авился в деревянный потолок. Внезапно раздался знакомый шорох. «Крыса вернулась», – сразу смекнул Сенька. Если ее не прикончить, ночью она легко доберется до запасов, залезет в кровать, пока он спит. Заразиться дизентерией или туберкулезом от паршивой крысы не входило в его планы. Решительно вскочив с кровати, Семен направился на звук в поисках вредителя. Методично, метр за метром прочесал каждый угол квартирки. По-видимому, заприметив его, крыса затаилась: еще не 96 Жирнов Михаил. Карамыш успел Семен дойти до противоположного края комнаты, как скрежет прервался, затих. Взгляд остановился на двери, ведущей в санузел. – Возможно она скрылась там, – предположил Семен. Подкрался на цыпочках, резким движением открыл дверь, пусто. Со стены напротив, широко улыбаясь, на него смотрел ковбой в широкой шляпе с полями, на вороном скакуне. Выцветший постер служил рекламой сигарет, производившихся в далекой Америке. Разочарованный очередной неудачей, Сенька поплелся обратно. В комнате становилось душно, то и дело пробуждалась жажда, и Сенька за несколько часов осушил половину тары с родниковой водой. Долго ворочался в безуспешных попытках расслабиться и заснуть, после вставал, прохаживался по комнате. В один из таких «заходов» он отметил, что половицы в некоторых местах покрылись темными пятнами и прогнили. В стене он обнаружил отверстие, походившее на пулевое. В голову тут же пришла мысль оповестить об этом Константина. Разговор выдался коротким, Отшельник в очередной раз остался недовольным замечаниями, хотя Семен был убежден, что его упоминания необходимы и целесообразны для хозяина дома. Позже, глубокой ночью перекуривая у окна, Сеньке привиделось, будто проходящая мимо женщина шла задом наперед. Шагала спиной, не смотря под ноги. Издалека, в полутьме, было затруднительно разглядеть наверняка, однако у Семена сложилось именно такое странное впечатление. Перед тем как наконец отключиться, Сенька долго разглядывал трофейный минерал, полученный им при странных обстоятельствах. Именно он привел его сюда и кто знает, куда заведет дальше. Восхищаясь его природной эстетикой, он приходил к мысли, что камень стоит всего, что с ним происходит и произойдет. Где-то там, по ту сторону реки, возможно, есть целые гроты, набитые подобным чудом природы. «Ради этого стоит рискнуть», – убежденно думал он. 97 Часть 3(3) Вода просочилась сквозь доски, нависла, затем каплей сорвалась, шлепнулась о лицо, Семен возвратился в реальность. Непонимающе стер влагу с переносицы, как тут же сверху прилетела еще одна крупная капля. За окном монотонно шипел ливень, фиолетовым сверкали частые молнии. Однако это было не всё: в те места, где на полу зияли темные пятна, теперь с потолка струями срывалась вода, образуя лужи вокруг. Прошлепав по ним босыми ногами, Семен направился к радиопередатчику. – Крыша течет! – разъяренно прокричал он в рацию – Слушай, Костя, это уже перебор, тут не потолок, а решето, давай-ка возвращайся и переселяй меня в другое место! – негодовал он. Ответа не последовало. – Приём! Ты слышишь, потолок протекает. Приём! Сквозь бушующий ураган за окном и чечетку капель о пол пробивался еще один до боли знакомый звук. – Сука, тебя еще не хватало, – выругался Сенька и решительно направился в санузел, откуда доносилось раздражающее скрежетание. Оглядев кафельную мозаику, покрывающую пространство тесного помещения, не обнаружил предполагаемой им живности, шорох и царапание доносились не с пола. Приглядевшись, Семен заметил, как лучезарное лицо ковбоя еле заметно шевелится, будто бы по другую сторону плаката нечто двигает его. Многогранный раскат грома сотряс воздух, шум ливня многократно усилился, вместе с ним улыбка ковбоя пошла ходуном. Семен неуверенно оттянул угол плаката и отлепил от стены, затем тут же отпрыгнул назад, дыхание панически сперло. Длинные человеческие пальцы отламывали и крошили бетонную стену, прорываясь наружу с той стороны. Скребли ломанными ногтями, сжимали, выдирали. В образованное отверстие уже помещались две соединенные между собой ладони. Словно почувствовав присутствие, руки медленно уползли обратно в зи- 98 Жирнов Михаил. Карамыш яющие отверстие. Затем, выплыв из темноты, в нем появился блестящий мутный карий глаз, который вцепился в ошеломленного Семена. Он уже видел этот взгляд. Ему не показалось, таинственный сосед, по ошибке принятый им за видение, всеми силами пытался добраться до Сеньки, прямо у него под носом прорывая себе ход. Спотыкаясь, Семен помчался к радиостанции, поскользнувшись на значительно увеличившейся луже, сумел удержать равновесие, трясущимися пальцами схватился за рацию. Руки сделались ватными, воздуха не хватало, сквозь рваную одышку он смог пролепетать лишь: – Помоги, он лезет сюда, за мной!.. Раздался гулкий громкий стук, сосед перестал скрываться и принялся ломать стену, та крошилась, трескалась под увесистыми ударами. Растерянный Сенька постарался остановить всецело поглощающий его парализующий ужас. Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, наполняя сдавленные легкие живительным кислородом. На кафель с треском обрушился крупный кусок стены. Еще мгновение, и из-за двери выскочит некто, и бежать будет некуда. В панике Сенька налетел плечом на входную дверь, отбив сустав. Та не поддалась. Последующие попытки также не принесли результата. Лихорадочно прикидывая возможные варианты развития событий, Семен принял единственное, по его мнению, возможное решение. Схватившись двумя руками за края кровати, выдвинул ее точно под самую большую протечку в потолке, вскочил на нее, судорожно достал из кармана минерал и принялся колотить по прогнившим доскам, срывал их, сажая под кожу крупные занозы. От усилившегося потока воды волосы вымокли за несколько секунд. Пока сосед пробивал себе вход, Семен принялся делать выход. Прикинув, что голова уже пролезает, а худощавое телосложение не воспрепятствует, Сенька, подтянувшись на руках, вскарабкался наверх. Под самой крышей располагалось чердачное помещение, в дальнем конце которого тусклым све- 99 Часть 3(3) том мерцало окошко округлой формы. Согнувшись, дабы не удариться головой о балки перекрытий, Семен, нажатием ноги проверяя каждую половицу, направился к нему, прочь отсюда, на воздух. Внизу послышались грузные шаги. Рискуя провалиться сквозь отсыревшие доски, Сенька перешел на полубег. Окно выходило на скате крыши, кровля которой была покрыта местами отвалившимся ондулином. По его желобам струились ручьи, затем срывались вниз с десятиметровой высоты. Сенька влез ногами на парапет, придерживаясь об оконную раму. Взору открылся вид на сонный городок, утопающий в золотом море лиственных крон, из-под которых тут и там вздымались однотипные крыши с торчащими зубьями антенн. Ионизированный грозовым фронтом воздух вскружил голову. Городской пейзаж плавился перед глазами, точно как асфальт в жару. Небо, заляпанное набухшими темно-пурпурными тучами, казалось, давило на черепную коробку, стапливало мозг. Ладонь, сжимающую драгоценный минерал, неприятно зажгло. Камень в мгновение сделался ледяным. Семен болезненно поморщился и переложил его в карман брюк. Затем оглянулся, дабы убедиться, что сосед не следует за ним по пятам. Взглянул вниз, прикинул высоту: в случае прыжка, в лучшем случае, он бы переломал себе ноги. Оставался один путь, наверх. К горлу подступил тошнотворный ком, резко потянуло в сон. Встряхнув головой, Сенька попытался взбодриться, отогнать внезапно нахлынувший морок. В момент, когда он уже был в шаге от горизонтальной поверхности крыши, нога предательски соскользнула с неустойчивого покрытия, Семен в последний момент сумел ухватиться пальцами за край, вцепился мертвой хваткой, вытянул себя обратно, перевалился, лег на спину. Он необычайно чутко ощущал каждую каплю, растекающуюся на лице, сквозь карман брюк чувствовал холод камня. Тактильные рецепторы всего тела обострились как никогда сильно. Колючими мурашками вздыбился волосяной покров. 100 Жирнов Михаил. Карамыш Останавливаться было нельзя, его преследователь все еще был в нескольких шагах позади. Перебарывая внутреннюю ломоту, Семен проковылял к небольшому прямоугольному возвышению с миниатюрной дверкой в метр, через которую смог выбраться на лестничную клетку, аккурат напротив входной двери квартиры, из которой бежал. И без того мрачное подъездное освещение потускнело сильнее прежнего, однако еще позволяло четко видеть очертания вокруг. До Сеньки донесся точно человеческий рев, будто бы кто-то плакал навзрыд за подъездными стенами. Нахлынувшая доселе тяжесть заметно спала, камень перестал жечь ногу сквозь брюки, возвращалась ясность ума. Когда сосед поймет, что Семену удалось бежать, он тотчас примется за ничего не подозревающего Марата, осенило Сеньку. Единственный, кто был в силах помочь, это Иван. Если «сосед» одержим, то, возможно, сыграв ту заунывную мелодию, у него получится отогнать безумца и вытащить подельника из смертельной ловушки. Несколько дней назад Семен принял бы такой расклад за полнейший абсурд, но не теперь, увидев, как человек голыми руками потрошит бетонную стену. Здание, у которого Отшельник высаживал Ивана, по подсчетам Сеньки, должно было располагаться в радиусе нескольких кварталов. Единственным фактом, служившим ориентиром для поиска, было то, что оно находилось на второй