у метаболизму, оттого обитатели обсерватории заимели характерный цвет кожи, точно страдали от желтухи. Впалые скулы и глазницы также являлись неотъемлемой отличительной чертой последних карамышцев. Люди двинулись вниз со склона вереницей друг за другом, так как покатистая тропа была слишком узкой и отвесной. Артур шел впереди, сразу за ним, внимательно смотря под ноги, шел Семен, так как опасался усугубить травму, полученную после падения с многометрового обрыва. Следом шли все оставшиеся члены группы. Шквальный ветер то и дело подталкивал в спину, словно нарочно пытался столкнуть людей со склона. Спустя продолжительное время, проведенное в трудоемком схождении, они таки спустились на горизонтальную поверхность, где буран уже не так бушевал, вальяжно гоняя в воздухе мелкую пургу. На подступах к Карамышу сделалось заметно холоднее, нежели в его области. Быть может, Сенька попросту не заметил, как скоро наступила зима, или, быть может, в этом была иная причина, менее очевидная. Он натянул ворот куртки на подбородок и спрятал руки в карманы. Первые ростки цивилизации проявились в кирпичных пятиэтажках с выложенным угловатым узором на боковых гранях здания. Там же, сверху, Семен разглядел дату отстройки, вы- 421 Часть 8(3) ложенную кирпичной кладкой в цвете, отличном от основного бледно-охрового: «1973 год». Город активно расширялся и процветал в те годы, так что его артерии дотянулись до самого подножья гор, с которых сошла группа Артура. Застройка на отшибе ничем примечательным не выделялась, и опознать в ней Карамыш ни за что не получилось бы. В Сенькином городке сплошь и рядом встречались подобные места. Чтобы посетить их, не требовалось несколько дней подвергать себя опасностям всех мастей. Из таких бездушных коробок с правильными квадратными прорехами окон сложилась целая улица, по которой и направилась группа, что держала путь в Дом профсоюзов, а быть может, и дальше. До самой дачи безымянного полковника Р. В отличие от зловещей Губахи, где призраки шептались в переулках и то и дело мелькали в оконных проемах, Семен не прочувствовал в этом месте стороннего присутствия. Лишь пустоту и холод. Смерть. Здесь не обитали заблудшие души. Ничего не обитало. Стерильная пустошь. Безнадега. Странное ощущение, ни с чем не сравнимое. Будто идти по поверхности Луны в десятках тысяч километров от родной планеты, где ты совершенно один. Неспроста люди заочно нарекли Карамыш городом, которого нет. Та энергетика, что питает каждую частицу и молекулу всего сущего, здесь испепелилась. Пропала. Жизнь, в любом ее проявлении бесследно исчезла. – Артур, – окликнул невысокого еврея Сенька. Артур обернулся. На мгновение Сенька считал в мимике его лица напряженную настороженность, но спустя мгновение он вновь сделался доброжелательным. Словно надел маску, но Семен таки успел узреть истину. Суть. Значения этому он решил не придавать, сославшись на резонные обстоятельства. – Мы уже в Карамыше? – поинтересовался Сенька. 422 Жирнов Михаил. Карамыш – Да. Это «спальники», – пояснил Артур. – Квартиры здесь давали работникам предприятий и льготникам. Довольно молодой район по меркам города. До центра еще прилично. Сенька принял информацию для галочки, ему просто хотелось поговорить. Так как он ощущал себя весьма неспокойно в компании четырех незнакомых ему личностей, да еще в самом опасном месте не земле, о котором ему было доселе известно. Осколка при себе он не имел, а это означало, что в случае контакта с тьмой Семен оставался бы совершенно беззащитен. Он так и не осознал за время своего путешествия, что же это на самом деле и как станет реагировать его, Семена, организм на внедрение потусторонней заразы. Ему довелось лицезреть, как оно действует на других людей. На Ивана. На Марата. Но не на него самого. Энтузиазма у молодого геолога поубавилось, а на его место вернулся страх. Щекочущий нервы и сушащий рот. Иван по-прежнему мог быть где-то рядом, а, учитывая их расставание, он явно захочет завершить начатое при следующей очной встрече. Расправиться с неугодным ему подельником. Городок множился, растягивался во все стороны. Автомобильные дороги секли его на кварталы. Выйдя на более широкую аллею, Семен обнаружил трамвайное полотно, что поблескивало серебром на запорошенной снегом улице. Где-то вдалеке, над очередной смурной пятиэтажкой, проглядывались строения повыше. Остроконечное трехпалое здание отдаленно напоминало знаменитые сталинские высотки. Сеньке уже доводилось видеть такие на открытке с изображением Московского государственного университета, что располагался на Воробьевых горах в сердце столицы. «А вот и он!.. – с трепетом подумал Семен. – Карамыш во плоти». Артур свернул и направился вдоль трамвайной линии, как бы уходя в сторону от обозначенного Сенькой центра города. 423 Часть 8(3) Семен не смог возразить, так как полностью доверился Артуру в части прокладки маршрута, по которому они должны были двигаться. Высотка нырнула за дом. Артур прошел к массивным воротам с двумя смежными створками, на которых красовалась гравюра с серпом и молотом, оккультным символом низвергнутой империи коммунизма. Прошел за них. Войдя следом, Семен очутился в трамвайном веерном депо с поворотным кругом по центру, с помощью которого трамваи загоняли в свои стойла. Сверху конструкция напоминала вентиль, что по обыкновению перекрывает газ на плите. Платформа, представляющая из себя фрагмент рельсы, расположилась на поворотном механизме по центру двухметровой ямы в форме ровного круга, дабы оно смогло беспрепятственно прокручиваться в обе стороны. Напротив идеальным полукругом простиралось здание депо, насчитывающее двенадцать боксов для передержки трамваев. Деревянные ворота, точь-в-точь загоны для исполинских размеров скакунов, протянулись на одинаковом расстоянии друга от друга по всей длине технического предприятия, и к ним, точно грани веера, тянулись параллельные рельсы. В некоторых денниках ржавели миниатюрные вагончики типа ЛМ-49. Остальные были закрыты либо приоткрыты так, что не было ясно, есть ли что-то за объемными створами. Семен впал в ступор, как его тут же подхватили под руки двое мужиков из походной группы и потащили на поворотную платформу. Сенька неожиданно для себя обмяк. Его пронесли мимо Артура, который посмотрел на него ледяным взглядом, будто он, Семен, был в чем-то повинен перед ним. Внезапно Артур начал вещать точно не своим голосом, зычно и громогласно. 424 Жирнов Михаил. Карамыш – Мы воздаем эту жертву, дабы уберечь нас от зла, что окутывает эти земли! Чтобы, как и впредь, оно не трогало нас и позволило жить в здравии! Возделывать урожай и кормить наших земляков в суровые зимы! Семен выпал из ступора, когда слова Артура уложились в его голове. Забрыкался и тут же получил пинок в живот. Артур продолжал: – Прими наш дар тебе и изыди! Позволь прожить новые лета, как делали мы это раньше! Артур неожиданно замолчал, оборвав мысль, обескураженно уставился в сторону депо. Семен находился к нему спиной, лицом к вещателю, так что словно уж извернулся в руках адептов Артура в желании увидеть, что же стряслось. Из открытых ворот одного из многочисленных стойл выползало оно. Черная гарь. Она струилась и колыхалась на ветру, шевелилась в пространстве, как паучьи лапы, плетущие клейкую сеть. Тьма надвигалась на людей. Воспользовавшись нерасторопностью сектантов под предводительством обезумевшего психопата Артура, Семен выдернул руки из ослабевшего захвата, перевалился через ограждающие по периметру платформы перила и спрыгнул в яму. Он успел разглядеть со дна, как испуганные люди уносятся прочь. Под тонким слоем пористого снега Сенька не сразу разобрал, чем была устлана круглая яма поворотного колеса. Серые кости различных форм и размеров, черепа и фрагменты ребер. Все было буквально усыпано человеческими останками. Черная дымка нависла над погребальной ямищей, на дне которой очутился оценщик краденного Семен Дедков. Он поднял глаза и увидел на краю рукотворной бетонной дыры женский силуэт. – Я же тебя сжег, твою мать!.. – вслух пролепетал Сенька в парализующем шоке от увиденного. Женщина склонилась над ямой, окутанная чернеющей хмарью. 425 Часть 8(3) Семен попытался шагнуть, но изувеченное колено вновь дало о себе знать. Под его весом захрустели хрупкие кости несчастливцев, что были преданы в жертву тьме. – Давай быстрее! – крикнула женщина. Семен оторопел. – Лезь давай! Семен пригляделся и тотчас признал в ней ту самую девушку, что спрашивала у него про Ивана несколькими днями ранее. Ту, что ушла в первый день его прибытия в обсерваторию и так и не вернулась назад. *** Маша помогла Сеньке выбраться из западни и повела его в самую тьму. К удивлению, пахла тьма жженой резиной, коей в итоге и оказалась. Маша инсценировала прибытие тьмы, так как была прекрасно осведомлена в набожности и суеверности Артура. Только так она могла выцепить парнишку из его кровожадных лап. Устроив пожар в депо, она смогла спугнуть сектантов. – Почему ты помогаешь мне? – спросил Сенька, едва ковыляя за поседевшей девушкой. – Ты помог моему мужу вернуться ко мне, ты хороший человек. Семен тут же понял, про кого идет речь. – Ваня… Где он? – Он покинул нас, но дал мне понять, что я должна жить за нас двоих. – Он… что?.. – неуверенно переспросил Сенька. – Он умер, – докончила фразу Маша. Семена переполнили с