ы, способность к действиям. Тогда он впервые собрал волю в кулак и отправился к старому другу. Тогда он впервые решил, что во что бы то ни стало вернется в Карамыш. *** Частокол торчал из земли стройными рядами, заостренными пиками кверху. Лес был еще густо завален талыми сугробами, что горбились в размашистых тенях. Отдаленно слышался перестук дятла. С треском опадали срывающиеся с еловых ла, шапки тяжелого мокрого снега. Иван застал священника за работой. Константин стругал очередной брусок, доводя тот до ума, чтобы пополнить заграждение, что простиралось вдоль всех его владений. – Недурно ты… – окликнул его Иван, озираясь на многометровый забор, выстроенный священником. Константин искренне улыбнулся, завидев друга, что даровал ему новую жизнь в покое и гармонии. – Зверье осточертело, – пояснил Константин, отложив незаконченный брус наземь. – На свет идут, недавно медведица захаживала. Сам не видел, но следы вот такенные, – отшельник расставил перед собой ладони, изобразив размер лап хищного животного. После они обнялись. Без прикрас, искренне. Пережитое сблизило их, сплело судьбы, связало души. – Как ты тут? – спросил Иван после немного неловкой паузы. – Да как видишь, живой еще, – усмехнулся Константин. – Всевышний не дает мне отчаяться, придает мне осмысленность бытия. Родник поит, лес кормит, огонь согревает. В общем, жить 357 Часть 7(2) можно. Конечно, тяжеловато без мирских вещей. Но это дело привычки. – Разберемся, – заверил Иван. – Скажешь, что нужно, я привезу. Константин хотел было возразить, но признавал, что в помощи все же нуждался. Благодарно кивнул Ивану в ответ. – Я вообще пришел к тебе по делу, – несмело сказал Иван. – Говори, – решительно отозвался на просьбу отшельник. – Я хочу вернуться. – Ты уверен, что это безопасно? – Плевать. Константин задумчиво покачал головой. – Мне нет места здесь, осточертело сидеть как истукану. Я должен убедиться в том, что все конечно. Что все они мертвы. – Очевидно, что так и есть, – ответил Константин. – Их поглотила гиена огненная. – А если нет? – резко опроверг Иван. – Что, если они еще живы? А я просто сижу и ничего не делаю для того, чтобы спасти их. Константин отступился, принял позицию своего друга. – Твоя правда, – согласился отшельник. – Я пока дошел до тебя, продрог. Вон, ноги все вымокли насквозь. Отшельник тотчас понял намек Ивана и скорее сопроводил того в дом, в тепло. После они долго беседовали по душам, так как истосковались по живому общению. Со дня катастрофы каждый просуществовал в своем замкнутом коконе. Без возможности поделиться с кем-либо своими накопившимися переживаниями. Кому как не Константину Иван мог выговорить все, что перетерпел. Все, о чем он страдал в эту бесконечную зиму. 358 Жирнов Михаил. Карамыш Скорые потемки вынудили Ивана остаться, так как ночь в чаще можно было заблудиться в два счета. Впервые за долгое время он смог-таки выспаться. Перезагрузиться. Воистину пристанище отшельника оказалось чудотворным. Были ли это некие высшие силы, либо дело было совершенно в другом, Иван не знал. В ту ночь он не увидел во сне ни Маши, ни Карамыша, лишь всеобъемлющую умиротворенную пустоту. *** Он остался. С месяц Иван прожил в лесу с отшельником, помогая тому в трудоемкой застройке. Первым делом расчистив лесную тропу, друзья приспособили ее под беспрепятственный проезд фургона, выторгованного Иваном у знакомых в городе. Так дело пошло много быстрее. Вскоре из нищенской избенки они соорудили вполне пригодный для жизни дом. Усовершенствовали допотопный забор, прибавив к нему крепкие ворота. Когда снег растаял, в самых тенистых оврагах и всюду запестрела сочная молодая зелень, работа была завершена. Константин успел мало-мальски одичать за время, проведенное в изоляции от внешнего мира, плюс наложенная поверх паранойя заставили его изрядно понервничать перед первой за долгий период времени вылазкой во внешний мир. Иван же заверил его, что с сотрудником милиции, пусть и в отставке, ему совершенно не о чем беспокоиться. – В Карамыш и обратно, – обнадеживал его Иван. – За день должны управиться. 359 Часть 7(2) *** Безмолвная Курша встретила их запустением и безысходностью. Для людей было чуждо видеть город таким. Ведь еще недавно жизнь здесь вовсю била ключом. Стагнация и развал охватили приречное поселение, предвещая ту же участь и для всей страны. Иван то и дело фокусировался на успевших позабыться ощущениях где-то в районе грудной клетки. Нечто свербело, словно гнойная перхота. Елозило, как миазмы под кожей. Константин долгое время не подавал виду, но чем ближе они подъезжали к Ямуге, тем чаще он подолгу закрывал глаза и неестественно судорожно сопел. – Кость, – обратился к нему Иван, – ты как? В ответ отшельник пробубнил нечто невнятное. Какое-то время просидел недвижимо, затем ухватился за руль и резким движением дернул тот вниз, тем самым снося фургон с дороги. Иван успел вывести автомобиль из крена и затормозить, прежде чем они вылетели в кювет. – Ты что творишь?! – возмутился Иван. – Угробить нас решил?! – Поворачивай, – пролепетал Константин. Иван в недоумении глянул на священника, так как они едва успели въехать в область. – Прошу тебя, уезжай отсюда! – уже криком призвал Ивана отшельник. – Мы же еще даже не... – Быстрее! Иван, обескураженный поведением напарника, все же уступил. Внезапная злоба нахлынула и жаром прокатилась по его лицу. Он был раздосадован тем, что целый месяц помогал от- 360 Жирнов Михаил. Карамыш шельнику, а тот оказался не в силах оказать ему одну услугу. Столь важную для него. «Неблагодарный!» – шепнуло ему на ухо нечто незнакомым голосом. Подстрекая к выяснению отношений на повышенных тонах. Иван узнал ее, тьму. «Не дождешься», – ответил он ей про себя. Константина заметно лихорадило, но он держался изо всех сил, зубря молитвы одну за одной, не пропуская зло в свой рассудок. Лишь по прибытии обратно на озеро тягота отступилась, однако успела изрядно расшатать психику священнику, от чего тот еще долго молчал, пребывая в легкой прострации, затем наконец сказал: – Оно все еще там, все такое же злобное и ненасытное. – Значит, придется одному. – Ты уверен? – Я должен. *** – Ваня, ты меня слышишь? – замаячил перед глазами всполошенный Семен, выдергивая Ивана из водоворота воспоминаний. Иван тупо уставился на побитого юнца с вьющейся, аккурат над сине-лиловым синяком, челкой. – Здесь кто-то есть, – вполголоса произнес Семен и бегло огляделся по сторонам. – С чего ты взял? – настороженно спросил Иван. Семен вытащил драгоценный камень и ткнул им Ивану под нос. – Осколок леденеет. На этот раз Иван внял словам попутчика, доверяя его предостережениям. Вскочил с валуна. 361 Часть 7(2) – Сколько мы здесь пробыли? – спросил он напуганного Сеньку, сканируя глазами каждую расщелину, каждый пригорок и впадину вокруг на предмет угрозы. – Не знаю, минут двадцать. – Давай возвращаться на пути. *** Старик наблюдал, как двое поспешно теряются из виду, уходя за поворот. Они направлялись туда, где для него все началось, тогда, тринадцать лет тому назад. Где он впервые ощутил зов бездны, где переродился. Его пассия не смогла догнать похитителей, но он, старик, был убежден, что уже не упустит заветную цель. Время их было сочтено, старику оставалось лишь выждать подходящий момент. Чуть поодаль, меж камней мелькнул знакомый силуэт. Старик улыбнулся своему отпрыску Димочке. Порождению чистого зла. Затем направился вслед за ним. В горы.