за мной. Хозяйка кладбищенских посевов, аккуратно переступая через грядки, направилась к своей ночлежке. Марат молча кивнул Карому, зазывая за собой, и побрел следом за ней. Карим почувствовал нарастающее чувство опасности. Внутренний голос, словно очнувшись от гипноза, завопил вовсю: «Нужно срочно возвращаться к машине!» – Марат! – окликнул подельника Карим, доверившись предчувствию. Марат окинул Карого беглым взглядом, но останавливаться не стал. – Марат, стой! – вновь попытался остановить товарища Карый, но вместо крика смог выдавить лишь полушепот. Голосовые связки будто свело тугой судорогой. От этого Карима сильно замутило, рот наполнился неприятной соленой слюной. Он оперся руками о колени, но продолжал смотреть вслед уходящим. Последующие события приковали к себе все его внимание. Марат догнал женщину, положил руки на ее бедра и прижал к себе, сжав пальцами. Женщина поддалась, прогнулась в спине, чтобы прижаться к нему сильнее. Она запрокинула голову, оголяя шею. Марат медленно провел языком от самой ее ключицы до мочки уха. Женщина еле слышно захихикала. К горлу Карима подступил ком, спирая дыхание. Губы резко пересохли, выдавить какой-либо звук из себя не пред- 25 Часть 1(1) ставлялось возможным. Единственной мыслью в голове была: «Только не отключайся!» Женщина, извиваясь в руках Марата, повернулась к нему, затем медленно прислонилась своими губами к его губам и просунула свой желтоватый язык меж них. Марат ответил взаимностью. Кариму еще не приходилось наблюдать более омерзительного зрелища. Его сковало, словно в параличе. Он ясно ощутил, что если даст слабину, позволит телу обмякнуть, то повалится на землю и больше не встанет. Всеми силами он боролся с мороком, от этого на глазах выступила влага и слезами покатилась по щекам. Тем временем Марат расстегнул серо-зеленую блузку женщины, больше походившую на замшелую спекшуюся ветошь. С каждым его медленным поцелуем тело женщины содрогалось и пульсировало, а он спускался все ниже и ниже, становясь перед ней на колени. Карим поймал на себе ее взгляд. Она смотрела на него по-издевательски надменно. Затем она от упоения прикусила нижнюю губу, одной рукой задрала до бедра подол юбки, вторую положила на голову Марата и прижала его лицо к себе. Марат, стоя на коленях, начал покачивать головой вниз-вверх. Женщина от удовольствия закрыла глаза и застонала, пульсирующими движениями пальцев, ногтями впивалась в затылок Марата, пока тот истово и упоенно ублажал ее. Карима вырвало. От этого стало намного легче. Не в силах больше сопротивляться, он завалился назад и распластался на земле. Лучи солнца красиво переливались в кронах сосен. Отблескивали разноцветным. Ему показалось, что он был по-настоящему счастлив, что все это наконец закончилось. Тело медленно наполнялось приятной тягучей теплотой. 26 Жирнов Михаил. Карамыш *** Едва заметный силуэт, принадлежавший птице, описал в небе полукруг и скрылся из виду. Семен проводил ее взглядом и опять погрузился в свои размышления. Ушедших за помощью Карима и Марата уже давно не было, и Семена начали посещать навязчивые и тревожные мысли. «Есть ли повод для беспокойства?» – задавал он себе вопрос. «Нет, я себя накручиваю», – отвечал он сам себе. Его не покидал тот странный сон, приснившийся накануне. Прокручивая его отзвучавшие фрагменты в мыслях снова и снова, он выстраивал самые разные теории на тему судьбы и погружался в философские размышления. Поделиться своими суждениями с Иваном не было никакого желания, Иван был Семену по-человечески неприятен. Вообще Семен мало с кем мог найти общий язык, а друзей у него и вовсе не было. – Едет, – где-то рядом раздался голос Ивана. Семен заставил себя вылезти из кресла и посмотреть. Вдалеке поблескивали два сверкающих огонька фар приближающегося к ним автомобиля. Иван вышел на центр трассы и, голосуя, выставил правую руку в сторону, чтобы его наверняка заметили. Семен оперся локтями о крышу иномарки Ивана и наблюдал, получится ли у его подельника поневоле остановить попутчика. К его искреннему удивлению, рядом с ярким отблеском фары заморгал еще один, рыжеватого цвета, и вскоре автомобиль производства российского автопрома остановился, не доехав до них пары метров. Дверь открылась, из машины вышел худощавый субтильный парнишка в дутых штанах «а-ля шаровары», просторной рубахе не по размеру и черной кожаной кепке. 27 Часть 1(1) «Типичный деревенщина», – подумал про себя Семен. Парень что-то сказал Ивану, что конкретно, Семен не расслышал. Затем они пожали друг другу руки. Сенька предпочел бы остаться в машине и оставить все на Ивана, но потом переубедил себя, что так он выставит себя в не нужном для него свете и направился поздороваться с их возможным спасителем. – Семен, – нехотя представился он. – Валентин. Голос парня звучал еще слишком молодо, Сенька предположил, что ему было не больше восемнадцати лет. – Нам бы домкрат, если бы ты выручил, мы были бы очень благодарны, – начал Иван. – Домкрат… – вполголоса вторил Ивану Валентин и поправил рукой кепку на затылке. – Есть такой. Иван довольно кивнул. Через какое-то время процесс по замене колеса запустился полным ходом. Семена запрягли раскручивать гайки, чтобы снять поломку. Ему это, к слову, не очень понравилось, но возражать все же не стал. Валентин рассказывал что-то про свою младшую сестру с множеством ненужных и ни о чем не говорящих им подробностей, будто бы они были знакомы много лет. Семен в диалоге участия принимать не желал и молча занимался своей частью работы. – Послушай, Валя, – перебил парнишку Иван, которому, по-видимому, так же, как и Сеньке, явно наскучил задушевный рассказ, – не подскажешь, как далеко от нас до ближайшего поселка? Наши друзья ушли искать помощи уже часа три назад и до сих пор не вернулись. – Так тут нет ничего, – удивленно ответил Валентин. – Как нет? – в первый раз подал голос Семен. – Тут поля да болота вокруг на многие километры. До деревни Черное Поречье вперед по этой дороге верст десять. 28 Жирнов Михаил. Карамыш Иван резко переменился в лице, Семену показалось, что он даже побледнел. – Проезжавший мимо старик заверил нас в обратном, – сказал Иван. В голосе его читалось явное беспокойство и тайная надежда, что парень все-таки ошибся. – В этих местах есть только одна божья нивка, так только туда никто не ходит. – Что, прости? – переспросил Семен. – Могильник, – пояснил Валентин. – Дорога туда всем закрыта, ты сам понимаешь, кто там лежит… Валентин неоднозначно посмотрел на Ивана. Глаза того округлились еще шире, он подался чуть назад, отшатнулся, как пьяный, потеряв равновесие. – Прямо тут? Как такое возможно? Я совершенно не мог предположить... – начал бубнить себе под нос Иван. Он был явно чем-то напуган и ошарашен. Семен, не осознававший, что вообще происходит, переводил недоуменный взгляд то на Ивана, то на паренька. – Может, кто-то объяснит мне что-нибудь? – недовольно сказал он. – Отвези нас туда, наши друзья, они же даже не представляют, куда пошли, – очень настойчиво принялся выпрашивать у паренька помощи Иван. Валентин тотчас отпрянул назад. – Ни за какие деньги! – испуганно ответил он. – Даже не проси. Вы, ребята, лучше бы убирались отсюда побыстрее. Валентин отрицательно закачал головой и начал медленно отходить назад, к своей машине. – Ты же понимаешь, они погибнут там! – крикнул Иван и кинулся к парню. Семен вздрогнул от неожиданности, он явно не ожидал такого поведения от вечно угрюмого и мертвенно спокойного Ивана. Валентин резко развернулся на месте, теряя равновесие, 29 Часть 1(1) завалившись вперед, широко откидывая назад ноги, помчался к машине. Иван не стал его догонять. Двое, оставшиеся у обочины, взглядом проводили зеленую «Ладу», промчавшуюся мимо них с визгливым присвистом из-под колес. – Давай заканчивать, – строго прикрикнул на растерявшегося Семена Иван. – Времени нет, потом все объясню. Семен решил довериться их проводнику и без лишних вопросов принялся за дело. Ему на мгновение показалось, что в воздухе засмердело мокрой шерстью. «Я был прав!» – проносились в его голове мысли одна за одной. Их поход оказался под угрозой, так и не успев толком начаться, и он, Семен, мог это предотвратить. Солнце понемногу сползало за горизонт, от этого воздухе повеяло прохладой, вечерело. Робко застрекотали сверчки. На болоте, тут и там, послышался плеск мутной воды, это лягушки, нагретые, возможно, последним теплым ноябрьским солнцем, скрывались под высокие кусты камыша. Природа умиротворенно засыпала. Пронзительно яркие лучи осветили опушку подле первых захоронений, которая уже погрузилась в топкие сумерки. Вскоре на нее, рыча мотором, ворвался автомобиль и окончательно распугал всю живность неподалеку. – Вот оно, – вполголоса произнес Семен. Иван кивнул в ответ, выглядел он максимально сосредоточенным и напряженным. Остановил машину, немного не доехав до первых деревьев, которые в сумерках казались более внушающими, еле заметно покачиваясь на ветру, будто перешептывались шелестом листьев. Иван заглушил мотор. Включил дальний свет фар, чтобы чаща леса просматривалась как можно дальше вглубь. От открывшегося вида множества могильных крестов у Семена по 30 Жирнов Михаил. Карамыш телу пробежал неприятный холодок, пупырчатыми мурашками предательски отобразившись на руках. – Как будем их искать? – спросил Семен, изображая решительн