Выхожу из воды и пытаюсь натянуть сарафан на голое тело.
Когда меня накрывает тень, а потом и тело Зейда, я вскрикиваю в голос, меня ударяет током. Мокрое стройное тело прижимается ко мне, повторяя каждый изгиб, член опаляет своим жаром.
Глава 24. В каждой монстре живёт человек
— Мы только приехали. — Замечает, как ни в чём не бывало мужчина. Зейд игнорирует мой озноб, а у меня зуб на зуб не попадает. Он либо действительно не догадывается, что со мной происходит, либо просто не хочет меня и наказывает. — Я научу тебя плавать, не бойся.
— Глупо не бояться. — мямлю, но поддаюсь, возвращаюсь в море. Просто не хочу стоять голой в его объятиях на берегу.
— Меня или море? — Невзначай спрашивает мужчина. Игривое настроение Зейда как первый всадник апокалипсиса.
— Вас обоих.
Зейд поднимает меня на воду и касается шершавыми ладонями живота, скользит по коже, заставляя напрячься всеми мышцами во всём теле. Кажется, кожей я чувствую тонкие полосы шрамов на его руках. Не могу сосредоточиться, думаю лишь о том, что десятью сантиметрами ниже его рук находится пульсирующая и очень чувствительная точка. Если он немного сместит руку, я получу разрядку лишь от слабого касания.
— Ната? — Понимаю, что прослушала всё! Зейд объяснял мне как нужно плавать. Карабинер замечает мои округлившиеся от страха глаза и с издёвкой повторяет: не бойся, я не позволю тебе утонуть, даже если ты будешь очень сильно стараться это сделать.
Всё он понимает, специально играет со мной. Поджимаю губы и пытаюсь сосредоточиться на плавании. Не хочу показывать ему свои эмоции.
— Сначала нужно научиться держаться на воде и правильно дышать через рот. — Зейд накрыл огромной пятернёй грудную клетку, задев грудь и вызывая спазмы в животе. — Вдох. Выдох. Расслабься. Ты зажата.
Расслабишься с ним, конечно!
Стараюсь выполнять послушно указания, но расслабиться не получается. Я сжимаюсь как пружина, пытаясь максимально не тереться о его руки.
— Умничка. Теперь попробуй каждой ногой двигать по очереди, не торопись. — Мужчина накрыл попу, немного сдавливая её и опускаясь ниже. Казалось бы, никакого сексуального подтекста. Мужчина просто помогает мне держать равновесие, но чувство у меня такое, что я у профессионального соблазнителя в обработке. — Не оттопыривай зад. Ноги шире.
Трудно держать ноги шире, когда между ними чёрная сосущая дыра, вызывающая слабость во всём теле. Такое плавание высасывает все силы из меня.
— Теперь добавляй руки. Пробуй, я страхую. — Я начинаю активно двигать руками и ногами, потому что мне хочется поскорее уплыть от Карабинера на безопасное расстояние. Когда я начинаю с горем пополам отплывать от него, его руки, покрытые волосками, случайно задевают соски. Глаза закатываются сами собой, и я иду позорно ко дну.
Зейд ловит меня и возвращает на поверхность, по лицу считываю, что ему весело. Мало того, что он рассматривает меня во всей красе, так ещё и лапает как ему хочется. Заставляю себя не смотреть, что происходит у него между ног.
Если увижу стояк, утону от вожделения. Если его там нет, утону от разочарования.
— Я устала. — Капризно выдаю и пытаюсь выпутаться из кольца этих рук. — Можно я пойду?
Мужские руки тут же разжимаются, отпуская меня. Сказать, что я испытываю разочарование, ничего не сказать.
— Подожди меня у берега, я хочу ещё поплавать.
Наверное, местная красота действует на Зейда успокаивающе, потому что мужчина выглядит расслабленным, говорит вежливо. Я бы хотела видеть его всегда таким.
Выхожу на берег и накидываю на озябшее тело сарафан, прилипающий сразу же к влажной коже. Стою у берега и наблюдаю за мужчиной, напоминающим мне кита, так гармонично он смотрит в воде.
Вместе с восхищением топит горечь, совершенный мужчина — чудовище. Рядом с ним я забываю маленькую деталь, пока я грею его постель, он уничтожает чьи-то жизни. Я не смогу никогда с этим смириться.
Зейд выходит из воды, натягивает шорты и забрасывает на плечо рубашку. Он кажется довольным.
Кто-то сказал бы, что Зейд не красивый с неправильными, через чур грубыми чертами лица. Слишком волосатый, напоминающий пещерного человека. Но я находила в этом его настоящую привлекательность, силу и сексуальность. Карабинер был настоящим мужчиной, не модным манекеном современности, а таким каким и должен быть мужчина.
Мы поднялись к дороге, где нас уже ждала машина с водителем. Мокрые, все в песке, мы сели на заднее сиденье в полной тишине.