— Ну, Луиза тоже немного виновата, — рассудил Дима. — Могла бы и рассказать.
— Вот именно! Она ведь знает, что мы ей всегда поможем! И все равно, как упрямая лошадь, тащила все на себе, мало того — врала прямо в глаза….
— Мда, прямо реалити-шоу.
— И близнецы виноваты! Тоже мне, предприниматели недоделанные!
— А ты, значит, себя виноватой не чувствуешь?
— Чувствую, — вздохнула Алиса. — И все больше думаю о том, что надо было сесть, и нормально обо всем поговорить, а не устраивать концерты. Накажи меня, я виновата!
— Давай в следующий раз, — попросил Дима. — Сил уже нет.
— Прям совсем-совсем? — улыбнулась Безумная, и ее шаловливая рука, скользнув под одеяло, проверила это дело. — Да, устал, бедненький. Ну, ничего, сейчас тетя Алиса тебя вылечит, — и она, откинув одеяло, сползла вниз, хищно нацеливаясь на объект лечения…. А потом закрутилась прежняя карусель, и еще полчаса они были заняты исключительно друг другом, пока не вымотались окончательно…..
— Доброе утро, — рассвет принес не только солнечные лучи, но и Ледяную Королеву, появившуюся в дверях их комнаты. — Ого, ну и зрелище! Хоть бери, да пиши картину «Утро в спальне новобрачных».
— Не надо завидовать, — зевнула Безумная, и сладко потянулась обнаженным телом. — Ты чего приперлась?
— Просто напоминаю, что даже если вы не выспались — а после того, как крики сестренки сотрясали стены, вы не могли не выспаться — то это не освобождает вас от обязанности вставать, одеваться, приводить себя в порядок, и идти на занятия.
— Ты же вчера разрешала мне прогулять. Разреши сегодня! Мне так влом куда-то идти.
— Я бы с радостью, но… Глава студенческого совета прислала мне сообщение. И, наверное, тоже, но ты его не прочитала. Просит передать, чтобы ты сегодня обязательно зашла к ней на какой-то серьезный разговор.
****************
— Доброе утро! — поздоровалась Алиса, широким шагом входя в кабинет студенческого совета. Хотя и не испытывала никакого желания быть здесь, в это время.
— Доброе, — отозвалась Чизуру. Кроме нее в кабинете находилась и Ранка — при виде Безумной она растянула губы в подобие жуткой улыбки, выразительно кивнула на свой наручный коммуникатор, и потерла большой палец об указательный. Алиса сделала вид, что этого не увидела.
— Вы хотели меня видеть?
— Вообще-то, не только тебя, а еще двух твоих друзей…
— Они на обеде. Но ты не волнуйся, я им все передам, — решив, что раз Чизуру перешла на «ты», то можно последовать ее примеру, Алиса так и сделала. И заодно с трудом подавила зевок. — Извините, не выспалась.
— Плохо спала? — равнодушно спросила Ранка.
— Нет, просто когда мужчина и женщина начинают спать вместе, то после первого раза им трудно остановиться. Но вы, наверное, и сами знаете, как это бывает. Да, госпожа глава студсовета?
Чизуру покраснела.
— Бросьте свои грубые шуточки, вы не в кабаке, — с достоинством сказала она. — И вообще, выбирайте выражения в моем присутствии.
— В смысле? — обалдела Безумная. — А что я такого сказала?
— Ой, кажется, кто-то опозорил честь боевого мага, ляпнув что-то про секс, — громким шепотом, прикрыв рот ладонью, сообщила Ранка. — Ну, все, конец ему… в глотку, до упора.
— Хватит! — Чизуру откашлялась. — Я тебя не за этим сюда вызвала… Алиса, да?
— Ну, допустим.
— В анкете указано, что у тебя есть некоторое… музыкальное образование. Это правда?
— Ну… на гитаре могу бренчать. Научилась в период болезни, когда думала, что сдохну… В принципе, я из-за этого много чего умею и знаю, например, испанский язык….
— Склонности к хореографии есть? — спросила Чизуру. — Певчий голос хорошо поставлен? На другом музыкальном инструменте можешь сыграть?
— Не пробовала. А что за допрос вообще?
— Это не допрос, а выявление твоих способностей, которые могут послужить на благо Академии, — ответила глава студсовета. — А что такое испанский язык? Опять какая-нибудь похабщина? Ранка?
— Мне-то откуда знать?
— Странные у вас представления о похабщине, — заметила Безумная. — Вы бы пообщались с моей названной старшей сестрой, там что ни слово, то намек…
— Поэтому я и решила поговорить с тобой, а не с ней, — пояснила Чизуру. — О ее красноречивой манере выражаться на взрослые темы тоже указано в анкете. Но мне от новичков нужен серьезный, здравомыслящий человек.
— Хм! И зачем?
— Ты что-нибудь слышала о Весеннем Фестивале?
Алиса покачала головой.
— Это праздничное мероприятие, которое отныне будет проходить в нашей Академии после окончания весны, — Чизуру сложила ладони вместе. — Театральный кружок поручил мне поиск талантливых людей, которые могли бы что-то показать на сцене. Каждый факультет делает свое собственное представление. И я подумала — раз ты перевелась к нам из другого мира, то, возможно, ты бы внесла что-то новое в наш привычный, караханский взгляд на вещи? Насколько я поняла, в вашем мире все совсем не так, как у нас.
— Глобально все по-другому, — признала Безумная. — Идея мне нравится. А что мне за это будет?
Чизуру удивленно приподняла брови.
— Ты намекаешь, что мы должны дать тебе какие-то привилегии, в обмен на твое участие?
— Ага. Так что будет?
— Ничего не будет. Ты послужишь на благо Академии, и все будут довольны. Задача боевого мага — выполнять свой долг, а не думать о награде.
— Ну, это не серьезно, — категорически заявила Алиса. — Я тут краем уха слышала, что каждый крутится, как может. Кто-то зелье приворотное продает, а кто-то — фотографии. Я тоже так хочу.
— Ранка, о чем это она? Какие фотографии?
— Впервые об этом слышу. Но насчет зелья догадываюсь.
— Насчет этого я и сама знаю. Слышала, Алиса? Студенческий совет не может давать привилегии студентам, чтобы они не сделали полезного для общества.
— Да ну? — прищурилась Безумная. — И поэтому вы сидите здесь, и нихрена не делаете, пока все остальные студенты на занятиях?
— Мы выполняем свою работу, для которой нас выбрали, — вспыхнула Чизуру, поняв намек. — Если ты думаешь, что у нас есть какое-то преимущество над остальными….
— Думаю.
— … то это совсем не так. Так ты согласна выступить на фестивале, или нет?
— Раз мне за это ничего не будет, то тут еще подумать надо, — пробурчала Алиса. — Разрешите идти, чтобы подумать?
— Не надо паясничать! Иди, если хочешь.
***************
— Вот же корова двуличная! — бушевала Безумная десять минут спустя, когда они с Димой и Катей прогуливались во дворе Академии, ожидая следующей лекции. — Я вам говорю, в этом студенческом совете происходит что-то странное! Я же ничего такого не сказала, а она уже посмотрела на меня, как будто я прямиком с панели к ней пришла….
— Может, у нее какие-то заскоки? — предположил Дима.
— И что? Это не дает ей право смотреть на меня, как на мусор.… О, смотрите, это Ханна! Эй, Ханна!
— Как дела? — спросила рыжевосолосая студентка, подходя к ним. Вид у нее был очень уставший. — Уже освоились здесь?
— Слушай, Ханна, — Алиса проигнорировала вопрос. — Ты, кажется, хорошо знаешь Чизуру? Что о ней скажешь?
— А что сказать? — Ханна потерла красные, невыспавшиеся глаза. — Образец выполнения всех моральных правил, которые только существуют. И требует того же от каждого. Но это с одной стороны. С другой — нежная, возвышенная, и романтическая натура, мечтающая о большой любви, и на эту тему ваяет стихи в свободное время.
— А у нее парень есть? — поинтересовалась Катя.
— Парень? — Ханна как-то странно пожала плечами. — Конечно, нет, раз наша Чизуру мечтает о прекрасном принце, который будет носить ее на руках строго после свадьбы. Целочка-недотрога, в общем.
— Иди ты! — не поверил Дима.
— Я серьезно. Она презирает тех, кто занимается этим… просто так, ради удовольствия. Даже находясь в отношениях типа студенческих. Для нее только строгий идеал — любимый супруг, секс после свадьбы, брак на небесах… и всякое такое.