— Как ни крути, в списке подозреваемых вдовец на первом месте, — заметил Атаманов. У него Сергей вызывал антипатию своей неуверенностью, слабостью характера и склонностью ко лжи. Последнее особенно раздражало потому, что сильно мешало следствию.
— Отравить жену Снегиреву было легче, чем кому-либо: подсыпал яда в суп, и дело с концом.
— Он еще около «Доминики» засветился: притащился туда с шампанским. Не удивлюсь, если тогда Сергей ее и напоил отравой. Как он говорил? Новый год надо начинать без проблем. Вот и избавился от своей основной проблемы.
— Логично. Осталось только предоставить следователю доказуху, иначе все эти наши выводы абсолютно бесполезны.
— Где же ее найти? И так все перерыли, — развел руками Костров. — Снегирев хоть и подлец, но не идиот: все концы попрятал — ищи не ищи, не сыщешь.
— А ты постарайся, — порекомендовал Атаманов. — Не верю я, что Снегирева не за что зацепить. Он парень неуравновешенный, а такие часто допускают оплошности. Работать надо лучше, а не на удачу полагаться. Антон, что у тебя? — обратился майор к Юрасову, который отрабатывал радиостанцию.
— Да ничего! Ощущение, словно в террариуме побывал. В этой «Звездной пыли» сплошные подковерные игры.
Букетный период романа Альмиры с Сергеем давно миновал свой апогей и катился под горку. Девушка это ощущала по мельчающим с каждым разом подаркам и утихшей страсти в серых глазах кавалера. Они не прекращали встречаться, Снегирев был по-прежнему в нее влюблен, но уже без трепета и дрожи в мокрых от волнения ладонях.
По большому счету, одна любовь, без прилагающегося к ней штампа в паспорте или материальных благ, Альмиру не устраивала. Последнего ей хотелось больше, но замуж выходить тоже было нужно, хотя бы для того, чтобы мама перестала пилить. Она чувствовала, что у них с Сергеем ничего не выйдет и в их романе скоро настанет финал. Сергей не мог так сразу все оборвать — он еще окончательно ничего не решил, но чувствовал, что снова ошибся: Альмира не его мечта. Но главное, ему очень не хотелось выглядеть подлецом, дескать, охмурил девушку, поиграл с ней и бросил. Он не подонок какой-нибудь, чтобы как последняя скотина объявить однажды: все, милая, любовь прошла, давай останемся друзьями. Поэтому Снегирев оттягивал неприятный момент, когда нужно будет объясняться и отвечать за свои слова. Он, как обычно, положился на судьбу — само как-нибудь уладится.
Альмире было очень неуютно находиться в подвешенном состоянии, и ее бы уже устроило любое решение приятеля, лишь бы он скорей определился. Она не верила, что Сергей захочет остаться с ней, но, как ни странно, продолжала на что-то надеяться. По обыкновению со всеми своими тревогами и сомнениями Альма пришла к матери.
— Так ты говоришь, он не собирается на тебе жениться? — встревожилась Нина Яковлевна. Подобный поворот событий она ожидала, но ей хотелось думать, что все обойдется. Должно же ее нескладной дочке наконец повезти?!
— Серега сказал, что подумает. И еще просил не давить на него.
— А ты что, давила?
— Ну, мам! Неужели я похожа на круглую дуру?! Я делала все, как ты учила: была ласковой, покладистой, во всем с ним соглашалась. Видно, зря я тебя послушалась.
— Сволочь он. Вот что я тебе скажу! И ты тут ни при чем. Просто мужики нынче измельчали — как дело касается серьезного решения, сразу в кусты, только хорохориться умеют. Но ничего. Женится. Есть одно верное средство.
В глазах дочери отразилась смесь испуга с брезгливостью: зная свою маман, Альмира предположила, что та ей предложит использовать приворотное зелье из змеиного яда и крови жаб. Но ничего подобного Нина Яковлевна не имела в виду, ее метод был стар как мир и до скуки примитивен.
— Объяви ему, что беременна.
— Но я ведь не…
— Не важно. Побольше искренности и счастья в голосе, будто бы этот ребенок для тебя свет в окошке, мечта всей твоей жизни. Он не посмеет от него отказаться.
— А как же я его потом ему предъявлю?
— Никак. У тебя случится выкидыш. После регистрации вашего брака, разумеется.
Новость об интересном положении подруги Сергея Снегирева озадачила: он уже собирался порвать с Альмирой и даже заготовил прощальную речь. Теперь получалось, что придется на ней жениться. Но они с Майей еще не развелись, да и желание отпало, но главное, он осознал, сколько потеряет в случае развода. Не хотелось ничего: ни жениться, ни разводиться. Оставить бы все как есть и ни о чем не думать, пока мысли в порядок не придут. Альмире он сказал что-то неопределенное, сам не понял что. Попытался изобразить радость, но вышло не очень убедительно.