Позади них между деревьями показался задумчивый Ярослав.
— ЭйДжей — на пару слов.
— Иду, — блондинка поправила шляпе, вернув ее в надежное положение на голове, дружелюбно потрепала Диму по плечу, и отошла к боссу.
— Ну?
— Мы уходим. Как наш новенький?
— Докладываю, — блондинка понизила голос до шепота. — Типичный городской, на ферме ни разу не был. Но послушный, делает все, что скажут. Задает вопросы, знает про артефакты, только что вызвала мертвецов — даже в обморок не упал, стоял и смотрел, как будто видел вещи и похуже. Что еще ты хочешь про него узнать?
— Все, что только можно, — ответил Ярослав. — Общайся с ним дальше, раскручивай на разговор, и следи за реакцией. Побольше задавай всяких ненужных вопросов — например, был ли он в городе Колсо, или как звали его двоюродную тетю по маминой линии. Больше мелочей, поняла?
Блондинка раздраженно сложила губы трубочкой.
— Я, может, и убийца, а может и просто фермер, но уж никак не следователь. Тебе надо — ты с ним и общайся. Какого черта я должна постоянно щупать каждого, кто приходит к нам в отряд, пока ты просто стоишь в стороне, и смотришь? Я не нанималась в твое личное рабство, я делаю только свою работу — обеспечиваю убежище, и устраняю цели, а ваши тонкие психологические игры не по натуре мне, деревенской простофиле, которая вечно копается в земле и убирает за коровами навоз.
— Обиделась за вчерашнее?
— Кто, я?! Да сдался ты мне…. Просто я верю, что Хиро — не обманщик. Я следила за ним два дня, и точно знаю, о чем говорю.
— Ну-ну, — сухо ответил Ярослав. — Посмотрим еще.
— Вот и смотри, — буркнула ЭйДжей, и с достоинством развернулась на каблуках спиной к начальнику. И бросила через плечо, не оборачиваясь: Удачной вам миссии, босс. Возвращайтесь живым, и поскорее.
Вернувшись в центр площадки, она устало села прямо на траву, и принялась перешнуровывать левый сапог. Ярослав молча скрылся между деревьев, и больше не показывался.
— Как-то непохоже на разговор начальника и подчиненной, — заметил Дима, слышавший последние слова, сказанные на высоких тонах. — У вас с Локом служебный роман, или что?
— Да нет, просто иногда спим вместе, — ответила ЭйДжей. — Мне надо, ему надо.… но иногда, когда мне надо, он себя ведет, как будто я напрашиваюсь. А я, между прочим, хозяйка дома, у меня тоже своя гордость есть. В общем, не бери в голову. Давай начнем лучше тренировку, или у тебя еще какие-нибудь вопросы есть?
— Только один. Как думаешь, Лок разрешит мне посетить свою квартиру в городе, чтобы забрать кое-какие личные вещи, которые вы не захватили?
— Хм! Я с ним об этом поговорю. Но это случится не раньше, чем когда они вернутся, а это три-четыре дня, может и неделя. Пока что ты как бы моей пленник, и уж будь любезен, не заставляй потом вызывать твое мертвое тело, когда мне захочется пострелять. Я понятно объясняю?
— Доходчиво.
29
В любой, даже самой дружной компании порой случаются ссоры и размолвки. Группа «БМ-17-3» переживала и более худшие времена в своей ученической карьере. Но еще никогда в их блоке общежития не царило такое похоронное настроение, как сейчас.
Лежа на диване и подложив под голову подушку, Алиса держала над головой открытую книгу, пытаясь чтением отвлечься от всего случившегося. Рядом с ней, прямо на полу, сидела Катя, и, согнув ноги в коленях, аккуратно наносила лак на ногти. А за кухонным столом устроилась Луиза, и, с трудом сдерживая судорожные зевки, сосредоточенно писала… но не учебный конспект, а объявление о поиске продавца в свой магазин. Точнее, не писала, а пока только набрасывала черновик.
Напряжение в комнате сгустилось настолько, что его можно было без всяких усилий резать ножом, и даже появление Артура его не разбавило.
— Привет, девчонки! А я тут тортик принес, кто хочет?
В ответ — немая тишина, а двое из троих присутствующих даже головы в его сторону не повернули. Только Луиза слабо улыбнулась, и кивнула в ответ. Осторожно обойдя диван издалека, Создатель присел за стол рядом с артефакторшей.
— Что, все еще обижаются?
— Да не то слово, — Луиза потерла усталые, красные глаза. — Весь вечер со мной не разговаривают, и вообще, делают вид, будто меня не существует. Как будто я какой-то невидимый призрак.
— Кхм-кхм! — донеслось со стороны дивана раздраженное кашлянье. — Кать, ты не могла бы передать кое-кому в этой комнате, чтобы заткнулись, нахрен, и не мешали мне учиться? А еще бы лучше шли лесом в свой магазин, и там, бл@дь, пусть болтают себе хоть до самого Судного Дня!
— Обязательно передам, сестренка. Сейчас я им эсэмэску напишу.
Артур приподнял брови.
— Не обращай внимания, — шепнула Луиза. — Уже проходили. Остынут, никуда не денутся.
— Понятно. Слушай, тут такое дело.… С тобой весело, но мне уже надо возвращаться домой, в свою Академию. Я же на неделю отпрашивался, а неделя уже заканчивается. Я просто подумал….
— Да, конечно, езжай, — безразлично ответила артефакторша.
— И ты разве не огорчишься?
— А что поделаешь? Я же все понимаю. И потом, мы можем продолжать общаться виртуально, как раньше. О, а хочешь, я в следующий раз к тебе приеду? Будем ездить по очереди.
— Было бы неплохо.
— Да вы заткнетесь там, или нет? — пробурчала Безумная. — Артур, с кем ты разговариваешь? Со стеной? Потому что я кроме себя и Кати больше никого в комнате не вижу.
— Сестренка, похоже, он шизофреник. Будем на всякий случай держаться от него подальше.
— Точняк.
— Слушайте, вы, может, уже перестанете? — осведомился Артур. — Что за цирк вы тут устроили? Луиза просто исполнила мечту своей жизни, это не повод на нее обижаться. Неужели у вас нет такой мечты, ради которой вы бы отдали все на свете?
— Почему, у меня есть такая мечта, — отозвалась Алиса. — В данный момент я мечтаю о том, чтобы мне разрешили размазать этот торт тебе об голову, а потом выбросить тебя из окна вместе с твоими дебильными играми. Ты там куда-то ехать собрался? Ну, так езжай, и не засоряй нам шоры.
— Шорты?
— Шоры, Кать, шоры. Это такие хрени в голове, которые помогают человеку думать. Хотя сейчас мне кажется, что они есть только у нас с тобой.
— И еще у Димы.
— Согласна.
Поняв, что заступиться за любимую девушку не получится, Артур в сердцах вздохнул.
— Короче, я пошла спать, — объявила Луиза. — Устала очень, сейчас вырублюсь прямо тут. Утро вечера мудренее, завтра поговорим.
— Конечно, иди, — согласился Создатель. — Я тоже пойду, а то эти двое меня немного пугают. До завтра.
— До завтра.
Когда Луиза входила в комнату, у нее в голове крутилась только одна мысль — упасть на кровать, накрыться одеялом, и погрузиться в сон, отбросив все переживания, эмоции и события прошедшего дня. Но, когда она включила свет, то замерла на пороге — оказалось, что ее кровать вместе с постельным бельем бесследно исчезла. Там, где она раньше стояла, теперь было пустое место. Видимо, таким способом кто-то намекнул, что не желает находиться с ней в одном помещении целую ночь.
«Опять двадцать пять!»
********************
Пыхтя и отдуваясь, вытирая взмокшее лицо и поминутно останавливаясь, чтобы перевести дыхание, Гвеллин топал на девятый этаж дома, где жила его любимая и единственная. Почему-то лифт сегодня не работал, а подниматься на большую высоту для гнома, обладающего низким ростом и короткими ногами — самое большое испытание из всех существующих. Хорошо еще, что дыхалка работала стабильно.
Последние несколько дней Гвеллин не отходил от Александры, проводил с ней все свободное время, напрочь забыв про вечерние алкогольные гулянки с другими гномами в общаге Академии. Он дарил ей подарки, водил в парк, в кино, или даже просто погулять, пытался рассмешить ее — просто, чтобы услышать ее звонкий, мелодичный смех, просто музыка для его ушей, активно «эсэмэсился», освоив смайлики, гифки и так далее, но…. За все это время в плане физического контакте он лишь один раз позволил себе неуклюже обнять девушку одной рукой на прощание. Со стороны Александры ему регулярно прилетали поцелуи в щеку при встрече и прощании, но это была как какая-нибудь формальность, что-то типа поцелуя устоявшихся супружеских пар — ничего особенного, просто привычное дело. Надо было переходить к более серьезным поступкам, но Гвеллин так и не решился, хотя понимал, что девушка тоже этого ждет, и что ее удивляет его нерешительность. Как воспитанная девушка, Александра ждала инициативы со стороны мужчины… а мужчина не мог проявить инициативу по причине «расового вопроса» — в том смысле, что секс между гномом и человеком даже представлять не хочется, не говоря уже о том, чтобы его видеть его наяву. Гвеллин знал, что кольцо-артефакт, маскирующее внешность, замаскирует ее полностью, вплоть до отдельных… кхм… частей тела, но это была всего лишь иллюзия, реальные чувства важнее. Нет, он не боялся, что у него не встанет на человеческую девушку, опасения были в другом — как не разочаровать эту самую девушку, если ты с представительницами ее расы физического контакта прежде никогда не имел?