— Чего-чего делают? — не понял Дима.
— Ну, заживают сами по себе, — пояснила опытная Алиса. — Палец сломаешь — заживает, зуб выбьешь — отрастает, глаз… короче, вы поняли. Там уже кровищи, как на скотобойне, а этот скот живой и невредимый, ни царапины. И молчит. Лео там остался, сторожить, а я передохнуть вышла. Ну, и заодно у вас совета спросить.
— Так он же артефактор, — Катя приподняла брови. — Как и Луиза. Может, у него где-нибудь специальный артефакт припрятан?
— Да мы его до трусов раздели. И в трусах я тоже слегка пошарила. Ничего.
— Реально упырь, — Ханна обхватила себя руками за плечи. — Проблемка.
— Есть еще одна проблемка, — мрачно сообщила Безумная. — Соседи уже интересоваться стали, чего это мы тут тусуемся. Бабка какая-то со второго этажа выглядывала, мужик из квартиры снизу стучал, требовал вести себя потише. Может, даже сейчас кто-то в окно смотрит. Проторчим до вечера — вызовут полицию. А там уже если они в квартиру зайдут, то даже не знаю, что сложнее объяснить — Луизу внутри купола, или связанного Артура в луже крови.
— Так-так-так! — Илона рассеянно попыталась нашарить сигареты, опомнилась, и потерла щеку. — Значит, я предлагаю: если он упырь, то давайте ему в сердце осиновый кол вобьем.
— И в чем смысл? — поинтересовалась Ханна.
— Ну, если я правильно помню, то когда в сердце нежити вбиваешь осиновый кол, она сразу дохнет.
— То есть, если человеку в сердце вбить осиновый кол, то он даже не заметит, да?
На это фальшивая прорицательница не нашлась, что ответить.
— И нам его не убить надо, а заставить с Луизы барьер снять, — напомнил Дима.
— Ну, так давайте пригрозим, что если он этого не сделает, то мы ему осиновый кол в сердце вобьем! — с воодушевлением предложила Злата Ведунишна.
— И где ты его возьмешь?
— Едем в хозяйственный магазин, покупаем ручку от лопаты из осинового дерева, распиливаем напополам, и у обеих половинок затачиваем концы. Я так одному деду советовала, который ко мне пришел жаловаться, что у него начальник ЖЭКа — вампир. Типа, сделаешь два кола, положишь один на пороге двери, а второй под подушкой, и вампир тебя не тронет, побоится.
Молчание.
— Блин, ну я просто помочь пытаюсь! — обиделась Илона. — Ладно, ну давайте… не знаю… святой водой на него побрызгаем. Тут неподалеку церковь, у меня там батюшка знакомый служит.
— А ты про то, как убивать нежить, знаешь только из книг и фильмов, да? — невинно поинтересовалась Алиса.
— Почему? Еще из сериалов. Последний вариант — чеснок. Любая нежить боится чеснока, да что там нежить — как-то раз в метро один алкаш на меня так чесноком выдохнул, что я чуть сама коньки не отбросила.
— Короче, — Катерина вздохнула. — Все это нам не подходит. Сестренка, ты точно проверила, нет ли у него специального артефакта?
— Да точно, точно.
— Может, магическая печать? — снова вклинилась Илона.
— Какая еще печать? — рыкнула Безумная.
— А я знаю? Раз о ней столько говорят, то должна же она существовать на самом деле.
— Нет у него ничего, ни печати, ни даже родинки.
— А под нижним бельем смотрела? — спросила Ханна. — В лобковых зарослях, например?
— Я… — Алиса осеклась. — Блин…. А ну-ка, посидите тут, я мигом.
И она быстрее ветра метнулась к подъезду, и исчезла. Остальные снова принялись ждать. Не прошло и двух минут, как у Димы зазвонил телефон.
— Алло? — он поднес трубку к уху. — Да? Все, понял. На стреме.
— Что там? — спросила Катя.
— Алиса сказала, что у Артура на заднице — магическая татуировка. Небольшая такая, почти и не видно. Но это она блокировала боль, и реге… реги… тьфу-ты, короче, заживляла все органы. Лео сказал, что в Карахане такими татуировками обычно снабжают старших боевых магов.
— Я же говорила, печать! — обрадовалась Илона. — Видите, я вам все-таки помогла! Без меня вы бы не справились. Но почему на заднице?
— Элементарно, — хмыкнула Ледяная Королева. — Если мужик натурал, то его голую задницу видит исключительно проктолог. То, что интересует девчонок, находится всегда спереди. И что теперь?
— Алиса сказала, что они попробуют прижечь татуировку, и таким образом ослабить ее действие.
— Значит, скоро закончат, — сделала вывод Ханна.
И они уставились на подъезд. Еще пять минут, и снова звонок телефона.
— Да? Ага, понял. Ханна, Алиса просит, чтобы ты поднялась к ним. И обязательно прихватила с собой сумку с зельями. Там какое-то, про которое ты рассказывала, и оно сейчас очень им понадобится.
— Догадываюсь, какое именно, — пробормотала караханская студентка, и отправилась в путь.
— Я тоже схожу, — вызвалась Катя. — А то мне чего-то неспокойно на душе.
Оставшись вдвоем, Дима и Илона присели на лавочку у подъезда. Гадалка молчала, а вот третьекурсник ощущал сильную тревогу. Прошло уже полчаса, с тех пор, как они приехали сюда, а никакого видимого результата. Еще и эти големы-убийцы, которые где-то рядом разгуливают…. А вдруг, обещанная Красавчиком оперативная группа их не нашла, и сейчас они заявятся прямо сюда?
Из подъезда донеслись гулкие шаги спускающихся вниз людей. Первой вышла Ханна, за ней Катя, а последними — Алиса и Янус, тащившие на плечах Луизу. Артефакторша была жива, но из-за сильной слабости не могла самостоятельно передвигаться, и буквально повисла на руках друзей. Илона вскочила на ноги.
— Я сейчас, подгоню машину, ждите.
Теперь, чтобы загрузиться в «Кайенн», пришлось постараться, но в конце концов машина тронулась в путь, оставляя позади злополучный дом с проклятой квартирой.
— Едем опять ко мне? — уточнила Илона, тормозя перед светофором.
— Нет, в общагу, — ответила Безумная. — Будем приводить нашу подругу в чувство.
— А этот? — спросил с переднего сиденья Дима. — Артур?
— Лучше не спрашивай, — вздохнула Ханна.
— Вы что, его грохнули?
— Почти, — ответил Лео. — Из-за зелья татуировка не только дала обратный эффект, но и усилила его. После такого наш гениальный Создатель был готов на все, лишь бы пытки закончились. Он даже согласился выключить генератор, который удерживал магическое поле — оказывается, тот был спрятан под диваном. Но, к сожалению, ничего взамен мы уже сделать не смогли. Думаю, если от многочасовой непрерывной боли рассудок не выдержит, то оставшуюся жизнь этот любитель игр проведет в состоянии овоща.
— И почему нашей Луизе вечно с парнями не везет? — заметила Катя. — То один мудак, то второй мудак… Бедная сестренка!
— До общаги я вас довезу, а потом поеду, — сообщила Злата Ведунишна. — Мне работать надо, у меня же очередь на прием записалась километровая. Кстати, если нужна будет еще какая помощь — обращайтесь. Я с вами сегодня столько нового узнала!
*****************
Сознание медленно возвращалось к ней, а вместе с ним приходили ощущения. Открыв глаза, Луиза обвела комнату мутным взглядом. Все тело ныло и саднило, руки и ноги налились свинцом, пошевелиться было также тяжело, как пройти, не останавливаясь, тридцать километров по выжженной пустыне под палящим солнцем. Глухо застонав, артефаторша приложила ладонь к горящему огнем лбу.
Где она? Что с ней было? Последнее, что она помнила — это как переступает порог квартиры. Дальше темнота, бездонный провал в памяти. Хотя нет, кое-что осталось — страшное, сковывающее чувство собственной беспомощности. Чьи-то крики не то боли, не то ужаса отпечатались в глубинах памяти. Но сейчас, кажется, все хорошо — потому что она в своей кровати, в комнате общаги. Как она тут оказалась? И где Артур? Может, он принес ее сюда? Но зачем?
От бесконечного количества вопросов начала саднить голова. Решив оставить это на потом, артефакторша кое-как слезла с кровати, и поплелась к двери. Кофе, глоток горячего кофе — вот единственное, о чем мечтала ее израненная душа. Но когда она шагнула из спальни в общую комнату, то нерешительно остановилась. Сидевшие за столом Алиса, Катя, Дима, Ханна и Лео повернули головы.
— Жива? — Дима торопливо вскочил на ноги. — Иди, садись. Как ты, в норме?