Событие 16
Явь
Боже мой! Не верю своей дырявой башке!
Два месяца назад.
Запишу так, чтобы не спутать.
К моим родителям должен был приехать важный гость. Всё-таки отец у меня в политике замешан, вот мама и подняла кипиш. Накрывали стол, как заметили, что нету печенья. Вот же ж говорила ей: зачем оно сдалось. Все равно заставила пойти купить. Выходя из подъезда наткнулась на этого «дорого» гостя. В военной форме, он аккуратно пропустил меня, совершенно не признав. Но и я не стала напрашиваться на любезности. Приехал он на машине, которую мне следовало миновать, чтобы достигнуть цели. Уже подходя, я заметила, как дверца автомобиля открылась и из него показался высокий молодой брюнет в очках. Посмотрев на меня он оскалился.
- Не холодновато ли одета для начала весны? Может ты оденешься?
Да, это был Дитер.
- А не залез бы ты своей тыкалкой обратно в свою тарантайку? – была крайне раздражена из-за того, что пришлось пойти в магазин, вот и не одела ничего поверх. А с кем-то разъясняться на эту тему и подавно.
- Чего как ведьма гремучая? – улыбнулся он шире. – Обычно девушки смущаются подобному резкому «знакомству».
- А кто с тобой знакомится? Для начала солнечные очки не мешало бы снять, чтобы в глаза посмотреть. А так, вижу только свое отражение и разговариваю только с собой.
Пошла дальше, он и слова не обмолвился.
Возвращаюсь. Он на месте, ждет моего появления. Уже проходя мимо, смотрю ничего не говорит, а по напряженным плечам видно, что так и чешется у него что-то на языке.
- Ну, что? – не выдержав остановилась.
- У тебя красивые глаза, - он сделал глубокую затяжку и уже выпуская сигаретный дым, затушил окурок.
- Тебе не подарю и не проси, - бросила я ему и пошла дальше, но уже перед самыми дверьми остановилась. – И что вообще ты можешь видеть из-за темных стеклышек, мистер Пучеглазик?
Он улыбнулся и поправил очки.
- О, я хорошо вижу… Слишком хорошо.
Тогда мне показались его слова странными, а сейчас вообще в замешательстве. Кто он? И узнал ли он меня? Если бы не солнечные очки, которые он сегодня нацепил на себя, я вряд ли бы вспомнила его. Сколько вопросов и ни одного ответа. И Дитера обо всем спросить не могу… Эх, забуду пока об этом.
Моей любимой. Откровение
Моей любимой. Откровение
Наверное, сейчас, читая эти строки, твое сердце бьется в бешенном ритме и ты задаешься вопросом, прочел ли я всё. Да. Все до последней строчки. Я пришел к тебе в надежде разделить эту ночь в твоих объятиях, но не думал, что мое внимание так привлечет невзрачная открытая тетрадь.
Моя милая, ранимая Кассия! Смотря на то, как преображается твое лицо во сне и, слушая ровное дыхание, я понимаю, что не смогу отпустить тебя. Некоторые строки сильно расстроили меня. В частности и те, где ты описывала наше соитие. Для меня это было лучшее, что произошло за долгие мучительные годы. Впервые я выспался. В твоих объятиях. Не думал, что так сильно ранил твою душу, когда погружался в ласки. Следовало догадаться, что если тело и откликнулось мне, то сама ты еще не была готова. Да и была ли б готова когда-нибудь? В твоих глазах я только лгун и убийца. Жестокое порождение тьмы… Когда-то я уже слышал такое, мне говорил это мой отец. При всём моём желании быть с тобой, обладать тобой и никогда не отпускать, понимаю, что этого если и дождусь, то явно не скоро. Может потому, что привык всё необходимое брать, я кажусь столь грубым? Сам не знаю…
Последние твои строки вообще расстроили. Не думал, что эти очки… Что ты вспомнишь меня спустя это время и все эти события. Понимаю, что хочешь ответов. И я дам их на некоторые из вопросов. Но поверь, Кассия, часть оставшихся, тебе лучше не знать, а некоторые ответы, ты и сама не хочешь знать.
Начну с правды о себе.
Меня зовут Дитер, фамилия Некрос. Ты скажешь, что снова лгу и это Аи пролепетал при нашей встрече возле убежища. Но я уже давно не помню своей настоящей фамилии. Когда мне было тринадцать, мой отец продал меня за ящик водки, как оказалось ученому, который многие годы ставил на мне эксперименты. Если бы и надо было вспомнить, не хочу. Теперь вы все моя семья. Семья Некрос. Если бы я мог тебе рассказать всё…
Мне не двадцать четыре, а двадцать восемь лет. Я всегда говорю этот возраст, чтобы не забывать, когда начался мой настоящий ад. Когда-то у меня были серо-голубые глаза с карой окантовкой. Что еще? Любимый цвет – белый. Любимая песня та, которую ты постоянно напеваешь в душе. Самое лучшее, что я видел в своей жизни – довольный блеск твоих глаз, развевающиеся волосы от порывов ветра и блики солнца на смолянистых локонах. Тогда, я так был несчастлив… Видел и понимал, что хочу быть с тобой, хоть и совершенно не знал тебя.
Немного настоящих ответов.
Это я отравил воду вирусом. Я представляю твой шок, и моё сердце сжимается от боли, понимая, что это-то ты точно не простишь. Таких городов, как этот, в этой области уже восемь. И в каждом из них я был. Целью были выжившие. Первые три города быстро пали и никто не остался. Только тысячи разлагающихся трупов, которые в итоге сожгли вместе с многоэтажными постройками. Ты должна была слышать о частых пожарах почти четыре года назад. Далее вирус немного переделали, мутировали и в городе стали появляться «овощи», но таких как вы, так и не было. Долго изучая ходячих, ученые пришли к выводу, что ничего сверхъестественного не произошло, и это просто обычные люди с практически полностью мертвой нервной системой, понимающие только есть, пить и спать. Но голод их не знает предела. В итоге всех зачистили. Предпоследние два города, наконец, появились здравомыслящие. Долго изучая их, Перес заметил один прискорбный фактор для науки. Воспроизводимая функция организмов женщин и мужчин полностью не функционирует. Другими словами, детей они не смогут больше родить. Причиной выживших была болезнь, которой они переболели, отдыхая в другой стране. Да и через некоторое время, в итоге, вирус поглотил и их. Теперь пришла очередь этого города. Все было спланировано заранее. Но в тот день, когда я запустил вирус в водоем, какой-то придурок, из воинской части Мектая, напился и, запустив разрушительное оружие, уснул в комнате управления. Что с ним сделали, я не в курсе, но знаю, что это стало словно проведение судьбы.
На меня вирус не действует. Низкий поклон за это Хэфтеру. Этот ублюдок столько на мне использовал, что мое тело спокойно перенесло этот штамм вируса. После, военные подключили его и меня к разработкам солдатов, устойчивых к биооружию.
Я пишу, наверное, несвязно.
Тогда напишу так. Все, что здесь творится, с легкой руки НАШЕГО правительства.