Он посмотрел на календарь. До возвращения родителей оставалось всего пару дней. Что он скажет им? Пока они наслаждались морским воздухом, он успел стать соучастником сокрытия кражи, объектом подозрений и любовником испанки, которая теперь, вероятно, была единственным человеком, способным понять глубину этого абсурда?
Лондон за окном жил своей жизнью. Слышались гудки автомобилей, крики разносчиков, смех детей. А в палисаднике дома Паркеров, лежали не сокровища, а труп мечты, убитой собственной нелепостью. И Фердинанд Пирс стоял над этим трупом, понимая, что запах тления теперь навсегда останется с ним.
Лондонский туман медленно рассеивался, открывая миру новую тайну – тайну исчезнувшего клада в палисаднике скромного дуплекса. Утро, начавшееся как седая, многообещающая сказка, превратилось в день горького разочарования и жгучих вопросов. Карамболь продолжался, но шар под названием «Удача» не просто не сыграл – он бесследно исчез с игрового стола.
Глава 25. Беда не приходит одна
Глубокая, гробовая тишина в доме Паркеров после визита клерка из управления благоустройства, длилась недолго. Её нарушил резкий, официальный стук в дверь. Стук, который знал каждый лондонец – твёрдый, отрывистый, не терпящий возражений. Стук полицейского.
– Бог мой, ни минуты покоя… – Дверь открыла бледная, как полотно, миссис Паркер. На пороге стояли двое: констебль Харрисон, выглядевший на этот раз не сонным, а сосредоточенным, и сыщик в штатском – высокий, худощавый мужчина с пронзительным взглядом и неизменной записной книжкой в руке.
– Миссис Паркер, – кивнул констебль. – Мы бы хотели поговорить с вашим мужем. И с сыном.
В гостиной Паркеров, куда их пригласили, пахло страхом и свежезаваренным чаем, который никто не пил. Джинджер Паркер сидел, сжимая в руках свою потрёпанную трубку, а Уолли ёрзал на стуле, не в силах поднять глаз.
– Мистер Паркер, – начал сыщик, представившийся инспектором Мейсоном. – Мы ведём расследование обстоятельств смерти Джозеппе Риччи, работника ломбарда мистера Крэбба. Наше внимание привлекли некоторые… активные земляные работы на вашем участке. Не могли бы вы объяснить их цель?
Джинджер Паркер сглотнул. Его взгляд на мгновение метнулся в сторону окна, за которым виднелся Фердинанд, наблюдавший за происходящим из своей гостиной.
– Я… я перекапывал огород, – выдавил он. – Капусту сажал. Новый сорт… требует глубокой обработки почвы.
Инспектор Мейсон поднял бровь, окидывая взглядом перекопанный, будто после бомбёжки, палисадник.
– Капуста? – переспросил он с лёгкой усмешкой. – Похоже, вы ожидаете невиданный урожай, мистер Паркер. Однако наше внимание привлёк другой факт. Ваш сын был замечен в компании покойного Джозеппе Риччи незадолго до его смерти. Они вместе посещали паб «Уловка королевы».
Уолли затрясся.
– Мы… мы просто выпивали, – прошептал он. – Познакомились случайно.
– Случайно? – инспектор склонил голову набок. – Случайность – вещь интересная. Но ещё интереснее совпадения. Видите ли, при покойном был обнаружен старинный серебряный браслет. Весьма необычный. Наши эксперты установили, что он принадлежал к коллекции древнеегипетских украшений, похищенных много лет назад из поместья лорда Элдриджа.
В комнате повисла тишина, которую можно было резать ножом. Джинджер Паркер побледнел ещё больше.
– И… и что? – хрипло спросил он.
– А то, – инспектор Мейсон выдержал паузу, – что владелец ломбарда, мистер Крэбб, сегодня утром явился в участок с повинной.
Это известие подействовало на Паркеров как удар обухом по голове. Они сидели, не двигаясь, не в силах вымолвить ни слова.
– Он дал весьма пространные показания, – продолжил инспектор. – Согласно им, ваш покойный отец, Герман Паркер, будучи дворецким в том самом поместье, похитил коллекцию. Мистер Крэбб, будучи в то время молодым учеником ювелира, помогал ему сбыть некоторые вещи. Он утверждает, что всё это время помнил одну очень приметное украшение из тех вещей – тот самый браслет – как воспоминание о… гм… былых временах.
Фердинанд, подслушивавший у окна, едва не вскрикнул от изумления. Вот оно! Часть пазла наконец-то встала на место. Старый Крэбб знал Германа Паркера! Он был его сообщником!