И тогда им действительно пришлось отрабатывать смертельные удары, и пытаться уложить в норматив, и каждому потом снились кошмары — манекен для каждого приема имел свой набор человеческих эмоций, и каждому пришлось пережить их при «убийстве». Естественно, всем, кроме Безумной — после того, как она еще ребенком перерезала горло отчиму-насильнику, ее это все совершенно не трогало. А после того, как студенты с горем пополам сдали-таки зачет, Куколка дала последнее наставление:
— Рассматривайте убийство человека, как убийство манекена. Вы убиваете не живое существо, а всего лишь игрушку с имитацией. Это поможет вам, пока вы не привыкнете — а привыкнуть надо будет, другие варианты исключены. Тот, кто не готов убивать ради мира, недостоин носить гордое звание боевого мага. Мы уничтожаем зло во всех его проявлениях, и неважно, вампир это с клыками или человек. Теперь живите с этим.
«Хороший совет!» — тогда подумал озлобленно Дима, который по результатам зачета оказался на третьем месте — после Алисы и Кати. Как он не старался, но ему не хватало змеиной молниеносности движений Безумной или смертоносного хладнокровия Ледяной Королевы. Но слова Куколки он запомнил — как и те смертоносные удары, которые они заучивали. Собственно, та недавняя драка в баре была частичным результатом той жесткой подготовки, которой подвергала их циничный инструктор. И, хотя Дима не стал убивать юных магов, он мог бы это сделать, если бы потребовалось.
Теперь же ему нужно было оправдать конечный результат занятия по рукопашному бою — убить человека, правда, не голыми руками, и с расстояния, но осознанно, целенаправленно, намеренно, осознавая взятую за это ответственность. Мало того убедиться, что этот человек мертв, и быть готовым повторить это действие снова, и снова. «Ночному Рейду» не нужны нерешительные, бесхребетные сопляки, ноющие по любому поводу. И Дима не имел права быть таким. Он играл роль, которую ему поручили, и на кону спектакля была безопасность Карахана — техномагического мира, где сотни граждан имели такое же право на существование, как и Кано…..
********************
Писк будильника, установленного на наручный коммуникатор, отвлек Диму от раздумий, и заставил посмотреть в окно, вниз. Вот-вот должно было случиться то, после чего назад дороги уже не будет — только вперед, до победного конца.
И случилось — в поле зрения появилась огромная, внушительная фигура Муха. Сунув руки в карманы куртки, грузчик шел по улице, рассеянно глядя по сторонам. А навстречу ему, с противоположной стороны кольцевой площади, показался и сам Кано — он наоборот, двигался целеустремленно, весело подмигивая прохожим. Завидев приятеля, Мух остановился, замахал ему рукой, привлекая внимание, подождал, пока Кано дойдет до него, после чего они обменялись рукопожатиями.
Дима вовсе не был удивлен такому раскладу событий — он знал, что так и будет. Еще вчера, на смене, он подслушал их разговор за обедом — Мух просил Кано отвезти его к какому-то полезному знакомому, чтобы решить кое-какие личные проблемы с продажей недвижимости, доставшейся ему по наследству. Кано, поломавшись, согласился, и приятели условились встретиться здесь, в это самое время — что, собственно, только что и произошло. А именно здесь, потому что полезный знакомый жил в доме на этой же улице чуть дальше в восточную сторону спального района, и приятелям отсюда нужно было пройти буквально метров пятьсот-шестьсот, чтобы дойти до места. Но пройти они должны были как раз мимо дома, где сейчас затаился на чердаке без пяти минут наемный убийца….
Перекинувшись парой слов, Мух и Кано неторопливо двинулись вперед по тротуару, причем первый нарочно замедлял шаг, чтобы второй за ним поспевал. Дима бесшумно поднялся, и быстро пересек чердак, покинув его также как и пришел туда. Спускаясь по лестнице, он немного волновался, не увидит ли его кто; хотя, даже если кто-то из жильцов встретится ему на пути, он вряд ли сможет его опознать.… Для своего первого убийства третьекурсник выбрал классический наряд ассасина: серое одеяние, оставляющее свободу движений, куртка с капюшоном, и серая, в тон одеянию, маска, закрывающая нижнюю часть лица. И, конечно, артефакт «Спартанец» на ремне за спиной. И слот на груди, надежно спрятанный под одеянием. И какая-то веселая дебильная песня в голове, позволяющая справиться то с приступами нерешительности и паники, то с чувством отвращения.
Бесшумной тенью скользнув вдоль стены дома, Дима осторожно выглянул из-за угла. Расчеты оказались верны — за то время, пока он спускался с чердака, Мух и Кано уже успели пройти мимо дома, и теперь неспешно удалялись от кольцевой площади. Поскольку Кано показывал дорогу, Муху приходилось идти рядом с приятелем, подстраиваясь под размеренный шаг манипуляторщика-весельчака. Все сбылось ровно точь-в-точь, как и планировалось. Когда тебя уже третий год посылают на практику в другие миры с разными заданиями, и от благополучного выполнения зависит — будешь ли ты дальше жить под уютной крышей общежития, и получать бесплатную еду из холодильника, тут поневоле научишься рассчитывать и просчитывать любую ситуацию. Хотя до поступления в БАМ Дима даже не был способен банально рассчитать, сколько денег ему сейчас потратить, чтобы дожить до зарплаты. Оттого и спускал все почти сразу же, а потом ходил по друзьям и знакомым, находясь в этаком положении вечного должника. И конечно, в те времена он и представить не мог, что ему придется ради получения стабильной профессии изображать хладнокровного убийцу. Неисповедимы пути Господни….
Вдох.
Выдох.
Снова вдох.
Отделившись от стены, Дима вышел на середину узкой полосы асфальта. Странно, но на него никто не обратил внимания — да и потом здесь, в спальном районе, в разгар дня движение было минимальным, лишь изредка проносились длинные, запряженные четверкой лошадей фургоны, да мелькали одинокие велосипедисты. Пешеходов и того было меньше, будний день, все работают, кому в дневную смену; либо же спят дома, кому в ночную. Еще одно преимущество планирования караханской столицы — не то, что у нас, где машины постоянно ездят везде, где им вздумается.
Одним быстрым, натренированным движением (репетировал дома, перед зеркалом) Дима стянул со спины «Спартанца» и нацелил острие копья на широкую спину Кано. Одно усилие — и все закончится. Но третьекурсник почему-то медлил, оттягивая момент. И внезапно Кано, уловив чей-то взгляд сзади, обернулся через плечо.
На доли секунды взгляды убийцы и жертвы встретились. На добродушном, всегда веселом лице Кано начало медленно появляться выражение изумления. И Дима понял, что дальше ждать нельзя. Сжав зубы, он дал своему боевому артефакту мысленную команду.
Прозрачный камень, установленный внутри треугольника, засветился зловещим кровавым светом — ирония судьбы, учитывая, какие последствия будет иметь это действие. Копье слегка, едва ощутимо, дернулось в руках Сталкера, посылая смертоносный импульс. Глаза Кано расширились. Каким-то образом, в последние мгновения, он вдруг понял, что сейчас произойдет. Возможно, он даже подсознательно ожидал этого — ведь даже тот, кто всегда остается безнаказанным, в глубине души знает, что заслуженная кара, так или иначе, настигнет его в какой-то момент. Но сделать что-нибудь для своего спасения весельчак-юморист не успел. Раздался сухой, электрический треск, и ярко сверкнула молния, когда ее заряд ударил в точно намеченное убийцей место.
До этого Дима применял дальнобойную способность артефакта только в тренировочном симуляторе, поэтому понятия не имел, что будет, когда использовать ее на живом человеке. Эффект оказался тошнотворно ошеломительным.
За несколько секунд тело Кано, приняв на себя заряд в несколько сот тысяч вольт, вспыхнуло и погасло, как зажженная спичка. Одежда повисла рваными, дымящимися лохмотьями, кожа покрылась отвратительными лиловыми пятнами, среди которых черными линиями проступила каждая вена. Внутри каждый орган словно превратился в котел, полный адской, невероятной боли, некоторые скрутились в узел или вовсе рассыпались, не выдержав чудовищного напряжения. Что касается сердца, то оно практически мгновенно разорвалось на куски, избавив нечестивого хозяина от заслуженных им мучений медленно смерти. Какие-то доли секунды мертвое тело Кано — жутко обезображенное, с сочащейся изо рта кровью — еще находилось в вертикальном положении, потом просто рухнуло на асфальт, издавая вокруг себя запах паленой плоти.