10(2)
Долгие месяцы оно назревало. Копилось. Стекало по капле, как смола по коре. И вот наступил судный день. Голодный Молох приготовился сожрать каждое божье дитя, что сможет отыскать, покуда не насытится. *** В предвкушении он отрешенно брел по оживленному проспекту, даже не пытаясь вклиниться в городской ритм. Люди раздраженно обгоняли его, злились на незнакомца в большей степени за то, что тот никуда не спешит. Будто бы он освобожден от каждодневных обязанностей и совершенно не обременен, не подавлен житейской рутиной. Точно ему никуда не надо. Людей бесило это, раздражала та непринужденная легкость, с которой чудаковатый зеленоглазый мужчина совершал променад по центральной улице Карамыша в самый разгар рабочего дня. Он знал, что спешить некуда. Что оно уже здесь. Зло вскипало и свирепело с каждой секундой. Пузырилось и пенилось в канализационных тоннелях. Он слышал этот рокот, под который демоны плясали макабр. Ощущал зловонный смрад, что густо настаивался испарением в воздухе. Вот-вот, и город падет. Погрязнет в желчном щелоке. Абсцесс воспалился и разбух, налился ржавым гноем и в любой момент был готов лопнуть. Испражниться всем своим пагубным нутром на ничего не подозревающих жителей Карамыша. Слякотное токсичное месиво перелило за край выгребной ямы. Поветрие охватило здешние земли. Губительный мор. И только он уцелеет. Тот, кто присягнул на верность зверю и сам облачился им. Тот, кто разменял свою душу на возмож- 533 Часть 10(2) ность блюсти существование под его началом. Люди шумно слонялись вокруг него. О чем- то общались. О ком-то мечтали. Обреченные. Безнадежные. – Подвинься, что встал? – буркнул Артур, слегка задев демона плечом. Зверь проигнорировал очередной укоризненный тычок в свой адрес. Едва ли его волновали жалкие потуги человечишки, вроде Артура, теперь, когда до конца оставались считанные часы. Для него Артур был таким же убойным скотом, как и все сотни и сотни человек вокруг. Однако, скорее, подсознательно, Артуру также открылось знамение. Предвестие бури. Он спешил к своей, возможно, единственной возлюбленной. В страшный час он в первую очередь подумал о ней. О Маше. Супруге ненавистного ему местного мента. Несправедливо овладевшего столь прекрасной девушкой. Артур всегда считал Ивана Филатова манипулятором и приспособленцем. Мужчиной, недостойным руки и сердца милой Машеньки. И то, что, возможно, Артур сейчас встретится с его, Ивана, вероломным упрямым неодобрением, ни на секунду не останавливало Артура в его намерениях. Дверь отворила она. Взгляд ее потухших и изможденных, но все таких же прекрасных глаз пронзил Артура до мурашек. Она ожидала увидеть не его, однако пылко кинулась к Артуру в объятия от бессильного отчаяния. Тот крепко прижал ее к себе, вдохнул запах волос. – Надо уходить, – прошептал он ей, закопавшись в нежные локоны. И она согласилась. Согласилась пойти за ним, не в состоянии более томиться в одиночестве. Она каждый день собиралась уйти, но всякий раз откладывала это на завтра. Думала, стерпится… Но становилось все хуже. По своей натуре Маша всегда была ведома, оттого влюбилась без оглядки в стойкого надежного двужильного мужчину. 534 Жирнов Михаил. Карамыш В того, за чьей спиной она бы ощущала себя спокойно. Ей был необходим поводырь. Сильный покровитель. Она всегда искала в мужчинах, в первую очередь, твердую опору и поддержу. Уважала и принимала безоговорочный патриархат в семье. Возвышала мужа над собой. И теперь, когда Иван отдалился от нее столь сильно, что она ощутила необузданный страх, будто из далекого босоногого детства, появился тот, кто подставил плечо, тот кто оказался рядом. Артур. Безответно влюбленный в нее еще с юных лет. Маша вжалась в крепкую мужскую грудь, как новорожденный котенок в мать. Отдалась. Без остатка. – Пожалуйста, забери меня, – всхлипнула она, тем самым пробудив в Артуре доселе не виданную решимость. Хрупкая беззащитная девушка в руках вознесла его удаль до предельных возможностей. Вдохновила его. – Все будет хорошо, пока ты со мной, – зажмурившись прошептал он с такой горячей любовью, отчего в эти слова нельзя было не поверить. *** – Разбуди его, твою мать, – раздраженно чертыхнулся Лев. Юрий пнул задремавшего на посту Бориса носком ботинка и тот тут же распахнул веки, будто и не спал. Изумленно вперился глазами в товарища, без капли осознания произошедшего. Юрий лишь осуждающе покачал головой. – Что было? – поинтересовался Борис. – Чужаки улизнули. – Как? – растерянно встрепенулся Борис. С низкого старта собрался рвануть в погоню, опасаясь, что заветные камни пропали. – Здесь они, – успокоил Юрий. Борис, отрезвленный такой мощной встряской, разглядел в дальнем конце мобильной лаборатории скопление людей. 535 Часть 10(2) Пришельцы, к счастью, находились среди них. – Давай собирайся, – небрежно кинул ему Юрий. Борис, в свою очередь, внезапно осознал для себя, что уже очень давно так не высыпался. Будто именно сегодня произошла полная перезагрузка организма после тринадцати лет зависания в бесконечном ждущем режиме. Спустя некоторое время Борис присоединился к общему собранию. Парень по имени Семен, обнаруженный первым из числа выходцев с той стороны, что-то оживленно вещал. Борис попытался вникнуть в суть. – Все они так или иначе вышли из эксплуатации, – объяснял он первоочередно академику Дементьеву, косвенно всем остальным членам группы. – Причин множество: искривление ствола, повышенная дробимость керна, самозаклинивание, кавернообразование, обвалы, осыпи, прихват бурового инструмента. – Но как это возможно в техническом плане? – перебил перевозбужденного парнишку Павел Дементьев. – Для сверхглубокого бурения применяются нетрадиционные инженерные ходы, – пояснял Сенька. – Забойные двигатели – минитурбины или винтовые механизмы, устанавливаемые в нижней части буровой колонны и приводящиеся в действие нагнетаемым под давлением в скважину буровым раствором. При этом сама колонна скважины не вращается. Для изготовления данной колонны, как правило, применяют специальные облегченные термостойкие сплавы из алюминия или титана, чтобы обеспечить существенное снижение веса конструкции. – Я не знаком с такой технологией, откуда вы... – хотел было возразить Дементьев. – Ты пробыл в анабиозе лет десять с гаком? – молниеносно парировал выпад Сенька. – Я в этом разбираюсь, поверь. Павел замолчал, задумался. – Базарю, мужики, – встрял Албанец, чем разбавил напряженную паузу, – яма там знатная. 536 Жирнов Михаил. Карамыш – Надо сваливать, пока не поздно, – уже деланым спокойным тоном объявил Семен. Борис никак не мог понять, по какой такой веской причине им необходимо было уходить, при этом незамедлительно. Ему весьма понравилось времяпровождение в лаборатории, и он, Борис, был готов задержаться здесь на денек-другой. Видимо, он упустил важную деталь в начале разговора, а переспрашивать не хотелось. – Может, останемся? – с надеждой робко вкинул он. – Исключено, – отрезал Сенька. – И как нам транспортировать камни? Если, по его словам, они могут воротить землю как тротил, – претенциозно спросил Лев. Албанец в подтверждение его слов одобрительно закачал головой. – Есть идея, – вступил Павел Дементьев. – При въезде я заметил кучу спецтехники, в том числе грузовой автотранспорт. В резиденции полковника, где я жил последнее время, техника, впрочем, как и всё вокруг, не изнашивалась по причине аномальных свойств минералов. Осмелюсь предположить, что машины могут быть на ходу. Группа переглянулась. Ратмир пожал плечами, тем самым одобрив идею академика. – Ладно, – произнес Лев, – попытка не пытка. Борис мысль не одобрил, но высказываться против побоялся. Он надеялся, что академик ошибся и им придется задержаться здесь на подольше. Хотя бы на немного. *** От изобилия брошенных автомашин разбегались глаза… Некоторые оказались занесены снегом по каб