Анна. «Вот ты и дома, Анюта!» – так сказал бы отец, если дожил бы до этого дня. Бетси, Алексей! Я прошу вас, если можно, говорить со мной только по-русски! Если вам не трудно! В России я хочу говорить на родном языке. Бетси и Вронский (почти хором). Добро пожаловать в Санкт-Петербург, Анна Аркадьевна!
Гостиница «Балтийская звезда» по своей роскоши не уступила бы большинству американских отелей.
Как только вся компания вваливается в огромный номер, Алексей демонстративно откланивается.
Вронский. Милые девушки, я вас покидаю, высокое звание преданного сына зовет меня – поеду домой, припаду к материнской груди! С завтрашнего дня – я к вашим услугам!!!
Вронский уходит. Анна подбегает к окну, распахивает его и… в лицо ей дышит ночной Петербург.
Анна. Я, как царь Петр, отрыла окно, но не в Европу, а в Россию!!!
Бетси. Аня, Аня! Немедленно закрой, простудишься – это же Балтика! Здесь очень сыро – город построен на болотах!
Анна. Боже! Который теперь час? Уже поздний вечер – Дональд ждет звонка!
Бетси. Успокойся! В Нью-Йорке – только утро!!!
Анна. Слава богу! А то у меня от волнения все вылетело из головы!В этот момент телефон в ее руке вздрагивает. От неожиданности она чуть не выпускает его из рук.
Дональд. С прилетом!
Анна. Дональд! Милый, как я рада слышать твой голос! Прости, что сразу не позвонила – у меня, как говорят русские, каша в голове!
Дональд. Отель нормальный?
Анна. Все великолепно! Кроме одного – здесь нет тебя!!!
Дональд. Как знать, может это обстоятельство будет самым замечательным в путешествии – никто не будет ограничивать твою бурную фантазию?! Не пропадай там – в дебрях России! Звони чаще!
Анна. Я буду звонить каждый день! До свидания, милый! Я уже скучаю!В дверь стучат – это привезли багаж. Среди разбросанных по всему номеру вещей прямо на полу сидят Анна и Бетси – они составляют план пребывания в Северной столице.
Бетси. После завтрака в «Эрмитаж».
Анна. Нет, нет, нет!!! Прежде всего улица и дом, где жили родные!
Бетси. Но я уже договорилась!
Анна. Извини! Я не смогу думать ни о чем, если там не побываю! Если бы не ночь – я бы уже поехала!Бетси понимает – уговаривать бесполезно.
Дом, который всю жизнь рисовала в своем воображении Анна, оказался стареньким трехэтажным зданием, не знавшим ремонта много лет. И это обстоятельство в первый момент даже смущает Анну. Она подходит к стене дома и прикасается к мокрым, холодным кирпичам. Она чувствует, как подкашиваются ее ноги.
Сидевший в машине Вронский делает попытку подбежать к Анне, но Бетси крепко берет его за рукав.
Бетси. Не спеши!.. Пока рано!!!
Вронский. Что рано?
Бетси. Рано проявлять свои чувства!
Вронский. Ты о чем?
Бетси. О том самом!
Вронский. Прекрати! Я просто хотел помочь!
Бетси. Еще поможешь, поверь мне!
Вронский. Отстань!!!Анна возвращается тихая и задумчивая.
Анна. Моему отцу было всего двадцать два, когда в 1941 году началась война, а он уже работал в Нью-Йорке сотрудником советского торгового представительства. Я не знаю, как получилось, что он не вернулся в Россию, а бабушка осталась в Ленинграде… Потом, через много лет он встретил мою мать. Она тоже приехала из России – ее еще девочкой привезли в Америку на лечение… Потом родилась я… А потом они погибли в автокатастрофе! Бетси. Анюта, у нас в городе много влиятельных друзей! Мы их подключим и обязательно отыщем следы бабушки!
Анна садится в автомобиль и еще несколько секунд сидит молча.
Анна (после паузы). Теперь я хочу увидеть все остальное!!!
Автомобиль трогается в сторону «Эрмитажа».
Вронский. Я приготовил три маршрута: «Петербург – окно в Европу», «Петербург – дитя любви», «Петербург – богема»! Выбирай!
Анна. Повторяю – я хочу все!!! И, пожалуйста, не считайте денег!
Бетси (глядя на Вронского). Я же говорила.
Анна. О чем говорила?
Бетси. Тебе Алексей потом объяснит!Все, что происходит в этот день дальше, напоминает просмотр детского калейдоскопа, составленного из разноцветных стеклышек.
«Пробежка» по Эрмитажу со словами Бетси: – Мы здесь еще будем! Атланты, поддерживающие свод Нового Эрмитажа; Дворцовая площадь; Медный всадник; Невский проспект с Казанским собором и памятником Екатерине – все это перемешивается в грандиозном фейерверке впечатлений.