Мы заказали еду и собирались пройти к свободному столику, как я увидел карамельку. Она разговаривала с Никитой, при этом мило улыбалась. Застываю на месте, какого хера? Это вообще нормально? И часа не прошла, после нашего поцелуя в офисе. Да, что греха таить, если бы не неожиданный приезд Артура, то все могло закончится не только поцелуем. Стою смотрю как они милуются, а внутри пожар. Обычно я себя очень хорошо контролирую. Могу скрыть любые эмоции и чувства, но сейчас это мне не подвластно. Вижу, как карамелька улыбается Никите и мои ноги, сами несут меня, к этой сладкой парочке.
-Ольга Максимовна, – она поворачивается и смотрит на меня удивленно. Я не частый гость в данном месте, – смотрю, вы не изменяете себе. – киваю на Никиту и на пирожное в ее руке. – И фигуру блюдете и про коллег не забываете, в рабочее то время. – кивая на Никиту.
У Оли округляются глаза. Видно, что она совсем не ожидала увидеть меня, в данном кафе. А уж про мое, откровенное унижение, да еще при свидетелях, говорить нечего. Мы ни один раз при коллегах спорили, но то все было по работе. Внешности и личных качеств в такие моменты, мы старались не затрагивать. Сейчас, я как с цепи сорвался и наговорил. Идиот. Глаза карамельки наполняются обидой и злостью. Она быстро, берет себя в руки. Только открывает рот, хочет, что-то сказать, но встревает Артур.
-Эммм, прошу меня простить, что влезаю в ваш светский разговор. – при слове, светский он наступает мне на ногу. Но я никак, не реагирую, смотрю на карамельку. Не отвожу взгляда от нее. - Прошу великодушно простить, моего друга. Он голодный и несет всякую ересь. Могу ли я, чем-то загладить его вину, перед такой прекрасной девушкой? - Артур, пытается спасти ситуацию, обращаясь к Оле.
Мы сверлили друг друга глазами. Если б взглядом можно было убивать, я бы уже был мертв. Карамелька смотрит с такой злостью, что невольно ежусь. Прекрасно понимаю, что переборщил, но ничего не могу с собой поделать.
-Да ладно, не напрягайтесь. Ваш друг, практически всегда несет ересь. Голод, тут ни при чем, - отвечает карамелька, прожигая во мне дыру.
-Да? – Артур смотрит на меня с сочувствием. - Тогда давайте познакомимся, Артур Воронцов, друг этого некультурного мужика. Еще раз прошу прощения, за него.
Пока я стоял и тупил, вел себя как идиот. Хотя и пытаюсь, всем своим, видом показать, что я недоволен поведением карамельки. Артур пытается исправить ситуацию. Никита же, видя, что мы опять схлестнулись с карамелькой, сразу же поспешил удрать. В компании все знали, когда я и карамель "воюем" лучше свалить с места событий. Потому, что «перекрестный огонь» штука не предсказуемая. Могут пострадать, все близко к нему находящиеся.
-Ольга Карамель, - Оля протягивает свою руку Артуру, для рукопожатия и улыбается ему.
Не, ну твою мать! Серьезно, карамелька хочешь войны?
-В смысле карамель? - не понял Артур, протягивая руку в ответ.
-Фамилия у меня такая, спасибо папе, – отвечает Оля и улыбается еще шире.
-Ольга Максимовна, прекратите улыбаться всем подряд. Мы уже поняли, что у вас красивые и ровные зубы, - несло меня уже знатно, не знал чем еще, ее задеть.
Ну а, что она всем мужикам улыбается, а мне нет? Простите это больше не повториться. Не кстати, вспоминаю ее слова после наших делишек в офисе. Злость с новой силой охватывает меня.
-А то, что Рамиль Русланович? Уволите? – хмыкнув и посмотрев на меня уже с презрением, спрашивает карамель.
Ее взгляд. Как будто я жук навозный, бьет по моему самолюбию. Чего, чего, а вот этого мне еще не хватало. Сегодняшним своим поступком, я и так наворотил дел. Не знаю, как буду исправлять, а тут еще и презрение, будто я букашка под ногами.
-Могу и уволить, косяков у вас предостаточно, – отвечаю я. Закапывая себя еще глубже.
-Руки у вас коротки для этого, – парирует карамель.
-А вы меня доведите? Тогда и посмотрим, на сколько мои руки коротки.
-Воу, воу голубки, Вы что это? Перестаньте. Махач, он совершенно лишний, тем более при людно, – встревает Артур.
-Какой махач? Артур, вы видимо не в курсе. Мы всегда, так общаемся. Обоюдная непереносимость, называется. Так как мы работаем вместе приходится терпеть друг другу. Никуда не деться. Насчет голубков, – Оля хмыкает. – вы маху дали. Я не во вкусе Рамиля Руслановича, а он не в моем. И тут вы не правы, – пожимает плечами и скрещивает руки на груди.
На карамельке пиджак поверх блузки. Она с вырезом. В котором, прекрасно видна ложбинка, между ее грудей. Скрестив руки на груди, Оля, тем самым их подчеркивает.
Ложбинка в вырезе становится отчетливее. Грудь, аппетитно выпирает. Вызывая во мне стойкое желание, залезть в эту ложбинку языком. Вместо того, чтобы хоть как-то оправдать себя, сгладить конфликт. Пялюсь на грудь карамельки, это прекрасно!