ну, иные по самую крышу. Недолгой дискуссией выбор пал на тяжелый 537 Часть 10(2) полноприводный грузовик КрАЗ, а также капотный автобус малого класса КАвЗ-685, созданный на шасси модели ГАЗ-53 и вмещающий при полной посадке двадцать восемь пассажиров, чтобы вывезти всех людей, ожидающих возвращения группы в обсерватории. Чтобы откопать транспорт, им потребовалось несколько трудоемких часов. Застывшую на морозе солярку отогревали дедовским методом, разместив костерок под топливным баком. Вскоре Юрий взобрался за руль грузовика. Остальная группа затаилась в ожидании. Повернул ключ зажигания, оставленный безызвестным шофером под козырьком. КрАЗ взревел с пол-оборота. Точно и не простаивал здесь долгие годы. Все кинулись радостно трепать Павла Дементьева за смекалистость. Все, кроме Бориса. После группа таким же образом реанимировала и автобус, в который позже затащили опасные минералы. Когда солнце окончательно выкарабкалось из-за гор, караван был готов к отправлению. КрАЗ прорывал снег, аки ледокол, оставляя после себя размашистую колею, по которой беспрепятственно следовал автобус, пилотируемый Ратмиром. Также в нем находились Павел Дементьев, Семен и Борис. Албанца было решено отгородить от академика во избежание повторных нападок с его стороны. Он ехал в авангарде вместе с Юрием и Львом. – А может, ну их… – заикнулся было Албанец. – Погнали сразу. – Я не оставлю своих людей, – доходчивым тоном изъяснился Лев. Албанец скривился, но более припираться не стал. Тем временем в автобусе Борис, не отрывая взгляда, гипнотизировал боксы, набитые «А»-минералами. Сенька увлеченно изучал кипу документов, прихваченных им из лаборатории. Павел завороженно смотрел в окно. После стольких лет заточения величественные горы вызвали у него детский восторг. 538 Жирнов Михаил. Карамыш Вскоре «Сверхглубокая скважина номер 13» осталась далеко позади, затерялась средь скал и больших снегов. *** Албанец противно сопел носоглоткой, челюсть отвисла, и, казалось, вот-вот из зева польются тягучие слюни, так как на твердой подвеске грузовой машины тело рецидивиста трясло как тряпичную куклу. – Юр, – полушепотом позвал шофера грузовика Лев, не желая будить чужака, – пойдешь один, я ему не доверяю, – Лев качнул головой в сторону храпящего Албанца. – Собери людей и сразу возвращайся. Юрий одобрительно кивнул. Метель прекратилась, и над Карамышем воссияло жгучее декабрьское солнце. Небосвод окрасился нежно-голубым, под стать драгоценным минералам. Знаменитым Карамышским алмазам. Пыль улеглась, оголяя руины Дома профсоюзов. Непривычно было видеть город без него, точно из организма вырезали жизненно необходимый орган. Сердце. КрАЗ юлил по улочкам Карамыша, так как тут и там путь ему преграждали поеденные ржавчиной остовы автомобилей, вразнобой раскинутые повсюду. Совершив небольшой крюк, автоколонна из двух единиц все же добралась до подножья горы, на которой располагалась обсерватория. Убежище последних карамышцев. – Туда и обратно, понял? – положив руку на плечо другу, благословил его на поход Лев. Юрий с самопальным ружьем на перевес побежал трусцой в сторону покатого каменистого склона. Созвать людей в еще недавно казавшуюся невозможной дальнюю дорогу. 539 Часть 10(2) Остальные распределись по позициям и глазели на все четыре стороны, опасаясь возвращения человека, не страшащегося пуль. Семен не разделял всеобщей паники, ему сейчас было важнее досконально изучить протоколы научных работ, что велись в лаборатории незадолго до катастрофы. Каждую строчку, каждую букву. Внезапно в бедро кольнуло, однако, погруженный в тексты документов, Семен проигнорировал сигнал тревоги. Минерал, что он давеча выкрал у Албанца, наливался льдом. Раздались возгласы. Сенька, сидевший в просторной кабине автобуса, машинально поднял глаза и выглянул в окно. Юрий возвращался. Один. – Никого… – обескураженно сказал он. – Там никого нет. Все ушли. – Куда ушли? – глупо спросил Ратмир. – Мне то откуда знать? – Ты в этом уверен? – переспросил Лев. – Хочешь, сам сходи, говорю вам, они ушли. – Надо вставать на лыжи, – науськивающе вкинул Албанец. – Чуйка у меня поганая. – Я их не брошу, – открестился от предложения Лев. – А если они отправились за нами? Искать нас. – Все вместе? – напряженно спросил Юрий. – Что случилось? – подал голос Семен, высунувшись из автобуса. – Не понимаю, – озадаченно произнес Лев. – Не видел там следов борьбы? Может, он… оно нашло их? – Ничего, – ответил Юрий. – Вещи тоже забрали. – Поездим по городу, поищем их. – Сожжем соляру, – отказал Ратмир. – У нас и так паратройка канистр. 540 Жирнов Михаил. Карамыш – Тогда будем ждать здесь, вдруг они вернутся, – не отступался Лев. Он отчаянно отстаивал свою шаткую позицию. Из уважения к нему Ратмир и Юрий сдались и кое-как согласились на условия. – А если до ночи не придут? – озадачено вступил Борис. – Значит, заночуем здесь. – Ты же знаешь, что происходит в городе ночью, – изумленно возразил Борис. Лев взглядом дал понять, что не собирается идти на уступки. Что все уже решено. – А что конкретно происходит ночью? – боязливо спросил Албанец. Потерянные жители города-призрака не ответили ему, лишь заговорщически переглянулись между собой. – Кто-нибудь мне ответит, что происходит? – раздраженно высказал Семен, который нехотя выбрался из автобуса, отложив неотлагательные дела, и зашагал к остальным. – Остаемся здесь, – выдал ему окончательный вердикт Лев. *** Вечерело. Полный световой день они безуспешно прождали без вести пропавших земляков, окопавшись на одном месте. Время от времени сигналили теплоходным гудком вездеходного грузовика, обозначая свое местоположение. Тщетно. Никто не пришел, только сумерки медленно сползались со всех сторон, из пустых подъездных арок, темных подвалов и переулков. Пробуждали в людях подсознательный, первобытный страх. Позже Лев развел костер, чтобы в случае чего их смогли распознать в темноте. 541 Часть 10(2) Борис никак не мог выбросить из головы мучающий его вопрос, так что решил докучить Сеньке, который по-прежнему листал страницы журналов с научным заметками и записями. – Вот ты сказал, нужно поскорее убираться, почему? Семен даже бровью не повел. – Мы ведь могли остаться в лаборатории на подольше. Что ты там вычитал? Осознав, что Борис не отстанет, Семен отложил журнал и осуждающе уставился на него. Тем временем Албанец, параллельно с Борисом, донимал с расспросами Ратмира. Ночь растекалась как клякса чернил по воде, а его по-прежнему не осведомили о том, что случается в Карамыше этой самой ночью. В дрожащих тенях костра слова Ратмира прозвучали как лагерная страшилка, с помаркой на то, что все это являлось далеко не вымыслом. – Это как прилив, – сказал Ратмир, таращась во тьму. – Ночью оно будто выбирается за свои границы и приползает сюда. Ты почувствуешь это. Ни с чем не спутаешь. Будто при свете солнца оно прячется, а с наступлением темноты... как хищник, понял? Албанец зябко поморщился. Он вдоволь насмотрелся на всяческую погань и ясно понимал, о чем толкует Ратмир. – Наш светлый ум Паша перековеркал под себя всю работу его более компетентного коллеги, – объяснял Борису сложившуюся ситуацию Сенька. – Мне понадобилось много времени, чтобы минимально отделить зерна от плевел. Этим я, собственно, и занимался до того, как ты меня отвлек. То, что зашифровано в лабораторных документах, необходимо нам для понимания того, что здесь на самом деле произошло. Некий А. Кузнецов доступно и развернуто описывал проблему, прежде чем П. Дементьев взялся за свои надуманные теории. К сожалению, личных записей А. Кузнецова ничтожно мало, в основном те, где Дементьев ссылается на его работы либо цитирует 542 Жирнов Михаил. Карамыш их. Это как искать иглы в огромном стоге сена. По этим крупицам я, возможно, и доберусь до истины, конечно, если меня не перестанут отвлекать. – Так в чем же все-таки причина? – возразил Борис, так как Семен умело налил «воды», не вникая в суть. – Само горнодобывающее предприятие и есть причина. Сверхглубокое бурение, по всей видимости, усугубило положение. А мы находились к нему в предельной близости. Вы готовы так рисковать? Я нет. – Что ты взъелся-то? – как-то обиженно сказал Борис. Не привык он к Сенькиной манере общения. Лев, насторожившись, молча сидел у костра, выслушивал в тишине голоса земляков. Подле него притулился Павел, который искоса поглядывал на Семена с Борисом, пытаясь понять, о чем они толкуют. – Я пойду солью бак, – зачем-то вслух объявил Албанец и зашел за автобус. Расстегнув ширинку, всмотрелся в полумрак перед собой. Пригляделся. На границе беспроглядного сумрака он заметил нечто похожее... Сердце отчаянно запульсировало. В загривке отдалось зябким холодом. – Марик? – остолбенело спросил он во тьму. *** Днем ранее. По прибытии в обсерваторию Машу тут же определили в лазарет. Туда, куда неделей до этого угодил Сенька, сорвавшись с высокого утеса, а если быть точнее, с которого его сбросил Иван. 543 Часть 10(2) Маша совсем не разговаривала, во взгляде ее читалось душевное помешательство на фоне случившейся кровавой резни в гостинице «Манжерок». Кто таким жестоким образом расправился с Артуром и его адептами, Маша также не рассказала. Постоянно намеревалась разрыдаться от упоминая оных. Оля и Рома, члены отряда Льва, что привели ее обратно домой, решили на время оставить девушку в покое. Остальные