– Это мне, – покачал он головой. – Остальные сами закажут – не немые. Да подожди ты, – поймал он за руку готовую сорваться девушку. – Но прежде отправь в Контору к сержанту Габрэ посыльного с кувшином самого лучшего вина. И на словах он пусть скажет, что это от командира «Неправильного прайда», пусть выпьет за тех, кто в сапогах – сержант поймет.
– Один волчара разглядел волчару другого, – сказала еле слышно загадочную фразу Мэльвия, а вслух поинтересовалась: – «Неправильный прайд»? А почему не «Молот Небесного Гончара» или «Убийцы драконов», к примеру?
– Я похож на юнца, который за звучным названием пытается скрыть свои подростковые комплексы? – приподнял бровь Матвей. – И потом, не имя красит разумного, а разумный имя – это применимо и к названию отряда.
– В первой части ответа понятного мало, но концовка все расставила на свои места, – одобрительно кивнула Мэльвия.
А потом всем стало не до разговоров – поверхность небольшого стола стала заполняться разнокалиберными блюдами, причем в очень большом количестве. Голодным, оказывается, был не только Каракал Хант.
Последнюю тарелку унесли буквально минуту назад, и Матвей, откинувшись на спинку стула, в сытой неге прикрыл глаза.
– Теперь-то можно говорить, Каракал? – спросила лейт Мэльвия Наталь. – Или это твое: «когда я ем, я глух и нем» продолжается? Как вообще в разумного может столько влезть? Твой боец, который Утес, больше тебя в два раза, но съел меньше.
– Завидуете? – приоткрыл один глаз парень. – Зря, зависть – это грех. И потом, я еще расту.
– Растешь? – хором воскликнули фурии, причем все, кто находился поблизости.
Иргиз, тяжко вздохнув, закатила глаза и покачала головой – что может исправить горбатого и так ясно.
– Командир шутит, – через секунду успокоила она окружающих.
– Каракал, – по-бабьи взвизгнула лейт, но тут же прикрыла рот рукой. – Ты выставляешь меня полной дурой, – гадюкой зашипела она. – Я сейчас вызову тебя на перекресток. Пока не знаю за что, но думаю, в этом деле мне многие придут на помощь. Мой авторитет в этом городе уже рухнул. Я сижу и упрашиваю какого-то никому не известного командира наемников, чтобы тот обратил на меня внимание.
– Да брось, Мэльвия, – отмахнулся тот. – Твой авторитет в этом городишке непререкаем. Ты можешь хоть голой весь день ходить по городу, и на это никто не обратит внимания. Лейт Мэльвия Наталь ходит голой? Значит, надо так, не обращайте внимания.
Кинзи, Иргиз, девушки, изображающие подавальщиц, прыснули в кулачки.
Лейт, наоборот, нахмурилась, но долго сохранять серьезность не смогла и заливисто рассмеялась.
– Ну, почему я не могу на тебя злиться? – утерев салфеткой слезы, спросила она.
– Потому что я добрый и обаятельный, – важно сказал парень, усилив фразу поднятым вверх указательным пальцем, но потом вдруг резко замолчал и нахмурился.
– Бесовка, – шепот Рохоса был услышан всей таверной. – Кажись, «беде-беда-огорчение», как говорит наш командир, – кивнул он в сторону замершего Матвея.
– Что? – Недавнее веселье моментально испарилось с лица всех присутствующих.
– Не знаю, – пожала плечами суккуба. – Но если судить по поведению Каракала – ничего хорошего.
– Он что, интуит? – округлив глаза, спросила Мэльвия, но Иргиз, изобразив улыбку Джоконды, промолчала. Обсуждать кого-то из своего отряда она ни с кем не собиралась. Тем более командира.
В это время в себя пришел и сам Каракал.
– Какое у тебя предложения для моего отряда, лейт? – коротко бросил он.
Глава 6
Много еще на теле Абидалии язв, долго она еще будет страдать от них. Одной из таких язв является Островная Империя Мадгаров – империя пиратов, разбойников и грабителей.
До заката солнца оставалось всего пару-тройку часов, но оно еще жарило так, что будь здоров. Поэтому Матвей устроился в тени городской стены, с легким интересом наблюдая, как у его ног, словно дровяную поленницу, выкладывают пуки стрел. Справа сидели Иргиз и Рохос, правили свое оружие: суккуба доводила до бритвенной остроты наконечник хвоста, а огр водил точильным камнем по кромке лезвия одной из секир.
– Может, хватит? – поинтересовалась Кинзи Китос, сидевшая с правой стороны от парня. – Каракал, эти стрелы из городского арсенала. Поверь мне – все они примерно одного качества.