Госпожу Скарабееву такие нюансы не смущали. Она продолжала вести свои передачи, целый час долдонила какие-то длинные, заумные, никак не связанные друг с другом слова, обливала грязью то одних, то других, стравливала приглашенных гостей между собой, комментировала их перепалки, тем самым разжигая еще большую ненависть, временами доходившую до драки, и при этом чувствовала себя, прямо скажем, неплохо. Ее абсолютно не волновал тот факт, что словесно оправдывая любые действия президента Замбечива (какими бы идиотскими они не казались нормальному человеку) она выглядит таким же недалеким человеком, как и сам глава государства. Ее больше волновал запах денег, которые шлепались в ее карман после каждой такой передачи. Ну, и, конечно же, первое место в ее мозгах занимал вопрос, как лучше эти деньги потратить.
Отдельного абзаца описания заслуживал так называемый сурдопереводчик, который работал на этой передаче.
Парень, который выполнял роль сурдопереводчика, и переводил все озвученное на язык жестов, поначалу ответственно относился к своей работе — то есть, переводил все дословно, как и надо. И даже отчасти верил во все, что переводил. Но, постепенно осмысливая абсурдность речи госпожи Скарабеевой, ее истеричные крики и вообще всю эту «дерьмометалку», как некоторые наблюдательные зрители окрестили передачу, сурдопереводчик начал потихоньку бунтовать. Особенно его добил тот факт, что руководству телевидения было либо наплевать на происходящее, либо же оно по конкретным причинам закрывало на это глаза, делая вид, что ничего не происходит. Ну, собрались, ну, поорали друг на друга, но облили грязью, ну, унизили всех и каждого из присутствующих, ну, показали это на всю страну — что тут такого, ничего особенного. Тогда сурдопереводчик начал в знак протеста во время перевода добавлять кое-что от себя. То за горло себя схватит, то украдкой средний палец покажет, а то и пальцем у виска покрутит. А убедившись, что на это по-прежнему никто не обращает внимания, махнул рукой, и начал откровенно показывать на пальцах всякую галиматью, развлекая и себя, и зрителей. И лишь по отдельным, красноречивым жестам каждый мог догадаться, о чем же на самом деле идет речь.
А поскольку госпожа Скарабеева свои собственные выступления, видимо, не смотрела (иначе как объяснить, что временами они жестко позорилась на незнании некоторых тонких нюансов), то и ей было абсолютно по боку, что показывает на пальцах мужик в углу экрана…
— Добрый вечер, меня зовут Охта Скарабеева, и это программа «Целый час правды». Каждый вечер мы собираемся здесь, чтобы выслушать каждого, кто хочет высказаться, найти правду, и донести ее до народа. И сегодня у нас в студии особенный гость, человек, который впервые посетил нас своим присутствием, глава и создатель оппозиционной партии, главный оппозиционер страны — господин Эрнст Радзюкевич!
Бурными аплодисментами наградили престарелого маразматика, который уже занял свое место на диванчике слева от центра. Чудом избежав смерти в клинике, но очень впечатленный тем, как жестоко расправились с хирургом, Радзюкевич вдруг воспылал решимостью рассказать, наконец-то, правду об убийцах с точки зрения человека, который видел их своими глазами. Получив везде отворот-поворот («Эдем» на девяносто процентов контролировал караханское СМИ, и говорить о «Ночном Рейде в открытую никто не осмелился), он, в конце концов, дошел до «Целого часа правды». А Скарабеева, вдохновленная случаем обсудить наболевшую тему, согласилась показать это у себя в программе. Но отнюдь не для того, чтобы донести до людей правду, вовсе нет, а, скорее, для того, чтобы наконец-то указать активному пенсионеру его место в доме престарелых, и намекнуть, что пора бы уже заткнуть свой рот, и не вякать о тех вещах, которые ему денег не приносят, в отличии от нее, великой и мудрой телеведущей. А если точнее, получила от руководства телеканала приказ гасить оппозиционера и его дурацкие домыслы, выдав их за бред больного воображения.
Но начиналось все сначала вполне чисто и невинно….
— Добрый вечер, Эрнст, как ваше самочувствие? — решила ведущая проявить заботу. — Отошли ли вы от шока пережитого?
— Да, все нормально, спасибо, — солидно сказал маразматик. — Давление вот только скачет, и зубы уже не жуют, а так все хорошо.
— А я напоминаю, что тема нашей сегодняшней передачи — все тот же «Ночной Рейд», группа наемных убийц, которая вот уже долгое время терроризирует Карахан. Долгое время всех волновали вопросы: кто же они? Как им удается появляться в неожиданных местах, и исчезать, оставляя после себя обезображенные трупы? И почему полиция не может напасть на след неуловимых убийц? Но, надеюсь, сегодня, впервые за все время, нам удастся пролить свет на эту тайну, потому что сегодня у нас в гостях человек, который видел убийц, и — более того! — чуть не стал тем самым обезображенным трупом. Поддержим, друзья, аплодисментами господина Радзюкевича, такой шок у человека был, такое пережил…
Громкие хлопки зрителей студии. Между тем сурдопереводчик уже начал свою работу. Для него стала неожиданностью появление оппозиционера, и, взволнованный тем, что скоро все узнают долгожданную правду, он начал переводить все дословно, решив в этот раз немного повременить с кривлянием.
— А, кроме того, мы решили пообщаться с еще одним человеком, который имеет непосредственное отношение к тому, чтобы убийцы наконец-то понесли заслуженное наказание. Встречайте, у нас в гостях глава караханского отделения ОБМ — магистр Золотопогонщиков!
Под бурные аплодисменты караханский магистр занял свое место на диванчике справа от телеведущей.
— Господин магистр, неделю назад вы уже были у нас в студии, — напомнила Скарабеева. — Вы пришли обсудить смерть вашего коллеги, магистра Неудочко, убитого в столичной Боевой Академии. И пообещали, что сделаете все, чтобы убийцы были пойманы.
— Да, так и было, — кивнул сотрудник Отдела Боевой Магии. Того самого, где работала Ария, сирена из Лонтарии. Но если Ария была независимым спецагентом, перемещающимся по стране и выполняющего работу по устранению проявления злобной магии, то магистр руководим караханскими боевыми магами, и больше сидел в кабинете, за бумажками, чем выполнял какую-то оперативную работу.
— Хорошо. Так вы можете нам рассказать, что именно было предпринято вами для достижения этой цели? А то господин Радзюкевич уже чуть было не повторил судьбу вашего несчастного коллеги….
— Вот именно! — крикнул старый маразматик. — Обещали, и где оно все?
— Мы провели ряд оперативных мероприятий, связанных с поиском убежища, где скрывается «Ночной Рейд», — начал магистр. — И установлением их личностей. Нами были опрошены все, кто хоть мельком видел убийц, составлены портреты, описания, физические особенности…. Результат вы сами могли видеть — мы вычислили уже трех убийц, и ориентировки на них развешаны по всему Карахану….
— Все это вы уже говорили в прошлый раз, — перебила его Скарабеева. — А есть что-то новое?
— Из нового, увы, ничего, — Золотопогонщиков очень умело изобразил тяжелый вздох, полный вселенской скорби. — По оперативным данным, убийцы владеют техномагическим оружием, которое позволяет им не только проникать в защищенные места, но и прятать свои лица…
— Хорошо, мы вас выслушали. Господин Радзюкевич, что вы можете сказать о наемных убийцах, которых видели своими глазами?
— Их была тьма-тьмущая! — с готовностью отозвался оппозиционер. — Хотя нет, по-моему, было двое… или трое…. Но одного я запомнил очень хорошо! Значит, здоровый такой громила, под два метра, волосы длинные, аж до пяток, а глазища желтые, как у зверя какого-то….
— Очень интересно, — констатировала Скарабеева. — А ведь только что господин магистр сказал, что убийцы скрывают свои лица.
— Так и есть, — кивнул Золотопогонщиков. — Господин Радзюкевич, могу я спросить: вы запомнили, какое оружие было у того, кто на вас напал?