ец я еще не успел задекларировать, – пояснил ученый. – Своего рода демпфер. Виталий скривился. – Минерал «С» подавляет колебания, способные влиять на жизнеспособность и ментальную устойчивость мозга. Видите ли, здешний пласт земной коры весьма уникален. Внедряться в слои литосферы требуется чрезвычайно деликатно. В природе не бывает случайностей, исключительно закономерности. И данный минерал был ею создан не просто так именно здесь, в Карамыше. – Тогда какого лешего ты молчал? – Вы едва раскопали грунт. Я не ожидал, что реакция наступит моментально. Из этого следует, что ситуация выходит за рамки. Нарушен баланс. – Хер с ним, с балансом. Лучше скажи, что мне делать. 467 Часть 9(1) – Возьмите камень и отвезите его на место раскопок. – Павел Алексеевич! – внезапно раздался сторонний голос. Ученый всунул беспрецедентную находку в руки Виталия, заметался по комнате в поиске своего надуманного алиби. – Павел Алексеевич! – повторил голос. – Нам пора! Что вы там копаетесь? В комнату зашел мужчина, одетый по форме, камуфляжный окрас которой выдавал в нем военного. Виталий едва успел юркнуть в санузел, прежде чем попасться на глаза конвоиру и стать рассекреченным. – Вот нашел, – сказал Павел Дементьев и помахал первым попавшимся под руку листком бумаги перед лицом военного. Содержимое записей никоим образом не относилось к его деятельности, однако Павел сделал убежденный и достоверный вид, не вызвав подозрений и конвойного. Виталий вжался в стену и затаил дыхание. Дождался, пока голоса стихнут. Академика упакуют в машину и увезут обратно на объект. Обождав какое-то время в квартире ученого, Виталий незамедлительно отправился в Куршинский лес. *** Ему еще никогда не доводилось держать в руках самородок настолько внушительных размеров. Будучи безмерно преданным своему руководителю, Виталий вдруг ощутил навязчивый соблазн. Одной рукой управляя своим роскошным лимитированным автомобилем марки ЗИЛ-117, что подарил ему Турсун Тахирович, в другой руке держал лазурный минерал, не в силах налюбоваться его пленительным изяществом. Виталий боролся с развращающим искушением присвоить драгоценный камень, что беспрерывно буравило подкорку. Пребывая во внутреннем смятении, он не заметил, как дорога оборвалась и представительный седан с низкой подвеской налетел на ухабистые 468 Жирнов Михаил. Карамыш колдобины. Первый помощник Турсуна едва удержал гипнотический минерал в руке. Механическая встряска вернула его обратно в реальность. Отрезвила. Он всунул манящий самородок в портфель и отложил на пассажирское сиденье. Встряхнул головой. Мысль о предательстве впервые посетила его ум за все то время, что он провел на верной службе у чиновника Шаитова. Виталий отогнал ее как оскалившуюся псину. Прочь. Перспектива уходящей вглубь дремучего леса дороги побудила заглушить мотор. Да и дорогой этот путь можно было назвать с большой натяжкой. Сплошь рытвины и вымоины. Виталий смотрел вдаль, туда, где вековые деревья сливались стеной, и чувствовал… Некое прояснение. Постижение. Он оторвался от тела и точно поглядел на себя со стороны. Камень забрал себе его боли и переживания. Очистил разум от ненужного балласта, как яичную скорлупу. В зеркале заднего вида засверкали блики. Многотонный грузовик, вспахивая за собой две ровные борозды колеи, приближался к Виталию, что сидел неподвижно за рулем своего авто. Договорившись со своей совестью, он вышел ему навстречу. Подчиненный по имени Кирилл, коему было велено собрать мобильную бригаду, встретил его удивленно, потеснившись в кабине грузовика, однако Виталию было совершенно не до него. В дороге до трагического места недавних раскопок он не проронил ни слова. – Останови, – приказал шоферу Виталий, разглядев меж деревьев спецтехнику, после добавил: – Ждите здесь. * * * Тела умерших работяг валялись всюду, словно их разбросало взрывной волной. Виталий ступал подле них, разглядывал бледные неподвижные лица – припорошенные песком по- 469 Часть 9(1) смертные маски. Так, будто это не он шел сейчас по эпицентру настоящего побоища. Будто все происходило во сне. Дойдя до края образовавшегося на месте котлована озерца, остановился. Осознавал ли Виталий, что находился сейчас у подножья адского жерла? Возможно. Знал ли он, что ему следовало как можно скорее уноситься прочь отсюда, прихватив минерал, что передал ему московский ученый Павел Дементьев? Что лишь в этом случае у него оставался последний шанс спасти свою жизнь. Оставить город, что был обречен. Бросить всех. Начать все с нуля. Где-то в глубине души он понял это. Однако не смог отступиться. Убежать, поджав хвост. Подвести человека, что подарил ему билет в лучшую жизнь. Виталий с размаха зашвырнул увесистый самородок как можно дальше в озеро, всколыхнув недвижимую гладь. Со всплеском воды для него, Виталия, все было кончено. Он самолично обрек себя на погибель. Предпочел верность и преданность своему существованию в этом мире. Земля содрогнулась. Ухнула. Озерное тело покрылось мелкой рябью, точь-в-точь как мурашками. Зло, что вылезло из недр земных, уползло обратно. Чтобы отныне более никогда не возвратиться в эти места. Минерал, что почил на дне озера, огородил их незримым барьером. Виталий поглядел в небо. В бесконечную синеву. Ухмыльнулся сам себе. Вдохнул полную грудь хвойной влажной свежести. Еще никогда он не был более умиротворен, чем сейчас. Никогда.