— Очень приятно. Ну, так я побежала, а вы смотрите тут. До завтра! — и рыжеволосая умчалась. Дима с интересом осмотрелся.
— А спальни где?
— Наверху, — ответила Алиса, проходя в кухню. — Кстати, мы теперь живем вместе в одной комнате.
— В натуре? Это кто решил?
— Это я так решила. А что, есть возражения?
— Нет.
— Ответ правильный. Не поняла….
Катя вскинула голову в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. И не зря — как раз в этот момент по ней спускалась сама Юко. Но в этот раз от заспанной двенадцатилетней девочки, которую они наблюдали утром, не осталось и следа — главным образом потому, что в этот раз ней было белоснежное, стянутое на поясе кимоно, а лицо оживленно светилось неподдельной радостью.
— Тетя Алиса, тетя Катя, потренируйтесь со мной, пожалуйста! А то тетя Хана отказывается, а мне больше не с кем!
Раздался глухой стук — это Безумная уронила сумку.
— Ёбушки-воробушки…
— Сестренка! — Ледяная Королева покачала головой. — Не выражаться при ребенке! В чем потренироваться, Юко?
— Мне нужен спарринг-партнер, — сообщила девочка. — С манекеном уже надоело. А когда изучаешь единоборства, без живого противника никуда.
— Ты изучаешь единоборства? — изумилась Алиса. — И тебе нужен партнер для спарринга? В двенадцать лет?!
— А сама? — напомнила Катя. — Помнится, когда ты проломила голову мужику, который позвал тебя в кусты посмотреть на собачку, тебе было одиннадцать.
— Ну, так-то да, вот были времена… Ладно, Юко, сейчас тетя Катя переоденется, и с тобой потренируется.
— Почему это сразу я?
— Потому что у тети Алисы и у дяди Димы есть одно важное, неотложное дело в комнате наверху, — Безумная сделала неоднозначный жест, когда указательный палец одной руки проходит через кольцо пальцев другой руки.
— Ты собираешься делать это при ребенке?! Не можешь подождать ночи?
— Тетя Алиса очень голодная, тетя Алиса не может ждать ночи. И плевать тетя Алиса хотела на мнение тех, у которых такой возможности нет, и поэтому они ей завидуют.
— Кхм! — Дима смущенно кашлянул. — Мне тоже кажется, что лучше подождать ночи.
— Чего щас сказал?!
— Так со мной кто-нибудь потренируется, или нет? — заныла Юко. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
— Конечно, конечно, — Ледяна Королева строго посмотрела на Безумную. — И раз тетя Алиса вовремя вспомнила, что ей еще готовить ужин, а потом мыть посуду, чтобы до наступления ночи куда-нибудь деть свою кипящую от возбуждения энергию, то она будет занята, а значит, я с тобой потренируюсь.
— Так нечестно! Юко, с чего вообще тебе взбрело в голову заниматься единоборствами? Есть же куча других безобидных занятий — макраме, вышивание бисером, оригами! Ну, или «Тик-Ток».
— Я хочу, чтобы родители мной гордились! — с достоинством сообщила племянница Ханны. — Я часто слышу, как они ночью в своей комнате занимаются реслингом, и хочу пойти по их стопам! Тетя Алиса, а вы какими единоборствами будете ночью заниматься?
— А? — не ожидающая такого, Безумная запнулась, подбирая слова для ответа. — Ну, как бы… Блин, в голову ничего не лезет. Кать, можно сказать ей правду?
— Даже не вздумай. Раз ей никто еще ничего не объяснил, то и мы не будем травмировать детскую психику. Юко, беги наверх, я сейчас приду.
— Ага! — и девочка умчалась. А Дима отчего-то сразу вспомнил Дарлинг. Ей тоже двенадцать, но она явно знает о взрослом мире намного больше, чем вот эта беззаботная, жизнерадостная малышка…
— Я люблю детей, но не в том случае, когда они путаются под ногами, и мешают пожахаться, — пробурчала Безумная. — Давайте по-быстрому сделаем сонное зелье, и уложим Юко спать.
— Ханна тебе за это ай-я-яй сделает. В ответ таким зельем угостит, что ты себя в зеркале не узнаешь.
— Звучит резонно. Эх, пошла я готовить что-нибудь.… Попробую отыграться на своем фирменном блюде — пирожках, которые подаются на стол с холодным молоком. А внутри пирожков секретный продукт — соленые огурцы. Ибо нефиг так надо мною издеваться.
41
К ночи студенческий город впал в глухое затишье. Всякие гулянки-вечеринки здесь были разрешены только по выходным, и только до трех часов утра, и сегодняшний день под эту категорию не попадал. Но студенты и без вечеринок найдут, чем интересным заняться — особенно, в ночное время суток.
— М-м-м-м! — с легким стоном выгнув спину, Алиса припала к губам Димы. Они лежали в постели, целовались и ласкали друг друга, их обнаженные тела ярко блестели в свете магического светильника. Они только что удовлетворили первую бурную страсть (он два раза, а она — пять), вызванную долгой разлукой, но их молодые тела все еще требовали насыщения. Лежа на парне сверху, Алиса не спеша двигалась, наслаждаясь не столько процессом, сколько теплом его тела, обнаженного тела, его крепкими объятиями, поцелуями и ласками. Это словно компенсировало ей все тепло, которого она, не имея нормальной семьи, была лишена в детстве.
— Расскажи, что случилось там, дома, — попросил Дима, кончиками пальцев лаская твердые вишенки на упругих полушариях ее обнаженной груди. — В той Академии.
— А ты разве не в курсе? — она задвигала бедрами чуть интенсивнее, надеясь таким образом отвлечь его от темы, и снова припала к его губам, с бесстыдным хихиканьем щекоча язычком его язык. Но Дима не повелся на провокацию.
— Казимир написал мне письмо, — признался он, когда Безумная выпрямилась, и приняла строго вертикальное сидячее положение. — Но там все очень коротко, и по делу. Я хотел бы услышать твою версию.
— Да? — в другое время Алиса не стала бы это обсуждать. Но сейчас, когда ее тело подрагивало в сладкой истоме, и на душе был долгожданный покой, сопротивляться она была не в силах. — Ну, ладно. Что ты хочешь узнать?
— Все, — просто сказал он. — Что произошло?
— Ну… — она замолчала, и даже остановила движение, обдумывая ответ. — Я, наверное, опять слетела с катушек…. Не знаю, может, это моя долбанутость, или еще что…. Но я наговорила Луизе много разных гадостей, которые совсем про нее не думаю. И этот Карахан…. Одно на другое наложилось, в общем.
— Ты пришла в ярость из-за того, что она ничего не сказала тебе про магазин? — догадался Дима.
— Ага, вроде того. И даже про своего парня не сказала.… Какая она после этого подруга? — устав двигаться, Безумная мягко завалилась на спину, и потянула парня на себя. Раз у него силы есть, чтобы и любовью заниматься, и вопросы задавать, то пусть работает. — Психанула я не по-детски. Все о тебе думала, как ты тут.… И хотела сюда вернуться, чтобы тебе помочь. Не хотела тебя потерять.
— Значит, перевод в другую Академию — просто повод? — уютно устроившись между ее ног, он возобновил заданный изначально темп движений. — И ты нагрубила Луизе, потому что волновалась, а она тебя не поддержала? Потому что думала про свои артефакты?
— Ах! Похоже, так и есть… — Алиса вонзила ногти в его спину. — Я ведь никогда в жизни никого не любила. Вообще! Даже приемных родителей, которые родные для Кати — вот, ни капельку! И Катя мне не названная сестра, а, все-таки, больше просто подруга. Но когда мы с тобой… не знаю. Что-то новое начала чувствовать. Даже сейчас, когда мы это делаем — у меня на душе покой, гармония, и счастье. А потом ты отправился на задание, и все это исчезло. Да, вот так, чуть глубже… А-а-а! Сильнее!
Последний стон Дима заглушил поцелуем, и почувствовал, как обнаженное тело в его руках затрепетало, пропуская через себя волны наслаждения…. Отдышавшись, Алиса жестом попросила его слезть, и легла рядом, положив голову ему на плечо.
— Короче, у меня сорвало башню, — прямо и без обиняков закончила она свои объяснения. — Тебя рядом нет, секса нет, покоя и гармонии тоже, а у Луизы внезапно обнаруживается не только парень, от которого она без ума, но и свой магазин! Близнецы прогуливают занятия, а Катя не поддержала мое решение о Карахане — хотя до этого она всегда и во всем меня поддерживала. Я психанула, нагрубила артефакторше, и сделала очередной долбанутый поступок, не подумав о последствиях. Клянусь, если бы меня не пустили в Карахан, а развернули обратно — я бы перед ней извинилась. И Ваньке с Валеркой бы помогла. Но уже сделано то, что сделано.