аметив это, Сенька оживленно затараторил: – Вы подумайте, для чего я торчу здесь среди ночи, да еще в такую погоду. Делать мне больше нечего… Давайте проведем оценку и разойдемся. Бугай насупился, от этого на лбу образовалась складка, затем медленно вернул руку обратно. Отлегло. – Оставайся на улице, – приказал кому-то снаружи бугай. Из-за его спины Семен мельком разглядел еще одну фигуру, не менее крупную. Бугай захлопнул дверь, затем вытащил из внутреннего кармана плаща бумажный сверток и передал его Сеньке. Настроив свет, Семен приступил к работе. Он бережно развернул скомканный лист бумаги. Внутри лежал необработанный минерал бледно-голубого цвета, размером со спичечный 64 Жирнов Михаил. Карамыш коробок. Его покрывали зазубренные грани непропорциональной формы, совершенно прозрачный, как слеза, в свете лампы переливался и искрился множеством оттенков голубого и белого. Сенька был очарован, он даже перестал дышать на какое-то время. – Это, – он слегка запнулся в изумлении, не отрываясь от процесса, – невероятно. Голубой оттенок дают примеси алюминия, но я не вижу... – Говори по делу, – перебил Сенькины размышления бугай, голос его прозвучал странно, как будто ему не хватало воздуха. Семен окинул его быстрым взглядом, тому явно становилось хуже. Бугай часто моргал, то и дело громко и натужно выдыхал через ноздри, кадык поигрывал на горле, постоянно сглатывая слюну. Дабы глотнуть свежего воздуха, он приоткрыл дверь, высунул голову наружу. – Ты куда делся? – в недоумении крикнул он, потеряв из вида товарища. Все звуки заглушал шум проливного дождя, и Сенька, поглощенный изучением уникального природного минерала, не обращал внимания на то, что происходит в паре метров от него. – Это похоже на редчайший экземпляр, – бубнил он себе под нос, меняя увеличительные стекла. – Я бы сказал, что это еремеевит, однако структура, – он бережно перевернул камень, – потрясает. Откуда он у вас? Загипнотизированный красотой камня, Семен наконец оторвался от захватывающего изучения и отпрянул от стола. Дверь оказалась распахнута настежь, промозглый ветер с воем залетел в помещение, сбросив со стола клочок бумаги. Бугай бесследно исчез. В недоумении Семен вышел на улицу. Город спал, вода шипела, стекая по сточным трубам, странных ночных посетителей нигде не было. Семен простоял в ожидании еще некоторое время, сжав в кулаке камень, затем поспешно вернулся в мастерскую. 65 Часть 2(2) *** Затрещал дверной звонок, пустивший звенящее эхо через весь подъезд многоквартирного дома. Семен настойчиво вдавливал пальцем миниатюрную кнопку. Раздался металлически щелчок, на лестничную клетку выплыл заспанный Петр Маркович в белой, растянутой майке и просторных семейных трусах. – Перестань!.. – зло прошипел он и толкнул Сеньку в грудь. После аккуратно закрыл за собой дверь, затем спросил: – Ну как прошло? – Что это были за люди? – в недоумении начал Семен. – Головорезы какие-то, давно ли вы с ними работаете? И что за Гоша? Петр обреченно выдохнул: – Гоша – мой псевдоним, – вполголоса ответил он. – Это как-то связано с криминалом? – спросил Сенька, заранее зная ответ. – Напрямую, – Петр почесал затылок. – Рано или поздно ты бы узнал, на деньги от институтского жалования долго не протянешь. – Он виновато глянул на Семена. – Извини, что так получилось. Семен воздержался от ответа, переваривая потрясшую его информацию. – Что они принесли? – настороженно спросил Петр. Семену не хотелось рассказывать правду, и он принялся сочинять на ходу: – Завалились две неотесанные хари, выложили посредственную ювелирку, цепи, кольца, ничего серьезного. – И только? – с недоверием спросил Петр, будто бы он чтото знал, но недоговаривал. – На этом все, я дал выписку, и они ушли, – Семен старался врать максимально правдоподобно, ему не хотелось ни с кем 66 Жирнов Михаил. Карамыш делиться находкой, появилось четкое осознание того, что камень должен был принадлежать ему одному. Петр Маркович напряженно задумался, затем подытожил: – Это прекрасно, что все прошло гладко. Семену показалось что профессор был чем-то раздосадован, но пытался это тщательно скрыть. – Ну что ж, я надеюсь, мы забудем об этом недоразумении. – Он протянул пособнику руку. – Я хочу в долю, – настойчиво произнес Сенька и крепко пожал руку профессора в ответ. Таким образом они заключили сделку о судьбоносном партнерстве. *** Семен быстро втянулся. Всего за год заработав крепкий авторитет, он стал весомой фигурой в воровской среде. Безошибочно расценивал все, что нелегально поступало к нему на стол, работал быстро, не задавал вопросов. Вскоре через его руки так или иначе проходила практически вся контрабанда драгоценных камней и металлов близлежащих регионов и областей. *** Из окна меж металлических жалюзи был виден лишь край высокого кирпичного строения, которое одиноко вздымалось над небольшими частными секторами, раскинувшимися вдоль трассы. Советский зерновой элеватор еще функционировал, но годы его были сочтены. В эту зиму или следующую его оставят медленно, по камешку, рассыпаться в пыль, словно памятник, напоминающий о погибшей, некогда могучей, империи. 67 Часть 2(2) В паре сотен метров от него располагалась заправочная станция, негласно обозначающая границу города, за ней, на многие километры, кроме степей и перелесков, можно было встретить разве что несколько совхозов и белокаменную церковь, возведенную еще в прошлые века. Из-за отдаленности и отчужденности кафе, находившееся при здании АЗС, стало излюбленным местом встреч для обсуждения дел, которые не нуждались в огласке. Марат цедил свою кружку пива уже добрые тридцать минут, то и дело поглядывая на входную дверь, над которой висел раздражающе звенящий колокольчик. Наконец, дверь распахнулась, приводя его в действие. Утомленный ожиданием, Марат оживленно отставил кружку, приветственно вскинул руку, привлекая к себе внимание. Посетитель не сразу приметил его. Внешности он был скорее восточной, смуглая кожа, густые пышные ресницы. Истинное имя его слышали лишь единицы, в широких кругах он был известен как Албанец, хотя являлся ли он им по национальности, Марат не знал. – Вот уж не ожидал снова увидеть тебя, – хитро прищурив глаза, поприветствовал своего давнего знакомого Албанец, забрался по скамье поближе к окну, присвистнул зазевавшейся официантке, затем жестом заказал себе то же, что и Марат. – Честно признать, когда ты позвонил мне, я прямо-таки воспрял духом, в последнее время нам не хватало честных и порядочных людей, они либо мертвы, либо сидят. – Албанец довольно ухмыльнулся, сузив глаза. Марат не ответил ему взаимной реакцией, так как едва был воодушевлен их встречей, и будь у Марата иной выход, он бы не сидел сейчас перед ним. Албанец продолжал гипнотизировать Марата своими мутными, темно-карими глазами, не моргая, точно удав. – Ну что ж, к делу, – словно прочитав мысли Марата, начал Албанец. – Признаться, я скептически отнесся к твоему 68 Жирнов Михаил. Карамыш вопросу, но все же пробил его по лагерям, и, к моему удивлению, – Албанец выдержал театральную паузу, специально играя на нервах своего визави, – голяк, – подытожил он и застыл в ожидании реакции. – Совсем? – в недоумении спросил Марат. Он впал в смятение, так как был уверен, что через его, Албанца, каналы можно было отрыть любую информацию, плюс ко всему это был единственный план, на который Марат поставил все карты. Албанец, удовлетворенный такой реакцией, скрестил пальцы домиком и выложил на стол, оголяя массивные перстни. – Накануне, – перейдя на полушепот, продолжил он, – отозвался один фраер, блатной, откинулся давно, но в системе числится. Так вот, он сказал, что сечет за базар и может помочь. Марат оживился. Все начало складываться, как он хотел, теперь сомнений в том, что его ведет сама судьба, не осталось. Албанец продолжил: – За эту справку потребуется пробить филки. Марат попытался задать вопрос, но Албанец перебил его: – И еще, чую я, что дело крупняк, как порядочный вор предлагаю шестьдесят на сорок. Соглашайся, Марик. Албанец поменялся в лице, давая понять, что ответ на его предложение понесет за собой последствия. Принимая безвыходность своего положения, Марат нехотя пожал протянутую сухую ладонь Албанца, которую тот не удосужился сжать. К столу подошла немолодая официантка, на этот период оба мужчины прекратили беседу. Марат залпом опрокинул то, что оставалось в его кружке, Албанец отставил свою до краев налитую пинту в сторону, не сделав и глотка. Проводил официантку слабым шлепком по ягодице, сверкнул золотым зубом, нарочито улыбаясь ей вслед. Марат пожелал проигнорировать это, после того как Албанец принялся искать его одобрительной реакции, затем, убедившись, что их не слушают, он вновь заговорил. 69 Часть 2(2) – Завтра я пойду на сходку в «Арарате», спрошу за общак, скажу, что вернем с процентами. – Нет, – твердо перебил Марат, – не втягивай меня в эту кабалу. Я поклялся себе, что больше не свяжу себя с ними. – Лавэ просят весомое, где же ты собрался их брать? – с явными нотками иронии в голосе спросил Албанец. – Постоишь на стреме, я сделаю все сам, сегодня по темноте, затем мы сразу же двинем с города. – И кого мы собираемся обнести? – Албанцу были по душе всякого рода авантюры, в замутненных глазах его появился азартный блеск. Марат не ответил, лишь, помрачнев, взглянул в окно, наблюдая, как мимо здания элеватора пр