— Доброе утро, — сказала Чизуру, увидев Безумную и Ханну. — Познакомьтесь, это Игара — новая глава дисциплинарного комитета.
— А что же случилось с предыдущей? — поинтересовалась Ханна. — Неужели она обнаружила, что парни отличаются от девушек наличием ширинки на штанах? Совсем не романтично.
— Игара, можешь идти, договорим потом, — Чизуру достала из сумки книгу со стихами, с невозмутимым видом что-то записала, и сложила обратно. — У вас ко мне дело?
— Дело на миллион, — с готовностью ответила Алиса. — Мы тут готовим выступление к Весеннему Фестивалю… и, как бы немного поссорились с главой театрального кружка.
— Об этом я слышала, — обнадежила глава студенческого совета. — Мендес рассказал. Ну, и так что вы хотите?
— Чтобы вы поговорили с ней, чтобы она разрешила нам репетировать на сцене.
— Все?
— А что, можно еще? Тогда хочу самолет, яхту, и лимузин! И все — баклажанового цвета….
— Чизуру, сделай одолжение новичкам, — сказала Ханна по-свойски. — Или ты хочешь, чтобы они разочаровались в нашей новой супер-пупер Академии?
— Ты тоже участвуешь в представлении? — спросила Чизуру.
— Да.
— Ради тебя я стараться не буду.
— Протухшая капуста! Ну, и что мне сделать, чтобы ты поменяла свое решение?
— Перестань продавать свои зельям студентам.
— А если не перестану?
— Тогда помощи можешь не ждать. Как решитесь — приходите.
И Чизуру удалилась, спокойная и невозмутимая. А вот Алиса, наоборот, пришла в недоумение.
— Я не поняла, это что за шантаж сейчас был?!
— Забудь, — вздохнула Ханна. — Если на нее такое находит, то она своего мнения не изменит. Вопрос в другом — что нам теперь делать?
— Кхм-кхм! — внезапно раздалось сзади.
— А-а-а, твою мать! — Безумная подпрыгнула на месте. — Ранка!
— Я только что самым бессовестным образом подслушала ваш разговор, — сообщила глава кружка журналистики. — Возможно, я смогу вам помочь.
— А взамен? — поинтересовалась Ханна.
— Взамен? — Ранка растянула губы в кривой улыбке. — Если ваше представление будет иметь ошеломительный успех — а я не сомневаюсь, что оно так и есть — то после окончания Фестиваля вы поможете мне сделать на него обзор. Как создавалась ваша пьеса, как придумали название, как подбирались актеры с провокационными песнями — все.
— Откуда ты знаешь про песни? — прищурилась Безумная. — Ты что, следишь за нами?
— Я слежу за всем необычным, что происходит в этой Академии, — бесстрастно ответила Ранка. — Чтобы в любой момент поймать горячую новость, и донести ее в народные массы. Ну что, согласны?
Студентки и соседки по коттеджу переглянулись.
— Согласны, — ответила Ханна. — И когда ты поговоришь с Шелли?
— Да прямо сейчас. Идем.
********************
В отличие от Чизуру, Шелли с самого утра уже была на своем «рабочем месте» — ходила по сцене, что-то занося в блокнот на наручном коммуникаторе. И совсем не обрадовалась, увидев, кто к ней пожаловал.
— Эй, вы! Я же уже вам сказала, чтобы не совались сюда! Выскочки!
— Сама такая, — ответила Алиса. — Ранка, вперед.
— Госпожа глава театрального кружка, могу ли я попросить вас уделить мне три минуты времени? — спросила Ранка. Шелли раздраженно махнула рукой, кивнула, и они ушли куда-то в дальний угол зала, повернувшись спиной к остальным.
Безумная со скучающим видом принялась ковырять носком ботинка пол, Ханна достала из кармана мантии расческу. Несколько раз до них доходили повышенные тона разговора, которые тут же благополучно стихали. Наконец «главные» вернулись. Ранка все также была бесстрастна, а вот лицо Шелли покрывал багровый румянец, а ее губы буквально дрожали от негодования.
— Уговорили, — вяло махнула она рукой. — Репетируйте сколько надо. С костюмами тоже поможем.
— Класс! — воодушевилась Алиса. — Спасибо!
— Ага, — и Шелли исчезла, чтобы где-нибудь в укромном месте дать волю своему гневу. Ханна изумленно покачала головой.
— И как ты ее уговорила?
— Пустяки, — равнодушно ответила Ранка. — Просто у меня есть рычаги давления на влиятельных людей. Вы не против, если я поприсутствую на ваших репетициях?
— Без проблем, — Безумная схватилась за наручный коммуникатор. — Ну, все, я кидаю клич нашим — после занятий собираемся здесь. Будем выводить «Волшебника Рубинового Города» на стадию завершения
*****************
Узнав, что у них теперь есть сцена для репетиций, «творческий коллектив» пришел в восторг.
— Эх, как же хорошо работать в команде! — заметил Серго, перебирая гитарные струны.
Хожу по супермаркету, гляжу — одни дебилы…
Тот недовольный ценами, тому кислый ананас
Нет, братцы, зря стараетесь, не в том причину ищите
Причина недовольства лишь в голове у вас!
— Приходит в магазины неадекватный люд… — затянула Лада. — На продавцов срываются, и в жалобы блюют…
— Интересная инфа, но не забывайте про выступление, — нетерпеливо оборвала ее Алиса. — Кстати, про костюмы! Где костюмер? Шелли пообещала помочь! Кто-нибудь видел костюмера?
— Может, там? — Катя кивнула на двери, ведущие в театральные мастерские. — Пойду, гляну.
— Я с тобой, — вызвалась Ханна.
Вернулись они очень скоро, и не одни. Костюмеров было двое — парень и девушка. Оказалось, что это брат и сестра, которые при помощи специального артефакта изготовляли костюмы для выступлений в рекордно короткое время.
— Значит, так, — Безумная, как художественный руководитель импровизированной «труппы», принялась загибать пальцы. — Нам нужно… девять костюмов. Сначала — костюм Гудвина…
— Простите, — парень-костюмер, который уже приготовил карандаш, чтобы сделать зарисовки на листе бумаги, заморгал глазами за стеклами очков. — А кто такой Гудвин?
— В смысле? Великий и могучий волшебник Рубинового… тьфу-ты, Изумрудного города!
— Вы имеете в виду выдуманный город? — вежливо уточнила девушка-костюмер. — Потому что здесь, в Карахане, такого города нет.
— Ясное дело, что выдуманный, — буркнула Алиса. — Вы что, никогда не создавали костюмы по выдуманным персонажам из выдуманных городов?
— Создавали, — ответил парень-костюмер. — Но раньше все члены театрального кружка брали выдуманных персонажей из канонов нашего мира. Если ваш персонаж — из другого мира, и мы о таком в первый раз слышим, то будут трудности с зарисовкой, а, значит, и с костюмом тоже.
— Тоже мне, проблема! Ну-ка, дай сюда. Сейчас я тебе все сама нарисую.
В зале снова появилась Шелли — успокоившись на протяжении дня, глава театрального кружка больше не могла так просто оставить то, что происходило у нее под носом. Не привлекая к себе внимания, она бесшумно скользнула в дальний угол зала, и обратилась в слух.
— Ну, вот, — сказала Алиса пять минут спустя. — Держи.
— Это… что?! — у костюмеров чуть глаза на лоб не вылезли. Потому что чудовище, изображенное на бумаге, никак нельзя было назвать человеком, а тем более волшебником — хотя бы потому, что оно имело десять конечностей, шарообразные женские груди, собачий хвост, слоновьи уши, а кроме того, совершено хаотично было раскрашено в яркие радужные цвета.
— Да, получилось не очень, согласна, — констатировала Безумная. — Кать, может, ты попробуешь?
— Вряд ли получится. Ты же знаешь, я умею рисовать только лошадок, но и те детям нельзя показывать.
— Это еще почему? — заинтересовалась Ханна.
— Хороший вопрос, — ответила Безумная. — Просто у Кати детская травма с тех времен, когда она впервые увидела живую лошадку. К сожалению, это был конь, мощный такой жеребец с хером в «стоячем состоянии». С тех пор Катя рисует всегда одно и то же. Блин, а что с костюмами теперь делать?
— У меня есть идея, — подняла руку девушка-костюмерша. — У нас в кладовой висят уже готовые костюмы с прошлых выступлений. Может, взять несколько, и переделать под ваших персонажей?