Проводник не обманул, на месте отряд был еще до рассвета.
«Тоже мне обитель, – скривился Матвей, буквально с пары сотен метров рассматривая стены, которые были ниже некоторых дачных заборов в России, особенно заборов депутатских коттеджей. – Вот на Руси монастыри были – это да. Пусть и не все, но в большинстве своем это были крепости, в которые бежал окрестный народ, едва слышал татарское гиканье.
Правда, и монахи в них те еще были. Взять того же Пересвета, что Челубея на вертел насадил. Пусть и сам погиб при этом. Но ведь татарин воином был, а Пересвет – иноком – чувствуете разницу?»
– Командир, что делать будем? – вернула парня в реальность Кинзи.
– Как что? – пожал тот плечами. – Бить врагов, спасать детей.
– Да это как раз понятно, – уголок ее губ дернулся в усмешке, что было прекрасно видно Матвею. – Каким образом мы будем это делать?
– Мне надо оказаться ближе к стене, – задумался на мгновение Каракал, – что-то мне подсказывает, что обстановка внутри немного изменилась.
– Так чего ждем? – вмешалась Бесовка. – Надо ползти, скоро рассвет.
Матвей немного лукавил, размышляя о том, что обитель как защитное сооружение из себя вообще ничего не представляла. Были стены, были ворота и даже башни, но все это даже сравниться не могло с тем же Саввино-Сторожевским монастырем у Звенигорода, к примеру. Вот действительно натуральная крепость, а перед отрядом Каракала был скорее форт, похожий на крепостицу на берегу Сенты возле Лысых Холмов. Ну, разве только стены каменные.
Под стены обители Матвей и Бесовка прошли, как к себе домой – вырубкой кустарника вокруг занимались редко, а в последнее время, как и недавние хуторяне, совсем расслабились, полностью пренебрегая этим делом.
Пять минут крались к стене, десяток около нее, пока с помощью «паутинки» и «пространственного взора» Каракал не оценил обстановку в обители и вокруг нее. Еще пять минут на возвращение, и вот они уже сидят рядом с фуриями и эльфом-хуторянином, что всех их привел сюда.
– Так, девочки, – привлек к себе внимание Матвей. – Ситуация действительно изменилась. Фурийки Джиньяры, видимо, осмелели и вылезли на стены. А скорее всего, они это сделали для того, чтобы встретить гостей вроде нас. Смотрим сюда, – он вынул несколько швырковых ножей. – Вот это, – начертил он ломаную линию на земле, где было поменьше травы, – стены местного монастыря. Дома, где заперлись разумные, здесь и здесь, – воткнул он два ножа, – в первом защитники и дети. Во втором, похоже, сама Джиньяра. С ней два воина и пленники. Пока понятно?
– Да, но есть сразу вопрос, – подняла руку Паприка. – Как стоят здания? Мы сможем их расположение как-то использовать?
– Торопыга какая, – усмехнулся Матвей. – Ваше место сегодня в зрительном зале, девоньки.
– Командир? – нахмурилась Бесовка.
– Ты мне ноздри тут не раздувай, – теперь нахмурился уже Каракал. – Воинскую мудрость, что я тебе говорил, помнишь?
– Командир всегда прав, – вздохнула суккуба.
– А если он не прав?
– Смотри пункт первый, – выдохнула она.
Каракал обвел взглядом всех своих бойцов и уже без обычного ерничания и шуток сказал.
– Девчонки, вы будете не совсем в зрительном зале. Без вашей помощи я просто не обойдусь. На стенах еще шесть бойцов. Одного сниму я, еще одного – Бесовка. Я помогу тебе забраться на стену. А оставльные – вам, – посмотрел он на своих фурий. – Потом я прыгаю к зданию, в котором Джиньяра, а Бесовка открывает ворота, в которые входите вы. Понятна тактика?
– Угу.
– Вопросы?
– А мне что делать? – подал голос проводник, который все это время внимательно слушал Матвея.
– Как тебя зовут?
– Сэльвэг, господин.
– Да какой я господин, – отмахнулся тот. – Идешь с моими воинами. Мальвина?
– Присмотрю, – с полуслова поняла та.
– Вперед, девоньки, – первым поднялся парень. – Время уходит.
Несмотря на абсолютную импровизацию, первая часть плана прошла как по нотам. Матвей прижал к себе Бесовку и «прыжком» вместе с ней оказался на стене.
Внутренних резервов сил такое перемещение в тандеме тратило немеряно, но для одного раза было некритично. Вот если бы он попробовал всех так перетащить, как и думал поначалу, то дальше воевали бы только его милые подчиненные, а сам командир стал бы зрителем.
Цели определили загодя, поэтому, едва Матвей оказался за спиной у одной из фурий, это заметили его бойцы снизу. Тренькнули луки, и тут же послышались четыре едва слышимых стона, а потом и звуки падения тел. Последняя заговорщица скончалась от пробившего ее затылок сякэна Бесовки. После этого суккуба помчалась к воротам, а Каракал «прыжком» переместился к входной двери дома, в котором обосновалась Джиньяра.