- Неплохо,- услышал юноша.
Держать заклинание было не то что бы легко, но и не трудно. По крайней мере, его сил хватит минут на пять. Творение Эрмота описало круг над головами студентов и опять зависло. Шар метнулся к цели, но та рванулась вперёд. Фаербол последовал за ней и стал настигать. Вниз - шар не отстаёт. Выравниваем. Так, придадим скорости, отлично, и... круг почёта. Птица послушно описала ещё круг. И остановилась.
- Ух ты, я думал, у меня сил на большее хватит, - прошептал Эрмот, почувствовав, что начинает уставать. Капельки пота стали стекать по лицу, спина совсем взмокла.
Переведя взгляд на преподавателя, Эрмот увидел, что тот не подает никаких признаков усталости.
- Вот это я влип. Нужно что-то предпринимать, и срочно, - тихо уговаривал себя юноша. - Я не должен проиграть. Так что тут у нас? Ага. Получи.
Клюв птицы раскрылся, и в сторону фаербола магистра устремилось маленькое подобие такого же шара. Фаерболу пришлось нырнуть вниз.
- Это не оговорено в правилах, профессор, - заметил Эрмот в ответ на хмурый взгляд учителя.
- Ну, тогда и этого нет, - зло парировал огневик.
И тут все увидели, как шар начинает становиться больше в размерах. Он увеличивался до тех пор, пока не достиг метра в диаметре, рванулся к птице и начал распадаться. Сначала на два, потом эти два на четыре, четыре на восемь, шестнадцать и так далее. Множество шаров неслись в сторону цели, намереваясь разнести её на мелкие части. У студентов прошёл вздох удивления, когда юркая пташка устремилась вниз прямо на шары, ловко огибая их. Эрмот понимал, что долго ему птицу не удержать. В поисках спасения он взглянул на стены Академии. И тут его осенило. Ты сам подписал себе приговор, магистр. Тем временем шары начали сливаться пока не стали одним целым. Потом фаербол принял первоначальный размер и остановился. Эрмот уловил взгляд профессора, он был полон удивления. Юноша из последних сил поднял птицу на уровень четвёртого этажа Академии, как раз в паре метров от открытого окна. Не привыкший проигрывать огневик, вложив в шар последние силы, метнул его в надоедливую мишень. Снаряд со скоростью молнии полетел к цели, оставляя за собой огненный след.
- Я проиграл, магистр,- выдохнул Эрмот и осел на землю. Птица растворилась в воздухе. Кинув быстрый торжествующий взгляд на молодого соперника, профессор ослабил контроль над заклятием. Мощный раскат грома потряс стены окружавшие дворик. Во все стороны полетели горящие щепки вперемешку с битым камнем. Послышались крики людей, дым клубами повалил из окна, в которое попал шар огневика.
- Вот так-то, вьюнош. Силен, силен был тот студиозус. А главное, в отличие от некоторых, умом и сообразительностью недюжинными наделен... Жаль, что судьбой его была война, а не магия... - прервал свой рассказ Аль и покосился на меня.
- А дальше? - не выдержал я.
- Дальше? - старый звездочет усмехнулся. - Дальше я победил в соревнованиях и получил это зеркало, - он решительно вскочил и пошлепал к артефакту. - А теперь будем учиться с ним работать. Ты будешь учиться. Ибо тебе свои ошибки исправлять, а не мне подчищать за тобой, что нагадил. Смотри! - потребовал он и, согнувшись в поклоне, залебезил перед зеркалом: - Ах, свет мой зеркальце, помоги нам, несведущим, покажи нам героев славных в мире... ну, скажем, Эмир.
К моему великому удивлению, зеркало вдруг засияло всеми цветами радуги, словно скинув пару веков, и показало...
Посреди какого-то тракта медленно рассеивался туман, и из него проступали очертания стройной, юной и совершенно обнаженной девушки, стоящей к нам в пол-оборота. Водопад темно каштановых волос прожигали две красно-рыжие пряди. Бесстыжая красотка провела руками вдоль тела и тут же оказалась одета в изящное летнее платье. Следующее движение заставило волосы собраться в причудливую прическу, надежно скрывшую приметные огненные вкрапления.
- Упс! - несолидно чавкнул учитель и воровато стрельнул глазами. - Ошибочка! - он быстро провел рукой по зеркалу, уничтожая картинку. - Давай поищем в других мирах.
Я с трудом сдержал смешок и очень постарался не показать своей заинтересованности. Как он там сказал? Эмир? Запомним. Чует мое сердце, он сегодня же заставит меня попрактиковаться с зеркалом самостоятельно.
Звездочет тем временем снова начал кланяться зеркалу и бормотать о еще каком-то мире. Эх, жаль, я прослушал, о каком именно. Может и там...
Ой, нет! Хорошо, что прослушал!
С поверхности стекла на нас пялился интеллигентного вида мужик. Губы и подбородок его были в крови, нижняя губа слегка прижата парой белых, очень острых клыков.
Глава третья.
НАВЯЗАННАЯ СПУТНИЦА
Винсент.
(Айлин)
"И почему я такой невезучий?", - подумал я, перешагивая через труп Инги. - "И что прикажете мне делать? Опять брести фиг знает куда... А я только устроился!"
Я вытер с губ кровь и вышел на улицу. Ночь страстно приняла меня в свои объятья. Она всегда меня любила... И продолжает любить, хотя я и ушел от нее... Теперь я обычный... Ну, почти...
- Эй, Винс! Как живется?
Опершись плечом на угол дома, стоял и улыбался Артес. Сволочь двуличная! Двуличная и эгоистичная! Я отвернулся от него и пошел прочь.
- Ты что, не рад меня видеть? - Артес уже шагал рядом.
"Еще гад и издевается!" Я продолжал молчать, лишь судорожно сжимал в руке свой кинжал.
- Эх, Винс, Винс... Ты совсем не изменился с нашей последней встречи, - проклятый Артес покачал головой.
"А с чего бы мне меняться-то за одиннадцать месяцев?" - яростно подумал я.
- Ну, что ты? Не хочешь и слова сказать своему старому другу?
- Да я такого друга и врагу не пожелал бы! - не выдержал все-таки я. - Ты когда-нибудь отстанешь от меня, а?
Артес, довольный, что вывел меня из себя, поцокал языком.
- Ну, нельзя же так грубить друзьям-то...
- Можно! - отрезал я. - Особенно если этот друг упорно лезет в твою личную жизнь.
К моему огромнейшему счастью Артес тоже психанул:
- Эх, Винс! Я же лезу в твою жизнь, чтобы спасти тебя! Я ведь из большой дружеской любви это делаю! Ты ж мне как брат, я же люблю тебя, как брата младшего, неразумного!
Я резко остановился, повернувшись к Артесу, посмотрел ему в глаза и тихо проговорил.
- А знаешь, Артес, что тех, кого любишь, надо отпускать?.. Ведь ночь меня отпустила... А ты не хочешь...
Артес смутился. Я быстро зашагал вперед, а этот гад догонять меня не стал. Через пятьдесят шагов я обернулся... Артеса уже не было...
- Побудь со мной, мой друг.
Ведь вскоре хлопнет за спиною дверь.
Опять пора мне в путь,
Искать следы своих потерь.
Ведь я уйду,
Растаяв в облаке тумана...
И я тебе скажу,
Скажу я без обмана.
Я ведь не плут и не палач,
Не слабачок и не силач...
Я просто путник вечный.
Моя звезда, там вдалеке.
И я иду, иду к тебе,
И путь мой бесконечный! - мурлыкал я свою любимую песенку два дня спустя.
Двинуться я решил на восток. За все мои двадцать лет странствий я туда ни разу не заглянул! Непорядок!
И вот, купаясь в сиянии Луны, я брел по одному очень заброшенному лесу. Внезапно я вышел на поляну, чуть не столкнувшись с какой-то девушкой, стоявшей ко мне спиной. Она среагировала мгновенно, и через секунду я был у нее на мушке. Серебряный наконечник арбалетной стрелы нервно мерцал в лунном свете.
- Эй, поаккуратнее! - возмутился я, отводя ее арбалет в сторону.