— Мы можем пообещать, что как только закончим с докладом, сразу отправимся на Звездоград, — настырничала Ханна. — Всего две недели!
— Исключено.
— Но мы ведь будем не в Карахане, а в совершенно другом мире!
— Это ничего не меняет. Вы все должны быть в одном месте, под присмотром и защитой преподавателей и старшекурсников. Это для вашей же безопасности.
— Так, да? — Ханна покачала головой… и выпрямила спину. Внезапно весь ее облик изменился — на лице появилось выражение сосредоточенности, плечи расправились, а глаза блеснули смертоносным хладнокровием.
— Ну-ка, вы трое — пожалуйста, выйдите отсюда, — попросила она. — Мне нужно поговорить с профессором с глазу на глаз.
— Ты же не будешь травить его зельем, правда? — шепнула Катя. — Давай я лучше какой-нибудь пошлый анекдот расскажу, пусть посмеется.
— Выйдите, пожалуйста, — попросила Ханна необычайно серьезным тоном. — На пару минут.
— Пошли, — Безумная толкнула Диму в спину, и схватила названную старшую сестру за руку. Втроем они вышли из аудитории, прикрыв за собой дверь, и прислонились спинами к стенам коридора. Алиса насвистывала что-то, подозрительно похожее на «Street Spirit» Radiohead, Катя рассматривала свое лицо в отражении кусочка льда, проверяя макияж, Дима скрестил руки на груди. Мимо проходили студенты, парни и девушки, все в одинаковых красных мантиях, представители трех факультетов, но почти все, увидев замершую компанию, либо отводили глаза, либо торопливо ускоряли шаг, стремясь пройти их побыстрее. А некоторые еще и начинали активно перешептываться, и явно не о погоде.
Прошло долгих десять минут, прежде чем Ханна вышла из аудитории. Вид у нее снова был прежний, но слегка задумчивый.
— Ну, что? — спросил Дима.
Вместо ответа соседка по коттеджу включила наручный коммуникатор, демонстрируя скан документа.
— Все подписал, и согласовал с дирекцией Академии. Осталось только зайти в студенческий совет, и предупредить о том, что мы покидаем школу на некоторое время. Нам дается две с половиной недели.
— Обалдеть! — Безумная выпучила глаза. — Но как ты….
— Поступила как Ранка — шантажировала его кое-чем, — Ханна с напускным интересом рассматривала окно в дальнем конце коридора. — Напомнила, что не так давно продала нашему уважаемому профессору кое-какой настой ручного изобретения для ролевых игр с его обожаемой супругой. У этих историков бывают очень извращенные вкусы… Ладно, ерунда. Идем в студсовет.
Поднявшись на третий этаж лилового корпуса, они постучали в дверь нужного кабинет, и после короткого «Да-да?» вошли внутрь. Все трое представителей студенческого совета оказались на месте. Увидев вошедших, Ранка растянула губы в подобии улыбки.
— Какие люди! Если не ошибаюсь, Элли, Гудвин, Страшила и добрая волшебница Севера? Ну, и как там дела в Рубиновом Городе?
— Ах ты тварь лживая! — Алиса дернулась, но Дима вовремя удержал ее на месте.
— Ранка, зачем ты написала про нас? — спросила Ханна. — Ты выставила нас посмешищем для всей Академии!
— Это мой долг — доносить до общества правду о том, кто находится в их числе, — последовал невозмутимый ответ. — Но согласитесь, статья вышла весьма неплохая. Особенно с добавленными к ней фотографиями. Кстати, вот вам урок — приятно нажиться на успехе человека, но всегда вдвойне приятнее нажиться на его провале.
— Кхм! — кашлянула Чизуру. — Вы что-то хотели?
— Размазать мозги твоей подлизы по стене! — выкрикнула Безумная из-за спин обступивших ее товарищей.
— Не советую этого делать. Мендес — старшекурсник оранжевого факультета, и он в состоянии уложить вас четверых на месте в считанные секунды. Но это не избавит вас от проблем, а еще больше усугубит их.
— Сидишь тут, изображаешь из себя, а сама…
— Хорошо, давайте начистоту, — устало вздохнула глава студсовета. — Я не осуждаю Ранку за то, что она сделала, и знаете, почему? Потому что этим она поставила вас на место. Вы вообразили себя дерзкими новичками, покорителями вершин, и явились сюда, в нашу Академию, чтобы диктовать свои правила. Вы грубили мне, хамили, неуместно шутили над моей страстью к стихам. Вы спорили с Шелли, главой театрального кружка, и выдвигали ей свои условия. Я сразу поняла, что обычные методы внушения на вас не подействуют. Вам необходима была шоковая терапия, чтобы вы поняли — здесь, в Карахане, уже давно во всем установлен свой порядок. В том числе и в Боевой Академии. Дирекция осуществляет власть, но исполняем ее мы, студенческий совет. И если я решу, что ваши действия не вписываются в положенный свод законов, что вы создаете хаос среди студентов, показываете им дурной пример или учите плохому — значит, я сделаю все, чтобы вы это быстрее прекратили. Пусть даже если вы станете позорищем на всю школу.
— Интересно, чему плохому мы учим, или какой дурной пример показываем? — оскалилась Ханна.
— А по-твоему, продажа зелий без наличия специальной лицензии — это хороший пример?
— Опять двадцать пять…
— Или ваше представление, шутки про кальян, снеговика.… Да я краснела от стыда, когда сидела рядом с магистрами!
— Вот только не надо путать! Если ты — непорочная девственница, то это не значит, что все остальные такие же!
— Да, но заметь, именно меня сделали главой студенческого совета. А не кого-то другого. Значит, я буду поступать так, как сама считаю нужным — если это необходимо для общества.
— Значит, то, что Ранка за твоей спиной продает фотографии, и шантажирует людей — это вписывается в твои моральные правила главы студсовета?
— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — ответила Чизуру. — Не знаю ни о каких фотографиях.
— Ах ты, двуличная клуша!
— Не надо оскорблений. Если вы пришли сюда, чтобы высказать мне или Ранке свое «фи» — нам оно глубоко не интересно. Мы очень заняты, у нас много работы, так что попрошу освободить кабинет, и не мешать нам.
— Мы по делу, — Ханна продемонстрировала скан документа. — Сегодня вечером мы отправляемся на Землю, делать научный доклад для кафедры истории. Нас не будет две с половиной недели. Можешь записать это к себе в книжечку со стихами, и срифмовать как-нибудь поромантичнее.
— Боюсь, это невозможно, — проигнорировала Чизуру прямой выпад. — Завтра всю Боевую Академию отправляют…
— На Звездоград, мы знаем. Но у нас есть разрешение от дирекции Академии.
— Ну-ка, покажи мне его поближе.
— Я тебе уже отправила его на наручный коммуникатор.
— Да, а я и не заметила — наверное, потому, что заблокировала все приходящие от тебя сообщения еще месяц назад. Хотя, ты мне ничего и не писала — даже простого «Давай помиримся» во входящих не было.
— Я с тобой и не ссорилась, — парировала Ханна. — Просто внезапно узнала, какое ты чудовище, и решила держаться от тебя подальше.
— Да, я тоже сделала ошибку, совершенно забыв, что книгу не судят по обложке, — Чизуру замолчала, внимательно изучая документ. — Действительно, все так. Вообще, раз это научный доклад, я должна отправить с вами кого-нибудь из соответствующего кружка. Или кого-то из студенческого совета.
— Хм!
— Но, так как вы проявили себя достаточно самостоятельными личностями со своим собственным мнением, то я воздержусь. К тому же, все трое новичков как раз с Земли. Если мне не изменяет память, Ханна, ты там тоже была? И тебе понравилось? Может, в этот раз тебе понравится настолько, что ты решишь не возвращаться?
— Не дождешься. Тебе придется терпеть меня до самого конца обучения.
— Лучше терпеть тебя, чем то горькое, малоэффективное самодельное пойло, которое ты гордо называешь своим лучшим приворотным зельем.
— Пошли отсюда, — Ханна развернулась на каблуках. — Нечего нам тут больше делать.
— До встречи через две с половиной недели, — сказала им вслед Чизуру. — До свидания. Кстати, не забудьте, что на Земле магия в строжайшем секрете, и не разбрасывайтесь боевыми заклятиями направо и налево. Впрочем, если вас посадят в местную тюрьму, то мы расстроимся, но не сильно.