9(2)
Что же такое тьма? Что есть зло? Каждый человек в той или иной степени получает скрытое удовлетворение от провалов и неудач неблизких ему людей. Примитивная зависть и злоба таятся без исключения в каждой душе, такова людская натура. Тьма, являясь нашим извечным спутником на жизненном пути, иной раз тешит свои потребности в злорадстве и, как бы мы ни старались откреститься от этого, стоит признать, что мы не такие добрые и честные, как воображаем себе. Грязные сплетни интригуют и волнуют нас порой больше, чем новости об успехах и достижениях, и этому есть четкое объяснение. Мы есть свет и тьма, и временами второго в нас поболее первого. Варясь в гуще темной материи, мы отчаяннее нуждаемся в удовлетворении своего внутреннего демона. От этого жизнь в мегаполисах, где на душу населения каждый день приходится невообразимый выброс отрицательной энергии, принуждает звереть гораздо быстрее. В скудных однокомнатных квартирах, в безработице и одиночестве, в ссорах и обидах, в предательстве, супружеских изменах и их последствиях, в нахлебничестве и паразитировании, в черной зависти и корысти рождается безбрежный океан зла, в котором мы с вами плывем в никуда. Ты, тот, кто читает сейчас мою историю, без сомнения, одержим тьмой. Да, ты не житель призрачного Карамыша, но древнее зло также живет и в тебе. Просит пищи. Нетерпимость к ближним, презрение, хвастливость – весь этот смрад лезет из тебя наружу, и мы с тобой знаем, что это так. Вопрос остается в том, как ты сопротивляешься. Стремишься ли к свету, либо грязнешь во мраке. Порой полюса окончательно сбиваются и баланс рушится. Чаще в худшую сторону. Ведь в мир ежедневно вбрасывается 471 Часть 9(2) гораздо больше отрицательного, нежели положительного. Вероятно, локально это не так и я ошибаюсь, но в моей стране, ареале моего обитания, к сожалению, это данность. Что сеем, то жнем. Артур любил, по крайней мере, по-настоящему верил в это. Отвергнутый ею, он продолжал биться в закрытую дверь. Надеялся, что светлое чувство воссияет, получив свою пищу – взаимность. Он храбро и самоотверженно уберегал ее от кошмарной участи. Обхаживал и защищал в дни повального мора и мракобесия. Отдалялся от света все дальше, однако лелеял мысль о том, что настанет день и она полюбит его. Настал день, она ушла. Предала его. Харкнула в лицо, после всех благ, коими он одаривал ее долгие годы. Заслуживала ли она прощения? Милости? Понимания? Артур взглянул в ее заплаканные глаза, полные презрения и ужаса. Она ненавидела его. Последняя вера в любовь захлебнулась в мазутной жиже. Он безвозвратно утерял свет. Тьма затмила его рассудок и требовательно возжелала мести. Уничижительная мольба и слезы забитой на полу когда-то обожаемой им девушки лишь раззадорили демона внутри человека по имени Артур. Ему неистово захотелось очернить и надругаться над тем, что доставляло ему столь тягостную муку. Изуродовать свою не случившуюся любовь. Растоптать. Маша послужила лишь орудием возмездия в его внутренней войне с чувствами. Артур перестал ее слышать. Ее слезные просьбы прекратить и остановиться более не воспринимались им, рассеиваясь в ядовитом пузыре, в который превратился мозг Артура. Он в исступлении схватил ее одной рукой за горло, второй суматошно расстегивая ширинку брюк. Сжал ладонь, так что Маша побагровела от невозможности вздохнуть, панически схватилась за руку мучителя в попытке оторвать ее от горла, но тот вцепился намертво. Артур грубо стащил с девушки штаны и нижнее белье, продолжая душить любовь своей жизни, а вме- 472 Жирнов Михаил. Карамыш сте с ней душить и Машу. К паху щекотливо прилило жаром, так что детородный орган вмиг насытился горячей кровью. Запульсировал. Маша пыхтела, изо всех сил стараясь вымолвить слово, но получалось лишь рвано кряхтеть сквозь стиснутую гортань. Артур навалился бедрами на едва дышащую и изрядно ослабевшую девушку. Крепкие пальцы внезапно разомкнулись на ее хрупкой шее. Кислород просочился в легкие. Маша тут же закашлялась, засипела, заперхала. Кто-то стащил с нее тяжелое тело отвергнутого ею Артура. Это был Сенька, мальчик, которого она спасла. Которого вытащила с алтаря мучеников в трамвайном депо. Семен замахнулся над Артуром увесистым топором и с размаха всадил лезвие тому в живот. Багровые брызги окропили гостиную. Сенька рьяно повторил действо. Затем еще раз. Точно рубил поленья колуном. Тело Артура рефлекторно трепыхалось под градом рубящих ударов, превращаясь в фарш. Измотавшись, Семен отбросил топор в сторону, утер рукавом взмокший лоб и рухнул на колени перед бездыханным телом Артура. После запустил в порубленный на ошметки живот обе руки и принялся остервенело копошиться в нем. Выковыривал скользкие органы, после жадно набивал ими рот. Упоенно пережевывал, активно клацая челюстью. – Никого! – объявил Лев по возвращении из квартиры семьи Филатовых. – Они ушли. Семен вздрогнул. Пробудился от своего пугающего видения, столь реального, что ему показалось, будто все происходило наяву. Он даже ощущал соленый вкус крови во рту. После обнаружил, как бессознательно, незаметно для себя, прикусил язык, и кровь была вполне настоящая. Семен бегло облизнулся, стер алый подтек с губ. – Парень, ты как? – поинтересовался о самочувствии Сеньки Лев, положив ему руку на плечо. Семен, все время сидя в крючковатой позе, обняв колени, пугливо отполз в сторону, точно шуганый дикий зверек. Крово- 473 Часть 9(2) пролитное и необычайно жестокое видение никак не отпускало молодого геолога. Он никогда не замечал за собой столь бурной и больной игры воображения, тем более такого воспаленного содержания, даже в самом страшном ночном кошмаре. Однако ему сделалась еще более неуютно оттого, что он получил удовольствие от происходящего в его фантазиях. Семен с ужасом для себя осознал, что был совсем не прочь повторить это вновь, уже в реальном мире. От этого он всерьез усомнился в своей психической здравости, но ничего не мог поделать с этим. Сенька в смятении уставился на людей вокруг, совершенно чужих ему, без возможности поделиться с ними переживаниями. Незнакомцы что-то активно обсуждали, иной раз тыча в Сеньку пальцем, от чего ему казалось, что они знают, в кого он превращается, и прямо сейчас решают усыпить его, пока не поздно. Один из смурных мужиков подошел к нему, так что Сенька в страхе съежился, как бы ожидая удара. – Давай вставай, – скомандовал он, предлагая руку помощи. Сенька принял ее, пусть и несмело. – Они не могли уйти далеко, – добавил Лев. – Единственное место, куда возможно сейчас податься Артуру, это Манжерок. Ночь не за горами. Значение слова «Манжерок» для Сеньки осталось неясным, однако он побоялся спросить об этом, опасаясь сболтнуть лишнего. Теперь он оказался не в состоянии довериться самому себе. Утеряв персонализм, совершенно запутался в том, кто он есть на самом деле. Вскоре группа вновь выдвинулась в погоню. Пришибленный Сенька брел в ее составе, ощущая себя совершенно чужеродно. На автопилоте. Когда они проходили по широченному мосту, что соединял противоположные части города, Лев внезапно заговорил. – А здесь было чертовски здорово!.. – ностальгически произнес он. – Все это дерьмо приплыло оттуда, – Лев указал в сторону гигантской скалы в форме клыка, – по реке. 474 Жирнов Михаил. Карамыш Семен уставился на мерно ползущую ледяную черно-синюю жижу, бездумно пытаясь высмотреть в ней то, о чем вещал Лев. – Если ты, парень, говоришь правду и там действительно что-то осталось, я в первую очередь пойду на речку. Искупаться… – мечтательно произнес Лев. Семен тотчас вспомнил, как днями ранее, переправляясь через быстротечную реку на неустойчивом плоту, был вынужден спрыгнуть в бурлящую воду. Стылый холод, который сковал конечности. С неприязнью поморщился. – Расскажи, как там? – попросил его Лев. – Нормально, – скупо выдавил из себя Сенька, голос его предательски подрагивал. Лев все же ожидал услышать более красочные описания со стороны пришельца извне, но и такой немногословный ответ его вполне устроил. – Нормально – это хорошо, – незамысловато заключил он. После группа шла молча, пока в поле зрения не возникло многоэтажное здание. Проржавевшие буквы на верхотуре сложились в слова: «ГОСТИНИЦА МАНЖЕРОК». Лев избрал именно это место из тысяч остальных зданий в Карамыше, где также вполне мог укрыться Артур со своими адептами, неслучайно. Именно здесь первую летнюю декаду обитали карамышцы, обустроив центральную гостиницу города под сложившееся реалии. На первое время продовольственных запасов в подвалах здания хватало, чтобы прокормить людей. Комфортные спальные места, конференц-зал для собра