До городских стен Ридера оставалось всего несколько миль, а потом дело останется за малым: проникнуть в город без лишних встреч и шума, что вполне было ему по силам, и найти трактир с громким названием "В гостях у доброго хозяина". Там его уже будут ждать. Если получится сделать всё, как он задумал, — очень скоро этот мир потрясут большие перемены. Давно пора перестать гнуться под тираном, для которого человеческая жизнь не стоит и ломаного гроша.
Размышления всадника прервал скрип падающего дерева, которое рухнуло, перегородив дорогу, метрах в двадцати от него. Воин резко обернулся. Сзади из лесной чащи посыпался на тракт разномастный сброд. В свете яркой луны было видно, что кто-то из мужчин был одет в добротные доспехи, другие могли похвастаться разве что кожаными дублетами, а кое-кто и вовсе был в лохмотьях. У каждого в руках блестело оружие. Оно тоже было разным: клинки созданные настоящими мастерами и мечи, перекованные деревенскими кузнецами из кос, плугов и других нехитрых орудий крестьянского труда; секиры и охотничьи ножи; пара сабель с посверкивающими синевой эльфийскими рунами и просто наточенные вилы. Но все оно явно содержалось в хорошем состоянии, было отполировано, и отражало лунный свет. Позади мужчин, вышли две женщины с луками, уже натянутыми и вскинутыми наизготовку. Все уставились на всадника. Не высказывая никаких внешних признаков тревоги, путник спрыгнул с лошади:
— Чем могу помочь, господа? — твёрдым, с издёвкой голосом начал он. — Как я должен это понимать? Может, вы всё-таки извинитесь, и я продолжу путь.
Теперь, стоя около лошади, человек положил руку животному на шею и начал её поглаживать, успокаивая и, в тоже время, оценивая ситуацию. Девять мужчин и две женщины не вызвали у него ничего, кроме улыбки. Отбросы общества. Не эти же люди держали в страхе весь восточный рубеж! Точнее, даже не люди, а их жалкое подобие. Заросшие, грязные, оборванные. Даже женщины производили отталкивающее впечатление. Но все они зорко следили за путником. Одно неловкое движение — и в него полетят стрелы, а потом со всех сторон хлынут эти бородачи. Никакого понятия о стратегии нападения. Он так хотел пройти в Ридер без крови, но, видно, обойтись без нее не получится. В душе он ругал себя за беспечность. Как он мог их не почувствовать? Он должен был услышать хотя бы шорох. "Чему тебя учили, Делимор? Ты прошёл полный курс Школы Мечей! У тебя были лучшие учителя империи. А ты ничего не заметил. А если бы тебе в спину пустили тяжёлый арбалетный болт? Что тогда, Делимор? Ты должен всегда оставаться готовым к неприятностям. Так что с тобой случилось?"
— Извиниться? — насмешливо спросил один из разбойников. — Да кто ты такой, чтобы перед тобою извинятся? Ты ходишь по моему лесу, по моему тракту, и даже не посчитал нужным спросить моего разрешения! — говоривший, такой же заросший и грязный, как остальные, тем не менее был одет в лучшие во всем отряде доспехи. В его движениях и голосе смутно угадывалось что-то поразительно знакомое.