7(1)
Валентина прислушалась. В кабинете заместителя председателя совета министров Шаитова Т.Т., как и предполагалось, царила тишина. Подтащив к двери рабочий инвентарь, а именно: цинковое ведерко, до краев заполненное водой, ворсистую швабру с деревянным черенком, тряпки и моющее средство, испускающее ядреный химический аромат, она, отделив нужный ключ в общей связке, погрузила тот в замочную скважину, провернула им два оборота против часовой стрелки. Потянула дверную ручку на себя, одновременно наклонившись за ведром. Вновь подняв глаза, застыла в замешательстве, затем резко затворила дверь. Возраст Валентины совсем недавно перевалил за шестой десяток, так что она всеми силами держалась за свою, возможно, последнюю работу. В одиночку тянула себя и великовозрастного сыночка Васю, который провалил вступительные экзамены в университет, а из-за хронических проблем со здоровьем был отозван от службы в Советской армии. Обожаемый ею сынок висел на шее у матери тяжелой обузой, но из-за слепой любви она предпочла не замечать этого и раз за разом прощать свое чадо. Вася беспринципно тунеядствовал, а это означало, что вскоре его могли записать деклассированным элементом общества и наречь люмпеном. Несводимое клеймо, что определит дальнейшую жизнь такого беззащитного, по мнению матери, мальчишки… По выслуге лет Валентине позволяли убирать коридоры госучреждения, пока она была в состоянии держать швабру в руках. 337 Часть 7(1) И вот сейчас, одномоментно, она могла лишиться занимаемой должности. Прокол, ошибка, несчастное совпадение, а кто станет разбираться? Кому будет дело до простой уборщицы, когда речь пойдет о человеке такой величины? Валентина запаниковала, едва сдерживая горькую слезу обиды на саму себя. Дрожь пробрала колени, во рту пересохло. – Может, не увидел? А если убежать? Не успею, лучше признаться. Какая же я дура! Васенька без меня совсем пропадет. Дверь кабинета внезапно распахнулась, от чего Валентина вздрогнула, попятилась назад. – Турсун Тахирович, я не хотела, вы же меня знаете... – принялась жалостливо оправдываться перед чиновником уборщица. – Вы чего? Там свободно, можете приступать, – как ни в чем не бывало сообщил Турсун Тахирович. Валентина опешила и более не вымолвила ни слова. К счастью, она застала чиновника в хорошем расположении духа, так что тот не обратил на нее никого внимания и не стал губить ей жизнь, хотя мог запросто и с большим удовольствием сделать это в любой другой день. Он попросту не заметил ее. Бог отвел. Валентина, успокаивая нервный мандраж, выжидала, пока из кабинета выйдет еще один человек. Спустя несколько минут никто так и не объявился, так что она все же решилась войти. Робко заглянула за дверь. Молоденькая секретарша вовсю наводила марафет, дабы сохранить мнимую конспирацию. – Я не помешаю? – любезно поинтересовалась Валентина. Секретарша мигом сымитировала бурную деятельность, принялась разгребать что-то на рабочем столе своего начальника, якобы в поиске нужных ценных бумаг. – Заходи, – панибратски буркнула в ответ секретарша. 338 Жирнов Михаил. Карамыш Возраст уборщицы ее не смущал, для нее Валентина была лишь поломойкой без имени. Валентина уже свыклась и приняла подобное отношение к себе, так что пропустила надменный тон молоденькой девушки мимо ушей. Она заволокла в кабинет инвентарь, молча приступила к работе. Искоса поглядывая на секретаршу, ловила себя на мысли, что отчаянно завидует ее положению, ее юности и красоте. Ведь ей так легко доставались те вещи, ради которых она, Валя, горбатилась месяцами, вымывая до блеска набившие оскомину кабинеты и пролеты. Чем-то их труд был даже схож. Обе убирали за кем-то грязь. – Твою мать! – досадливо раздражилась чиновничья секретарша, обнаружив сгусток соплей белкового происхождения у себя в волосах, который сплелся на ее локонах после выполнения ею своих косвенных обязанностей. Затем, громко отстукивая каблуками, она поспешно направилась в ближайшую уборную, чтобы смыть компрометирующие следы липкой спермы. Валентина усмехнулась где-то в душе, хотя осознавала, что, будь она на ее месте, наверняка не гнушалась бы подобных поступков ради материальной выгоды. Сейчас принципы и манеры совершенно ничего не значили, когда жизнь родного сыночка идет под откос. Валентина выпрямилась, так как остеохондроз не позволял ей пребывать в полусогнутом положении длительное время. Взгляд ее тут же зацепился за дамскую сумочку, оставленную секретаршей прямо на рабочем столе. Любопытство мигом обуяло престарелую уборщицу. Совесть попыталась взбрыкнуть, но не нашла аргументов, чтобы настоять на своем. Валентина аккуратно отодвинула грань кожаной сумочки, заглянула внутрь. Среди обыденного девичьего хлама, к ее изумлению, внутри она обнаружила бриллиант небесного оттенка. Настолько 339 Часть 7(1) большой, что за него можно было выручить целое состояние и более никогда не бедствовать, не унижаться перед малолетними шалавами в броских костюмчиках. Обеспечить сыну Васе нормальную жизнь. Соблазн, перед которым она просто не смогла устоять. Валентина выкрала драгоценность и припрятала к себе в карман, затем как ни в чем не бывало вернулась к уборке. Секретарша объявилась спустя десять минут, схватила забытую ею сумочку и, не распрощавшись, убежала по своим делам. Когда смена подошла к концу, Валентина, как обычно, сгребла все необходимое для работы в бытовку, сдала ключи и навсегда покинула госучреждение, в котором проработала тридцать с лишним лет. Объяснительных записок решила не оставлять, так как посчитала, что ее вряд ли станут искать. Потерю драгоценного камня сошлют на нерасторопность юной секретарши. В любом случае в ее силах было насосать на еще много подобных камешков, а для Вали это был последний шанс. Новость о том, что они покидают область, не обрадовала Васю, однако уговаривать его не пришлось, так как без матери он не представлял из себя ровным счетом ничего. – Заведешь новых друзей, – твердила Валя сыночку, и он успокаивался, мирился с нежданными переменами. Валя наскребла себе и сыну на билет в один конец и свершила задуманное. Первое время скиталась по съемным комнатам, затем, невыгодно продав квартиру в Карамыше, приобрела для своей маленькой семьи приличное жилье в городе N. Как открылось позже, сама того не ведая, Валентина спасла их с сыном жизни, решившись на отчаянный поступок на старости лет. Новость о случившемся дошла до Валентины не сразу, потому что распространяться об этом было смертельно опасно. 340 Жирнов Михаил. Карамыш Тогда она почувствовала блаженное облегчение, понимая, что за камнем теперь вряд ли придут и бояться уже нечего. Драгоценность отошла любимому сыну, а ее совесть осталась чиста. Валя сделала все, что было в ее силах, рискнула всем ради неблагодарного отпрыска. Новоиспеченная невеста Васи не нашла со свекровью общего языка и, вскоре забеременев, приняла решение отселить пенсионерку в пустующую однушку, а самим занять ее просторную квартиру. Валентина не стала сопротивляться, желая только самого лучшего для своего Васечки, лишь бы он был счастлив. Так и доживала она свои дни в гнетущем одиночестве. Вася сперва навещал мать исключительно по большим праздникам, затем вовсе перестал, точно забыл о ее существовании. Валентина в итоге просчиталась лишь в одном: за камнем все же пришли… *** Очевидно, чем в итоге может обернуться жизнь на пороховой бочке. Глупо надеяться на то, что, однажды случайная искра не всполохнет убийственный пламень. Изначально здесь оставались лишь самые отчаянные, бесстрашные либо безумные. Те, для кого родная обитель оказалась незаменимой даже под прямой угрозой погибели. Те, кто врос корн