Да и чего еще ждать от человека, который с экрана телевизора может сказать: «Дорогие сограждане, я рад объявить о беспрецедентном происшествии, касающегося топографического масштаба густонаселенной области, ознаменовавшего таким образом превосходство…», а на деле: «Эй, ты… как там тебя… подай мне этот… как его… в общем, ты понял».
— Господин президент? — директор института, некий мистер Ран, лично вышел во двор поприветствовать главку государства. — Чем обязаны таким неожиданным визитом?
— Ран, дружище! — хотя президент Карахана и директор Техномагического Института в своих жизнях виделись примерно… вообще ни разу, Замбевич и тут проявил свою обычную природную фамильярность. — Сколько лет, сколько зим! Все хорошеешь, а? Как жена, как детишки?
— Спасибо, неплохо, — попытался улыбнуться директор. — Но я вдовец, а детей у меня нет.
— Во время летит! Уже и детей нет!
— Вы что-то хотели, господин президент?
— Да вот, заскочить решил, посмотреть, что тут у вас, и как, — нацепив на глаза темные очки, президент широким и веселым шагом беззаботного человека направился внутрь института, оставив охрану и сотрудников учреждения далеко позади.
И тут же оказался сильно разочарован. Необъятное воображение Замбевича рисовало ему просторные залы, уставленные машинами и всякими другими техномагическими устройствами, толпу людей в белых халатах, которые превращали прошлое в настоящее и будущее, всеобщее восхищение, вызванное его персоной, раболепное унижение и чувство услужить… Реальность же нарисовала пыльные коридоры, тянущиеся по всему зданию бесконечным лабиринтом, безликие двери, отличающиеся только циферками номеров, и тесные бюрократические кабинеты. Караханский Техномагический Институт занимался лишь разработкой и проектированием будущих изобретений, но не имел никакого отношения к их непосредственному созданию. Этим занимались в другом месте, настолько засекреченном, что говорили о нем лишь шепотом, и оглядываясь через плечо.
— Так-с! — бодро сказал президент. — Посмотрим, что тут у нас… Ого, а это что такое? Интересно.… А тут кто? Привет, народ, я президент, кто хочет сфотографироваться? Улыбочку.… Да отойди ты, загораживаешь меня своей бородой… Ух ты, хрустальная соса!
— Господин президент, — Рану с большим трудом удалось вывести заблудившегося в коридорах главного политика к лестнице. — Пройдемте ко мне в кабинет.
В кабинете Замбевич первым делом устроился за директорским столом, вальяжно забросил ноги на его поверхность, и щелкнул пальцами. Тотчас один из безмолвных телохранителей подал ему бокал, и плеснул туда на три пальца виски высшего качества.
— Твое здоровье, Ран! Ух, хорошо пошла… Ладно, давай ближе к делу. Мне тут на ухо шепнули, что у тебя есть этот… как его… короче, космический корабль.
— Кто-кто? — вежливо уточнил директор.
— Космический корабль, во! На котором можно долететь до самого дальнего уголка Карахана, и пройти границу между мирами.
— Да, такой проект у нас действительно имеется, — подтвердил Ран. — Полгода назад мы всерьез начали разрабатывать идею транспорта, который может переместиться из одного мира магической мультивселенной в другой без использования портала. Например, если нужно перебросить туда большое количество людей и техники — например….
— Армию, я понял. Не-не, меня вся эта кровища типа для настоящих мужчин не привлекает. Я и так мужик, хоть куда! — Замбевич подмигнул своему отражению в пыльном зеркале в углу кабинета. — Короче, мне нужен этот корабль. Буквально на денек — слетать туда, и обратно.
— Куда — туда?
— Да хоть куда-нибудь. Мне не принципиально. Я так понял, это секретный проект, и о нем никто не знает, так?
— Да.
— Ну, и все. Дашь мне этот корабль, покажешь, на какие кнопки нажимать, а я тебе за это… короче, сочтемся. А, чуть не забыл — еще мне нужна парочка инженеров. Ну, чтобы на всякие вопросы отвечали, если у меня они по ходу дела появятся…. И костюм — обязательно, летный костюм хорошего покроя и качество. Чтобы смотрелся красиво, и я в нем не слишком потел или мерзнул….
— Господин президент…
— Я думаю, для костюма подойдут красные и желтые цвета. О, и шлем — такой, знаешь, как у космонавта, чтобы каждый в нем свое отражение видел…
— Господин президент! Все это хорошо, но я не могу дать вам такой корабль! Во-первых, я не имею никакого морального или юридического права подвергать опасности жизнь главы государства….
— Ха!
— Во-вторых, он еще не закончен.
— В смысле? — Замбевич суть не свалился со стула. — Ты же сам сказал, что он у тебя есть!
— Не корабль, а проект корабля, — уточнил Ран. — Да, мы собрали все по чертежам, и провели пробный запуск, но…
— Вот и все. Главное, если заведется. А я там я уже разберусь, если надо — подтолкну, когда заглохнет.
— Это проект относится к категории ХХХ2ХХХ!
— Чего ты мне своими цифрами тычешь, думаешь, я совсем тупой?
— И, по закону, я должен предоставить его в пользование только при наличии разрешения, которое подпишут все представители парламента, — закончил Ран. — Это не такси, а секретная военная разработка. Вот когда вы мне покажете такое разрешение — тогда пожалуйста, я вам и корабль дам, и костюм, и инженеров.
— Да… — протянул Замбевич. — Что-то ты, братец, вконец обнаглел, с президентом спорить. Ну да ладно, я не обидчивый, прощу на первый раз. И вообще, это проверка была, то есть, шутка, ха-ха! Я тебя проверял, понял, да? А ты молодец, законы знаешь, уважаю… Естественно, помню я про это разрешение, мать его… Кхм! Лучше скажи, а где этот корабль сейчас?
— На полигоне. Его дорабатывают, доделывают, и испытывают.
— На полигоне… — вытащив из кармана пальто записную книжку в кожаном переплете, Замбевич старательно записал это. Конечно, проще было воспользоваться наручным коммуникатором, но президент не хотел, чтобы о его записях узнал кто-то посторонний. — А как называется?
— О, на этот счет у нас было много споров и обсуждений, — ответил Ран. — В конце концов, мы решили назвать его «Лунный луч».
— Лунный луч.… А где, кстати, сам полигон находится? — пауза. — Да все, все, шучу я конечно…. Я же президент, я точно знаю, где он находится. Выпьем, а?
— Я не пью на работе.
— Ну, а я не на работе, поэтому выпью.… Ух, хорошо пошла… Слушай, а если серьезно — эта штуковина реально может пересечь магическую границу? Вот прям-прям без шуток?
— Если все пойдет, как задумано, то да, — пожал плечами Ран. — В принципе, мы его почти доделали. Но сначала нужно провести испытания, а то пилота может в кровавый фарш превратить.
— Серьезно? Прям-прям на куски может разорвать? — Замбевича рассуждения директора почему-то обрадовали. — Так это же вообще круто!
— Не понял…
— Не забивай себе голову, поймешь потом. Кровавый фарш, надо же! Ну, мне пора, а ты не зевай, доделывай этот свой луч, и чтобы был готов в ближайшее время! А то тянете-тянете.… Технократы, понимаешь! Надо еще денег — пиши, выделим.
— Обязательно.
********************
Открыв входную дверь, Дима включил свет в прихожей, и посторонился, пропуская Дарлинг.
— Входи, гостем будешь.
— Так ты в этой конуре живешь? — не то презрительно, не то разочарованно фыркнула малолетняя убийца. — Ну, и бомжатник! Теперь понятно, почему у тебя девушки нет. Неудачник!
В другое время Дима бы обиделся (хотя бы потому, что конспиративная квартира «Ночного Рейда», откуда они только что пришли, по шикарности мало чем отличалась от этой), но сейчас было не до того.
— Мне надо в ванную, а ты пока, если хочешь, телик включи.
— А у нас помыться нельзя было? — буркнула Дарлинг, но все же отправилась на диван в гостиной с пультом в руке.
Войдя в ванную, Дима первым делом запер дверь. В Карахане в некоторых частных жилищах уже давно на дверях были установлены особые техномагические задвижки — при ее активации дверь просто… исчезала, оставляя глухую, непроницаемую стену. И появлялась опять, если прикоснуться к ней изнутри. Но стоило это удовольствие дороговато, только по бюджету элиты, поэтому здесь стояла обычная задвижка, какими пользовались в их мире. Тем не менее, студент сомневался, что Дарлинг сразу начнет ломать дверь, если он задержится в ванной без понятной на то причины. И, хотя в ванной спрятаться было негде, Дима очень быстро и внимательно осмотрел каждый угол — а вдруг, Змей уже затаился здесь? Но нет, все чисто.