное и всегда выбирает самые глухие места. Район Бешпельтира богат травостоем и безлюден. Охотники туда заглядывают редко: пушного зверя там мало, только рыси и медведи.
— Хорошо, — согласился Кобяков. — Какая тебе требуется помощь?
— Небольшая, — махнул рукой Темир. — Возьму для связи Яньку и Кирика. Если обнаружу следы оленей, пришлю одного из них: высылай загонщиков.
Через полчаса трое друзей в сопровождении Делбека выехали из села.
Миновав Усть-Кан, они поднялись на Бешпельтирский перевал.
Чем выше они поднимались, тем гуще становился туман.