9(5)
Чей же путь, в конечном итоге, оказался более тернист? Ответ неоднозначен. Каждый из них смог перемочь испытания и мытарство, что свалились на плечи. Оба в равной степени стоили друг друга. Оставалось выяснить, кто останется последним? *** Разбушевавшийся буран загнал людей в естественное укрытие – углубление в монолите скалы. Образованный тысячелетием грот. Лев выставил дозорного, чтобы тот выслеживал таинственного преследователя в пурге. Остальные пережидали непогоду в лоне горы. Ратмир, Лев и Борис предались скорби по ушедшему товарищу. Павел Дементьев втиснулся в их круг, лишь бы не оставаться со своим визитером один на один. Тот явно точил на него свой золотой зуб после недавних событий в Доме профсоюзов. Семен отстранился. Задумчиво тер подушечкой пальца ребристую грань минерала в кармане. Подкравшийся к нему рецидивист вынудил Сеньку отдернуть руку. – Побазарим? – предложил Албанец, усаживаясь рядом. Сенька нарочито безучастно пожал плечами. Он, как и Албанец, имел четкое понимание, что между ними объявлено временное и необходимое перемирие, и только. – А ты ловкий малый, – почтительно отозвался о Сеньке вор, – я тебя недооценил. Семен попытался проигнорировать лесть в свой адрес, однако гордыня предательски заалела на щеках. Албанец продолжил: – Я все никак не мог допереть, каким макаром ты сдриснул тогда с подвала. А ты, оказывается, музыкантом заделался. 509 Часть 9(5) Вор искусно плел свои диалоги как кружева, стараясь подцепить нужный узелок и раскрутить собеседника на подробности. Семен же стойко держал словесную оборону. Албанец не унимался: – Ты мне лучше скажи, чего такого тебе наплел Марик, что ты в раз подорвался и поперся сюда, на край света? – Обещал в долю взять, – наконец скупо ответил Сенька, оставив при себе действительные обстоятельства их с Маратом соглашений. Албанец криво усмехнулся. – А ты знал, что он ради филки свою малолетнюю племянницу чикнул? Как кумулятивный снаряд прошивает стальной панцирь, так слова Албанца пронзили Сенькину оборону. Он всегда болезненно и чутко относился к несправедливому и жестокому отношению к детям. Рецидивисту практически удалось вывести Семена на эмоции, однако тот сдержался. Сквозь клокочущую ярость ответил как можно равнодушнее: – Плевать, не мое дело. Заход не удался, и Албанец резко сменил тему. – А куда слился твой корешок? Иван, вроде. – Ваня погиб, – Семен сделал паузу и после задал встречный вопрос: – А Марат что? Перед Албанцем на мгновение встало искореженное безносое лицо подельника. – Да тоже... Повисло молчание. Диалог не клеился. Оба осознавали, что многого не договаривают друг другу, однако на рожон не лезли. Чувствовалась между ними какая-то соперническая солидарность. Взаимоуважение. Пройти так далеко, не замарав руки, вряд ли бы удалось. У каждого имелось по скелету в шкафу, и раскрывать этот самый потаенный шкафчик никто не торопился. Албанец вновь заговорил, разорвав молчаливую плеву меж ними. 510 Жирнов Михаил. Карамыш – Помнишь, в гараже у Гоши ты сказал, что камешки эти не с нашей планеты? Сенька усмехнулся себе под нос, кивнул. – Я подозреваю, что один такой находится сейчас среди нас. Семен нервозно заерзал. Во рту засушило. «Неужели он понял?» – судорожно отозвалось в Сенькиных мыслях. – Пали того фраера, – Албанец вонзился горящими глазами из-под густых бровей в Павла Дементьева, что притулился поближе к широкоплечему Льву. – Шароебится с ними, ссыт, – понизив тон, прошептал Албанец, – брюлик себе закрысил. – Уверен? – заговорщически спросил Семен. Отлегло. Семен живо поддержал рецидивиста в его ошибочных догадках. – Полюбэ, жопой чую. Но покуда он нас до точки не довел, трясти его нельзя. Как только, так я его тут же прижму, крысу. Ты со мной? Добычу пополам. Албанец тайком протянул Сеньке ладонь. Семен ответил рукопожатием. Заключил договор, который послужил бы ему отличным прикрытием. Попытался убрать руку, но Албанец сжал ее, не отпустил от себя Сеньку. – Мы с тобой квиты, парень, – добавил он. Семен с усилием вытянул ладонь из тисков, непроизвольно вляпался в гипнотическую муть карих очей Албанца. Нутро панически сжалось, однако парнишка стойко выдержал дуэль взглядов. Удержал зрительный контакт, не отвел глаза, так как знал, что это проверка. Албанец довольно покачал головой, хищно зыркнул на Павла, что искоса поглядывал на них, и как только словил на себе змеиные глаза Албанца, тотчас опустил веки, сделав вид, что внимательно слушает задушевные рассказы Бориса о преждевременно усопшем товарище по прозвищу Чингиз. 511 Часть 9(5) В промозглую пещеру вошел Юрий, что все это время дежурил снаружи, чем мигом вызвал всеобщую мобилизацию. Объявил: – Метель стихла. Можем идти. Группа оперативно собралась. Сенька решил поскорее покинуть неблагоприятную для себя компанию и поспешил на выход. – Ничего, сучонок мелкий, мы еще повоюем! – оскалился ему вслед Албанец. *** Продвигаясь все дальше в дикие скалистые просторы, они фактически лишали себя возможности вернуться. Ночные заморозки и нулевая видимость сделают свое дело. Им во что бы то ни стало требовалось добраться до укрытия. Люди тревожно переговаривались, ставили под сомнения слова совершенно незнакомого им ученого, что вел их, казалось, в никуда. Безжизненные неприветливые горы и безбрежные моря снега, метр за метром, и ни единого намека на присутствие здесь мало-мальской цивилизации. Вскоре люди перестали общаться, дабы экономить силы. Шли молча до того момента, пока Ратмир наконец не выдержал. – Паша! – окликнул он столичного академика, шедшего впереди остальных. – Ты уверен, что мы идем в нужном направлении?! Колонна резко остановилась, так как вопрос остро висел в морозном декабрьском воздухе. Павел как ни в чем не бывало повернулся к взволнованным членам отряда. Лицо его обильно запорошило снегом, что налип на ресницах и бровях. – Видите тот пик?! – сквозь колючую пургу, щурясь, прокричал академик и указал на одну из множеств идентичных возвышений, отличить которые друг от друга смог бы разве 512 Жирнов Михаил. Карамыш что петролог. – Прямо за ним, судя по записям, располагается объект! Мы почти пришли! Люди воодушевились, отпустила гнетущая апатия. – Прибавим! – подбодрил Лев, и группа двинулась дальше. Спустя непродолжительное время впереди сквозь белесую пелену проявились силуэты массивных угловатых конструкций, походивших на противотанковые ежи, чем окончательно убедили людей в том, что Павел Дементьев оказался прав в своих расчетах. После в пурге вырисовались заметенные метровым слоем снега остовы грузовых автомобилей, а также высоченный забор с сеткой-рабицей, что перегородил людям дальнейший путь. Именно здесь в далеком прошлом конвойные высаживали ученого Дементьева. Он узнал это место. Граница, за которую ему, Павлу, не дозволяли заступить. Взвод вооруженных до зубов солдат денно и нощно сторожил тайну, что сокрыли где-то там, за трехметровым