творишь, дед?! – из джипа вполтуловища вылез немолодой мужчина с проседью в волосах. – Прошу тебя, – настойчиво взмолился отшельник, – довези до Куршы, проси что хочешь, друг умирает. Водитель замялся, затем сказал: – Ладно, давай назад… Отшельник благодарно откланялся, затем, открыв черную лакированную дверь джипа, ловко запрыгнул на заднее сидение. – Что стряслось? – – спросил водитель, трогаясь с места. Отшельник застыл в исступлении, проигнорировав вопрос. Прямо рядом с ним находился тот самый пульсар энергии, живой человек. 117 Часть 3(5) «Как такое возможно?» – не укладывалось у него в голове. – Чего пялишь, фраер старый? – пренебрежительно бросил мужчина с густыми черными бровями, изнутри которого, по-видимому, вырвались каскады знакомой лишь отшельнику материи. Константин встряхнул головой, дабы прийти в себя и не показаться сумасшедшим. – Отец, ты в порядке? – спросил мужчина, сидевший на пассажирском сидении рядом с водителем. – Да-да, – пробубнил отшельник, – мне просто надо спешить, храни вас бог. Мужчина понимающе глянул в его сторону и отвернулся к дороге. – Бога нет, дядя, – раздался голос справа. «Есть нечто много хуже», – ответил про себя отшельник, вновь глянул на соседа справа. Карие глаза его искрились, точно мириады еле уловимых вспышек во тьме. *** Плесень бурыми пятнами разрослась в темных углах помещения, налипла на медные днища крупных поддонов, забилась меж кафельной плиткой. В подвале здания мясокомбината было довольно просторно, грязно и темно. Затхло смердело гнилью и настоявшейся свиной кровью, которая сжижалась и превратилась в густую кашу. Ивана это не смутило, он был готов. Принимал необходимость происходящего. Сидя на неудобной железной шконке, подле которой располагался железный короб радиопередатчика, безучастно ожидал грядущего. Перед тем как покинуть Ивана, Константин снял с громоздкого станка железный диск циркулярной пилы, дабы ограничить риски, затем закрыл толстую стальную дверь, задвинув ту на блочный засов. С тех пор прошло уже достаточно времени, 118 Жирнов Михаил. Карамыш десны понемногу зудели, так что приходилось то и дело водить по ним языком. Иван подавлял в себе желание расчесать их ногтем, так как они тут же бы принялись кровоточить, ускорив процесс. Наученный горьким опытом, он старался оттянуть неизбежное. По внутренним ощущениям, это было словно скрести по сукровичной корке, наросшей на ране, рано или поздно она поддастся, обнажая внутреннюю мякоть. Вмешательство тьмы не проходит бесследно. Его можно подавить, удерживать, не давать мутировать и разрастаться, но не избавиться. Она запускает свои метастазы, пронизывает ими каждую клетку тела, поражает душу, точно плесень на стенах подвала. Зуд усилился, теперь напоминая о себе на паховых складках, подмышках, сгибах локтей и под коленями. Назойливо щекотал, не позволяя отстраниться в свои мысли. Организм слабел, давал бреши, будто при вирусе иммунодефицита, неистово требовал сторонней помощи, подпитки, с каждой секундой возрастала маниакальная жажда. Иван поднес ко рту указательный палец, перекусил ногтевую пластину, та с хрустом поддалась, раскрошилась. Чистая ненависть ко всему живому в одночасье захлестнула разум. Бешено захотелось поглотить в себя чье-то нутро, насладиться вкусом плоти, главенствовать в пищевой цепи. Иван по-хищному вскочил с кровати, быстрым шагом приблизился к широкому квадратному чану, доверху набитому требухой. Руками загребая жирное кровавое месиво, принялся набивать им рот, утоляя животный голод. Челюсти клацали, перекусывая неподатливые жилы. Иван то и дело с трудом сглатывал крупные куски, рвотным рефлексом глотка отторгала пищу обратно в ротовую полость, где та более тщательно перемалывалась и отправлялась обратно. Зуд утихал, кожа ощутила благодатную удовлетворенность. Рана была расчесана. Тьма на время отступала, рассасывалась по венам. Иван плюхнулся на колени, затем его долго рвало кислой субстанцией, выворачивая желудок наизнанку. После он, кое-как обтеревшись от лип- 119 Часть 3(5) кой крови, лег на твердый матрас, покрытый мутными пятнами, уставился в потолок. Придет время, и оно вернется с новой силой, изощренней ковыряясь в мозгах, заставляя подчиняться. Он будет сопротивляться и проиграет, отдастся первобытному зову. До этого момента важно было продвинуться как можно дальше вглубь, при этом имея под рукой спутников, дабы те помогли пройти этот путь до конца. *** Воды уже было по щиколотку. Мутью дрожали на ее поверхности поднятые с пола пыль и бытовой мусор. – Мне нужна помощь, – пытался связаться с отшельником Иван, – тут повсюду вода, приём. – Успокойся, – внезапно раздался спасительный голос. – Постарайся говорить четче. – Меня топит, блять! – взбеленился Иван. – Везде вода! Ты слышишь меня, подвал затапливает, приём! В ответ раздалось лишь скрежетание засоренного помехами радиоэфира. Новые попытки выйти на связь не принесли результата, когда вода поднялась выше, приемник закоротило, Иван остался без связи. По колено в воде, с трудом пробираясь по подвальному помещению, Иван рыскал, в надежде найти способ добраться до узкого прямоугольного окна, располагавшегося под пятиметровым потолком. Затем он попытался выбить дверь, но быстро отказался от этой бесполезной идеи. Когда воды прибыло по пояс, вернулся обратно, взобрался на остов кровати. Свиная кровь растеклась, сливаясь воедино с затапливающей все пространство водой, окрасив ее в бордовый. Час за часом уровень неумолимо поднимался, погребая под собой последние возвышенности, которые Иван сменял по мере необходимости. Паника постепенно нарастала. Иван 120 Жирнов Михаил. Карамыш не мог до конца принять свое безвыходное положение, пока мерзлая вода не подобралась по самую шею. Он разразился в отчаянном крике, вызванным страхом перед мучительной кончиной. Представив, как легкие заполнятся мутной водой, закупорятся дыхательные пути и мозг скует от кислородного голодания. Иван поднялся на мыски, задрал голову, холодная жидкость подступила к подбородку, накатами заливалась в ноздри, еще немного, и он потеряет опору под ногами, а дальше вопрос времени. Нечаянно хлебнув через нос, он закашлялся, оступился и пошел ко дну, выплыл, надрывно вдохнул через рот. Попытался нащупать опору, не найдя, остался барахтаться на поверхности. Вскоре мышцы рук свело судорогой, не в силах больше удерживать тело на плаву. Иван решил дать себе передохнуть, зажмурился, насколько хватило сил, набрал в легкие воздуха, расслабился и пропал под водой. Выплыть обратно оказалось труднее, чем он думал, сил хватило лишь на то, чтобы набрать еще немного спасительного кислорода и вновь пойти на дно. Внезапно сильным потоком его потянуло куда-то назад. Засасывало, точно в слив. Через мгновение его кинуло на твердую поверхность, как волной на берег. Иван принялся жадно глотать кислород, восполняя его утрату. – Живой? – раздался голос склонившегося над ним человека. Иван вытер залитые влагой глаза. – Костя, ты вовремя, я ведь почти утоп там. Отшельник протянул ему руку, помогая встать. Иван схватился за нее, подтянулся, затем шлепнулся спиной на пол. В ладони его остался сгусток кожи, больше походившей на мокрую бумагу. Иван испуганно взглянул на старого друга, затем схватил того за ворот водолазки, оттянул вниз. – Где он? – в обескураженном недоумении спросил Иван. Константин обреченно взглянул на него, покачал головой, давая понять, что ему осталось быть здесь меньше минуты. 121 Часть 3(5) – Но как?.. Зачем?.. – пытался подобрать слова Иван. Отшельник начал буквально истлевать на глазах, кожа ошметками сыпалась в воду, слезая с лица. – Я найду тебя, слышишь? – принялся обнадеживать его Иван. – Я найду тебя там! Тело отшельника размякло, растаяло, как воск под пламенем свечи, по кускам развалилось, затем, оставляя мутный след черного цвета, растворилось в воде и растеклось во все стороны. Вскоре от Константина осталась лишь скомканная на полу, вымокшая насквозь одежда, из-под которой выплыл резной дудук, который тот принес с собой. Тьма, многие годы насильно сдерживаемая, изъела отшельника изнутри, как гангрена. Вместе с потоками воды забрала его к себе… *** Лабиринты однотипных подворотен, словно мираж, путали, водили по кругу. Быстро выявить нужный Семену дом не удалось. Городские трущобы сбили его столку переплетением зданий, он отошел от изначального вектора движения и теперь, казалось, шел в совершенно другом направлении, до тех пор, пока не увидел свет, точно маяк во тьме бухты. Черного цвета джип японской модели продирался сквозь затопленные улицы, отпуская вокруг себя волны брызг. Автомобиль, двигающийся все это время в его направлении, как на зло свернул на ближайшем перекрестке и затерялся за высоким кирпичным строением, походившем на швейную фабрику. Если человек за рулем мог управлять автомобилем, то вполне возможно, он сохранил адекватность ума и, вероятно, сможет помочь ему, Сеньке, сделать хоть что-то для спасения Марата. Семен помчался в параллельном к автомобилю направлении сквозь дворы. Черный кузов промелькнул перед ним меж двух жилых строений, Семен последовал за ним, спотыкаясь бог знает обо что под ногами, дабы не отстать и не потерять 122 Жирнов Михаил. Карамыш его из виду. Преследование продолжалось, сменяя квартал за кварталом, благо плотные потоки воды на узких улочках не