репко скрученная адептами Артура. – Ты совершил непоправимое, тех людей не вернуть. Они должны были жить. Они заслужили это право. – Дура! – обозленно крикнул Артур пуская эхо по пустынному конференц-холлу. – Мы живы лишь благодаря жертвам, которые приносили. Как ты не поймешь, это кара, и мы должны отплатить за все деяния. Сполна. – Чушь собачья! – огрызнулась Маша. – Там, за барьером, все живут как люди, а не как звери. Ты просто любишь убивать, больной ублюдок. Признайся же себе в этом. Артур показушно воротил нос, сдержался от нападков в сторону желанной ему девушки. Он, по-прежнему убежденный в своих идеалах, надеялся переубедить Машу и вернуть ее расположение к себе. 481 Часть 9(2) – Артур, – позвала его Маша в попытке наконец достучаться до одержимого и душевнобольного человека, в которого когда-то верила и за которым шла, – я никогда не буду с тобой. Слышишь? Артур покачал головой. – Ну тогда ты принесешь свою жертву, – не поворачиваясь к девушке, ответил он. После он вытащил ритуальный кинжал, которым умертвил не один десяток невинных душ. Маша завертелась в руках адептов, все тщетно. Артур аккуратно коснулся подушечкой пальца заостренной грани лезвия, подумал о чем-то отрешенно. Дверь конференц-холла распахнулась. Артур испуганно обернулся. В проеме застыла человеческая фигура, ему незнакомая. – Ты еще кто?! – крикнул Артур. Незнакомец не назвался. Мерно зашагал по разлагающемуся холлу в его направлении. Артур решительно двинулся ему навстречу. Машино присутствие вселяло в него уверенность. Ему захотелось покрасоваться перед ней своим мужеством. То, что Артур так долго и фанатично превозносил, вторглось в его обожаемый храм. Демон, которого он многолетно и пылко усмирял, кормя того человеческими жизнями, явился до него. Артур беспечно полез на амбразуру, устрашающе выставив кинжал перед собой. – А ну стой! – приказал он демону, когда до незнакомца оставалось несколько метров. Демон остановился. Вонзился в Артура пронизывающими зелеными глазами. Как если бы он изучал мир заново и с искренним недоумением поражался человеку перед собой. – Еще шаг, и ты пойдешь вместе с ней, – пригрозил Артур, отмахивая в сторону окруженной двумя адептами Маши, но голос его осекся. Что-то сбило его с настроя во взгляде незнакомца. Что-то, не поддающееся объяснению. Бешеная энергетика, что сшиба- 482 Жирнов Михаил. Карамыш ла с ног. Демон сделал еще шаг навстречу своему невольному служителю. Артур нерешительно застыл. Замялся. – Где он? – задал вопрос демон. Он не моргал, ни единый мускул на его лице не шевельнулся. – Кто? Демон сделал еще шаг и оказался на расстоянии вытянутой руки. Заведенный и обескураженный, Артур с перепуга рефлекторно вогнал кинжал незнакомцу в живот. Лезвие проткнуло плоть, однако незнакомец словно не заметил этого. Артур с усилием пропихнул кинжал по самую рукоять до упора, но демон лишь изумленно оглядел место ранения. Позади раздались обрывистые возгласы и возня. Артур едва отвлекся на тревожный звук, как незнакомец молниеносным движением перехватил его за руку, пятерней другой руки зажал Артуру челюсти так, чтобы разомкнуть их, вытащил из своего проколотого брюха кинжал и воткнул его промеж зубов точно в приоткрытый рот невысокого еврея, так что тот лишь вытаращил глаза. Ввернул его штопором, кромсая нёбо и распарывая ротовую полость изнутри, как пуховую подушку. Демон, удерживая брыкающуюся в отчаянии голову, несколько секунд кроил острым стальным лезвием во рту своего святителя. Глубоко резал внутреннюю мякоть щек, полосовал десны, рассекал пухлые губы и язык. Заскоблил холодной точеной сталью по зубам, стесывая, колупая с тех костную крошку. После, с чавкающим звуком, вытащил кинжал, оттолкнул Артура в сторону. Тот повалился на истлевший паркет, зажав ладонями распотрошенный и обильно кровоточащий черной венозной жидкостью рот ладонями, что струилась сквозь пальцы. Завыл утробно, корчась от невыносимой боли. Демон навечно замкнул его язвительные уста, лишил Артура своего главного оружия. Речи. Артур перестал быть ему полезным, и демон хладнокровно переступил через 483 Часть 9(2) забившееся в конвульсиях мычащее тело и направился дальше по запустелому залу собраний. *** Кровавая баня, только так можно было описать то, что творилось в конференц-холле гостиницы «Манжерок». Лев метнулся навстречу Маше, что стояла посреди кисло смердящих ошметков плоти и синюшных спиралей кишок. Сенька, сперва не решился ступить через порог, так что Борис, шедший последним, опередил его, мимоходом слегка подтолкнув плечом. Людей внутри залы просто разорвали в клочья. Разметали во все стороны фрагменты тел и рваные лоскуты одежды. То, что Семен узрел в своем недавнем видении, теперь казалось детским лепетом, по сравнению с тем, что он увидел воочию. Борис подошел к единственному нетронутому телу, лежащему ниц в густой багряной луже, потянул за плечо, так, чтобы разглядеть лицо, с отвращением отвернулся и протяжно выдохнул, раздув щеки, сдерживая рвотный порыв. Сенька сразу признал в нем Артура. Нечто с особой жестокостью расправилось с сектантами, однако от чего-то не стало трогать Машу. Лев подбежал к ней, на ходу стянув с себя куртку, укрыл ею полуголую трясущуюся девушку, что скрестила руки на груди и боялась сделать шаг. Сенька же не спешил подходить к ней. Жадно разглядывал мясное месиво. Обрубок ноги в кирзовом сапоге. Мокрые комья, отдаленно походившие на волосы в слизи или еще бог знает в чём… Он более не мог сдерживать себя. Медная вонь человеческой требухи распалила тьму, поразившую его разум. Он бегло схватил с пола склизкий сгусток органики и запихал в рот, будто кто-то намеривался отнять его заслуженную добычу. Борис и Лев, всецело увлеченные Машей, не заметили акта каннибализма со стороны пришельца из иного мира. Семен блаженно выдохнул через ноздри, точно расчесал 484 Жирнов Михаил. Карамыш зудящую кожу, недосягаемо скрытую все это время под гипсом. Вспомнился Иван, остервенело пожирающий крысу в психиатрической лечебнице. Теперь Сенька был с ним солидарен. Справиться с желанием казалось невыполнимой задачей. И он, Иван, держался более чем достойно. Утолив потребность, Семен, хлюпая подошвами по замызганному человеческими останками паркету, наконец подошел к Маше, которая, заикаясь рассказывала Льву и Борису, что же здесь произошло. – Оно... – лепетала Маша непослушными губами, – ползло по потолку. Существо. Потом напало. Они кричали. Но оно... – Ладно, – успокаивал ее Лев, видя как глаза Маши набухают горячей слезой. Маша перевела раскрасневшийся потерянный взгляд на Сеньку, произнесла: – Прости, мне пришлось сказать ему. Борис и Лев озадачено обернулись на чужака. – Сказать что? – обеспокоенно спросил Сенька, ожидая чего угодно. – Про Дом профсоюзов. Про то, что ты ищешь, – виновато ответила Маша, хлебая соленые сопли. Сенька тотчас понял, о ком она говорила. Понял, что за тварь разделалась с Артуром и его верными приспешниками. Нутро рухнуло и охладело. Лев и Борис в недоумении наблюдали, как постепенно мрачнеет побитое лицо паренька. *** Изнурительные дни в безрезультатных поисках привели его в Губаху, где и упокоилась сожженная в огненном пламени любимая. Его сын, Димочка, паукообразный выродок, отыскал ее в одном из полуподвальных помещений. Бездыханную. Изувеченную. Он склонился над ней, едва сдерживая тягостную горесть, спершую дыхание. Исполненный сострадания к той 485 Часть 9(2) участи, что пришлось ей вынести с его подачи. Ведь именно он отправил ее в погоню за обладателями осколка. Получив желаемое, он теперь не мог ощутить полноценного удовлетворения без той, что всегда была рядом. Демон возложил на ее почерневшую обугленную грудь прозрачный лазурный минерал, и та вздыбилась. В мутные глаза ее вернулся блеск, однако обезображенная изглоданная огнем голова едва затянулась наслоением уродливых кривых рубцеваний, перекрывших оголенный закоптившийся череп. Она жалобно застонала, ворочаясь на полу. Мимические мышцы непоправимо деформировались, претворив ужасную окосевшую маску вместо милого сердцу лица. Серная кислота порой оставляет меньше последствий на коже и мышцах, нежели то, что случилось с ней. Он сочувственно коснулся ее бугристой щеки, что походила теперь на сплошную стигмату. – Скажи, кто? – попросил он. Она заклокотала опаленной глоткой. С усилием преобразила звуки в отдаленное подобие слов: – М..аль..чик... Этих слов для демона оказалось достаточно. Он распрямился в полный рост. Сжал в ладони осколок. Унять его боль теперь могло лишь отмщение. Кровная расправа.